!
Так вот, казалось бы, их только одно объединяет -- оба всегда и во всех
ситуациях хотят бабу. Но это не показатель похожести. Я тоже постоянно хочу
трахаться, но я же статей не пишу и грузовиком не управляю! И потом, я -
Кот, а они - нет. Хотя все мы трое очень сильно склонны к ЭТОМУ самому делу.
Ну, в смысле... Сами понимаете! Так вот, повторяю: Шура и Водила ни в чем не
похожи друг на друга. А мыслят (я имею ввиду - сегодняшний день,
стариков-ветеранов, и вообще) ну стопроцентно одинаково! Я это от Шуры
десятки раз слышал, только еще с большей злобой, чем у Водилы. Он даже в
"Час пик" писал об этом. А потом мы нашли в нашем почтовом ящике письмо.
Шура даже мне его прочитал. Такое коротенькое-коротенькое. Всего несколько
слов: "Жидовская морда! Убирайся в свой ебаный Израиль, а то яйца вырежем и
на фонаре повесим". И подпись - "Доброжелатели".
Я и не заметил, как автомобиль Лысого оказался перед самым нашим носом.
То ли это была случайность, то ли немцы нас так рассортировали - грузовики
двигались по четырем полосам, и таможня осматривала сразу четыре машины. Я
видел, как Лысый направил свой грузовик на длинную яму, в которой уже сидели
два немца в зеленых комбинезонах с длинными фонарями в руках. Грузовик
остановился над ними. Лысый суетливо выскочил из кабины, расшнуровал заднюю
стенку фургона и снова метнулся к кабине. Влез и тут же выскочил обратно уже
с документами в руках.
- Чего дергается, чего суетится? - недовольно пробормотал Водила и
сказал мне: - Ты, Кыся, давай, лежи тут. Я сейчас... Только документы на
груз предъявлю и паспорт покажу. Лежи, плюй в потолок. Водила обстоятельно
сложил все свои бумаги в красивую кожаную папку (Шура все мечтал купить себе
такую, да денег не было), опустил противосолнечный козырек, куда было
вмонтировано небольшое зеркало, причесался и открыл дверцу кабины. Уже
спрыгивая на землю, крикнул одному пожилому немцу в форме таможенника:
- Гутен морген, герр Вебер!
- Гутен морген, майне либер фройнд, - ответил ему тот. - Ви гейтс?
- Аллес гут! - ответил Водила.
Они пожали друг другу руки, и немец спросил Водилу по-русски:
- Героина, амфетамина, метадона, перветина, кокаина - много привез?
Я видел, как Лысый втянул голову в плечи. Мне даже показалось, что я
почувствовал, как у Лысого на пару секунд остановилось сердце.
- Не, не много, - ухмыльнулся Водила. - Тонн двадцать, нихт меер.
- Зер гут, - почти серьезно сказал немец. - Теперь я всем буду
говорить, что у меня есть старый знакомый - русский миллиардер!
Водила ушел в помещение таможни, а Вебер дал знак двум молодым
таможенникам с лохматыми собачками в руках. Молодые запустили собачек в фургон Лысого,
и эти маленькие засранки деловито и молча, что меня, честно говоря, очень
удивило, стали шнырять по всему фургону, принюхиваясь чуть ли не к каждой
коробке с водкой. Мой Водила уже вышел из помещения, пряча на ходу документы
и паспорт в свою красивую кожаную папку. Собачонки помотались по фургону и
так же молча прибежали обратно. Но когда Вебер показал Лысому, что тот может
зашнуровывать заднюю полость фургона, собачки вдруг страшно окрысились на
Лысого! Они прямо-таки зашлись от злости и облаяли Лысого с ног до головы!..
- Вот дурочки, - усмехнулся Водила,
- Нервы, возраст... - сказал пожилой Вебер. - Бедные маленькие хунды на
Так вот, казалось бы, их только одно объединяет -- оба всегда и во всех
ситуациях хотят бабу. Но это не показатель похожести. Я тоже постоянно хочу
трахаться, но я же статей не пишу и грузовиком не управляю! И потом, я -
Кот, а они - нет. Хотя все мы трое очень сильно склонны к ЭТОМУ самому делу.
Ну, в смысле... Сами понимаете! Так вот, повторяю: Шура и Водила ни в чем не
похожи друг на друга. А мыслят (я имею ввиду - сегодняшний день,
стариков-ветеранов, и вообще) ну стопроцентно одинаково! Я это от Шуры
десятки раз слышал, только еще с большей злобой, чем у Водилы. Он даже в
"Час пик" писал об этом. А потом мы нашли в нашем почтовом ящике письмо.
Шура даже мне его прочитал. Такое коротенькое-коротенькое. Всего несколько
слов: "Жидовская морда! Убирайся в свой ебаный Израиль, а то яйца вырежем и
на фонаре повесим". И подпись - "Доброжелатели".
Я и не заметил, как автомобиль Лысого оказался перед самым нашим носом.
То ли это была случайность, то ли немцы нас так рассортировали - грузовики
двигались по четырем полосам, и таможня осматривала сразу четыре машины. Я
видел, как Лысый направил свой грузовик на длинную яму, в которой уже сидели
два немца в зеленых комбинезонах с длинными фонарями в руках. Грузовик
остановился над ними. Лысый суетливо выскочил из кабины, расшнуровал заднюю
стенку фургона и снова метнулся к кабине. Влез и тут же выскочил обратно уже
с документами в руках.
- Чего дергается, чего суетится? - недовольно пробормотал Водила и
сказал мне: - Ты, Кыся, давай, лежи тут. Я сейчас... Только документы на
груз предъявлю и паспорт покажу. Лежи, плюй в потолок. Водила обстоятельно
сложил все свои бумаги в красивую кожаную папку (Шура все мечтал купить себе
такую, да денег не было), опустил противосолнечный козырек, куда было
вмонтировано небольшое зеркало, причесался и открыл дверцу кабины. Уже
спрыгивая на землю, крикнул одному пожилому немцу в форме таможенника:
- Гутен морген, герр Вебер!
- Гутен морген, майне либер фройнд, - ответил ему тот. - Ви гейтс?
- Аллес гут! - ответил Водила.
Они пожали друг другу руки, и немец спросил Водилу по-русски:
- Героина, амфетамина, метадона, перветина, кокаина - много привез?
Я видел, как Лысый втянул голову в плечи. Мне даже показалось, что я
почувствовал, как у Лысого на пару секунд остановилось сердце.
- Не, не много, - ухмыльнулся Водила. - Тонн двадцать, нихт меер.
- Зер гут, - почти серьезно сказал немец. - Теперь я всем буду
говорить, что у меня есть старый знакомый - русский миллиардер!
Водила ушел в помещение таможни, а Вебер дал знак двум молодым
таможенникам с лохматыми собачками в руках. Молодые запустили собачек в фургон Лысого,
и эти маленькие засранки деловито и молча, что меня, честно говоря, очень
удивило, стали шнырять по всему фургону, принюхиваясь чуть ли не к каждой
коробке с водкой. Мой Водила уже вышел из помещения, пряча на ходу документы
и паспорт в свою красивую кожаную папку. Собачонки помотались по фургону и
так же молча прибежали обратно. Но когда Вебер показал Лысому, что тот может
зашнуровывать заднюю полость фургона, собачки вдруг страшно окрысились на
Лысого! Они прямо-таки зашлись от злости и облаяли Лысого с ног до головы!..
- Вот дурочки, - усмехнулся Водила,
- Нервы, возраст... - сказал пожилой Вебер. - Бедные маленькие хунды на