е, чем вы сами откровенны, и у вас недостает даже великодушия оставить
нам, женщинам, право скромности. Вы сами не рискуете шагу сделать, но
ожидаете, сидя спокойно в креслах, чтобы к вам подошла бедная женщина и
рассказала все свои тайные помыслы, - проговорила Надина и пошла в том же
роде.
Надобно сказать, что когда разговор касался любви и вообще чувств, то
она заговаривалась. Вначале в ее словах был еще некоторый смысл, но потом,
чем более хотела она высказаться, чем более желала выразить свои мысли, тем
больше начинала нести вздор, так что уж и сама себя, вероятно, переставала
понимать.
В этот раз повторилось то же: более получаса она говорила совершенную
галиматью и потом вдруг переменила разговор и начала Курдюмова просить спеть
что-нибудь; он сейчас согласился и пошел в залу, Надина последовала за ним;
она, вероятно, с тою целью и вызвала его в залу, чтобы остаться с ним
наедине. Это очень не понравилось Марье Виссарионовне.
- Что это за обращение! - отнеслась она к Пионовой.
Та покачала головой.
- И зачем она живет здесь? Мне очень неприятно, что у тебя подобная
компаньонка, - прибавила Марья Виссарионовна дочери.
Лида потупилась.
Вообще Марья Виссарионовна в эти два года постарела, похудела и
сделалась очень раздражительна, так что с нею говорить было невозможно; она
все спорит или принимает на свой счет; на детей беспрестанно сердится. В
продолжение этого вечера она сказала несколько самых обидных колкостей Лиде;
на двух младших дочерей, которые вышли погулять и погуляли не более
получаса, крикнула, зачем они смели так долго гулять, и даже Леониду,
которому она всегда более других уступала и который обыкновенно спорил с нею
очень смело, в одном пустом разговоре велела замолчать.
X
Я не бывал у Лидии Николаевны несколько дней. Леонида тоже не видал, он
живет по делам в Москве. В четверг или в пятницу, теперь уж не помню, в
Сокольниках бывает общее гулянье. Я пришел на это гулянье с единственною
целью встретить Лидию Николаевну; но ее не было. Надина была тут. Это
несколько меня удивило: они обыкновенно всегда гуляли вместе, но еще более
показалось мне странным, что Надина, встретившись со мной, отвернулась. Сама
она была в необыкновенно тревожном состоянии: соломенная шляпка была у ней
совсем набоку, локоны распустились и падали в беспорядке длинными прядями;
она брала всех попадавших ей навстречу знакомых под руку, говорила им что-то
такое с большим жаром, потом оставляла их, переходила к другим и, наконец,
совсем скрылась.
Кто живал в Сокольниках, тот знает, что к концу лета они делаются очень
похожими на маленький уездный городок. Все узнают друг об друге до малейших
подробностей: узнают, кто какого характера, с кем знаком и на каком
основании знаком, кто что делает и, наконец, кто что ест. Маленький
комераж{275}, у кого-нибудь случившийся, делается предметом толков и
вырастает в один день до огромных размеров. Начавшиеся здесь новые
знакомства, особенно между дамами, часто развиваются к первому сентября в
тесную дружбу, и наоборот. Хорошо знакомы семейства, переселившиеся вместе
на дачу с единственною целью, чтобы чаше видаться, уезжая отсюда, совсем уж
не видятся.
Пройдя раза два по главной аллее, я сел рядом на скамейку с одним
господином из
нам, женщинам, право скромности. Вы сами не рискуете шагу сделать, но
ожидаете, сидя спокойно в креслах, чтобы к вам подошла бедная женщина и
рассказала все свои тайные помыслы, - проговорила Надина и пошла в том же
роде.
Надобно сказать, что когда разговор касался любви и вообще чувств, то
она заговаривалась. Вначале в ее словах был еще некоторый смысл, но потом,
чем более хотела она высказаться, чем более желала выразить свои мысли, тем
больше начинала нести вздор, так что уж и сама себя, вероятно, переставала
понимать.
В этот раз повторилось то же: более получаса она говорила совершенную
галиматью и потом вдруг переменила разговор и начала Курдюмова просить спеть
что-нибудь; он сейчас согласился и пошел в залу, Надина последовала за ним;
она, вероятно, с тою целью и вызвала его в залу, чтобы остаться с ним
наедине. Это очень не понравилось Марье Виссарионовне.
- Что это за обращение! - отнеслась она к Пионовой.
Та покачала головой.
- И зачем она живет здесь? Мне очень неприятно, что у тебя подобная
компаньонка, - прибавила Марья Виссарионовна дочери.
Лида потупилась.
Вообще Марья Виссарионовна в эти два года постарела, похудела и
сделалась очень раздражительна, так что с нею говорить было невозможно; она
все спорит или принимает на свой счет; на детей беспрестанно сердится. В
продолжение этого вечера она сказала несколько самых обидных колкостей Лиде;
на двух младших дочерей, которые вышли погулять и погуляли не более
получаса, крикнула, зачем они смели так долго гулять, и даже Леониду,
которому она всегда более других уступала и который обыкновенно спорил с нею
очень смело, в одном пустом разговоре велела замолчать.
X
Я не бывал у Лидии Николаевны несколько дней. Леонида тоже не видал, он
живет по делам в Москве. В четверг или в пятницу, теперь уж не помню, в
Сокольниках бывает общее гулянье. Я пришел на это гулянье с единственною
целью встретить Лидию Николаевну; но ее не было. Надина была тут. Это
несколько меня удивило: они обыкновенно всегда гуляли вместе, но еще более
показалось мне странным, что Надина, встретившись со мной, отвернулась. Сама
она была в необыкновенно тревожном состоянии: соломенная шляпка была у ней
совсем набоку, локоны распустились и падали в беспорядке длинными прядями;
она брала всех попадавших ей навстречу знакомых под руку, говорила им что-то
такое с большим жаром, потом оставляла их, переходила к другим и, наконец,
совсем скрылась.
Кто живал в Сокольниках, тот знает, что к концу лета они делаются очень
похожими на маленький уездный городок. Все узнают друг об друге до малейших
подробностей: узнают, кто какого характера, с кем знаком и на каком
основании знаком, кто что делает и, наконец, кто что ест. Маленький
комераж{275}, у кого-нибудь случившийся, делается предметом толков и
вырастает в один день до огромных размеров. Начавшиеся здесь новые
знакомства, особенно между дамами, часто развиваются к первому сентября в
тесную дружбу, и наоборот. Хорошо знакомы семейства, переселившиеся вместе
на дачу с единственною целью, чтобы чаше видаться, уезжая отсюда, совсем уж
не видятся.
Пройдя раза два по главной аллее, я сел рядом на скамейку с одним
господином из