воскликнула пани и
низко поклонилась Аггею Никитичу.
- В таком случае, назначьте мне час!
- Час? - протянула она. - Всего лучше... одиннадцать часов вечера;
тогда муж наверное спит, а я еще сижу.
Аггей Никитич снова веселейшим образом захохотал.
- Но что ж вы делаете, сидя одни? - спросил он.
- Мечтаю.
- О чем?
- Угадайте!
- Угадать нетрудно! - сказал, пожимая плечами, Аггей Никитич.
- Ну, угадывайте! - разрешила ему пани.
- Вы мечтаете о прошедшем, - проговорил Аггей Никитич.
Пани при этом заметно вспыхнула.
- Может быть, немножко о прошедшем, а может быть, и о настоящем! -
произнесла она кокетливо и крикнула кучеру: - Пошел!
Тот поехал быстрее.
Аггей Никитич, начинавший несколько поотставать от своей спутницы,
погрузился было в сладкие грезы; но аптекарша снова велела кучеру ехать
тише, так что Аггей Никитич опять поравнялся с нею.
- Не желаете ли, чтобы я предуведомила мужа, что вы хотите быть у него?
- спросила она.
- Пожалуйста! - сказал ей Аггей Никитич.
- Но в какое же время? - поинтересовалась сама пани Вибель узнать
поточнее время.
- Вечером, часов в шесть, - объяснил Аггей Никитич, рассчитав, что
сначала он переговорит с аптекарем, а потом тот, вероятно, пригласит его
остаться чай пить, и таким образом Аггей Никитич целый вечер проведет с
очаровательной пани.
- Можно это?
- О, да, можно. Но муж, вероятно, спросит, от какой дамы письмо.
- Письмо от его бывшей ревельской знакомой, госпожи Сверстовой, -
сказал Аггей Никитич, припомнив все, что только он вкупе с Миропой
Дмитриевной понял из письма.
- Ревельской знакомой! - повторила себе аптекарша и велела кучеру ехать
по направлению к дому, где тотчас же передала мужу поручение Аггея Никитича.
Вибель на первых порах исполнился недоумения; но затем, со свойственною
немцам последовательностью, начал перебирать мысленно своих знакомых дам в
Ревеле и тут с удивительной ясностью вспомнил вдову пастора, на которой сам
было подумывал жениться и которую перебил у него, однако, русский доктор
Сверстов. Воспоминания эти так оживили старика, что он стал потирать себе
руки и полушептать:
- Посмотрим, посмотрим, что мне пишет Alba Rosa?
- Какая это Alba Rosa? - спросила было его молодая супруга.
- Это не твое дело, - ответил он ей и решительным жестом дал понять,
чтобы она уходила.
Пани аптекарша, сделав презрительную мину, ушла.
III
Аггею Никитичу хоть и предстояло вечером свидание с пани Вибель, однако
он не утерпел и выехал поутру прокатиться, причем, как водится, встретил ее.
Разговаривали они между собою, впрочем, на этот раз немного, и пани Вибель
только крикнула ему:
- Вы будете у нас сегодня?
- Буду! - крикнул ей тоже Аггей Никитич.
Отобедав, он еще часов с пяти занялся своим туалетом и издержал
несколько умывальников воды для обмывания рук, шеи и лица, причем фыркал и
откашливался на весь дом; затем вычистил себе угольным порошком зубы и
слегка тронул черным фиксатуаром свой алякок, усы и бакенбарды. Идя в
аптеку, Аггей Никитич соображал, как его встретит пани Вибель - в таком ли
дезабилье, в каком она явилась, когда он увидел ее в первый раз, или
принарядится? Если она будет растрепашкой, то это скверно, а если наоборот,
то
низко поклонилась Аггею Никитичу.
- В таком случае, назначьте мне час!
- Час? - протянула она. - Всего лучше... одиннадцать часов вечера;
тогда муж наверное спит, а я еще сижу.
Аггей Никитич снова веселейшим образом захохотал.
- Но что ж вы делаете, сидя одни? - спросил он.
- Мечтаю.
- О чем?
- Угадайте!
- Угадать нетрудно! - сказал, пожимая плечами, Аггей Никитич.
- Ну, угадывайте! - разрешила ему пани.
- Вы мечтаете о прошедшем, - проговорил Аггей Никитич.
Пани при этом заметно вспыхнула.
- Может быть, немножко о прошедшем, а может быть, и о настоящем! -
произнесла она кокетливо и крикнула кучеру: - Пошел!
Тот поехал быстрее.
Аггей Никитич, начинавший несколько поотставать от своей спутницы,
погрузился было в сладкие грезы; но аптекарша снова велела кучеру ехать
тише, так что Аггей Никитич опять поравнялся с нею.
- Не желаете ли, чтобы я предуведомила мужа, что вы хотите быть у него?
- спросила она.
- Пожалуйста! - сказал ей Аггей Никитич.
- Но в какое же время? - поинтересовалась сама пани Вибель узнать
поточнее время.
- Вечером, часов в шесть, - объяснил Аггей Никитич, рассчитав, что
сначала он переговорит с аптекарем, а потом тот, вероятно, пригласит его
остаться чай пить, и таким образом Аггей Никитич целый вечер проведет с
очаровательной пани.
- Можно это?
- О, да, можно. Но муж, вероятно, спросит, от какой дамы письмо.
- Письмо от его бывшей ревельской знакомой, госпожи Сверстовой, -
сказал Аггей Никитич, припомнив все, что только он вкупе с Миропой
Дмитриевной понял из письма.
- Ревельской знакомой! - повторила себе аптекарша и велела кучеру ехать
по направлению к дому, где тотчас же передала мужу поручение Аггея Никитича.
Вибель на первых порах исполнился недоумения; но затем, со свойственною
немцам последовательностью, начал перебирать мысленно своих знакомых дам в
Ревеле и тут с удивительной ясностью вспомнил вдову пастора, на которой сам
было подумывал жениться и которую перебил у него, однако, русский доктор
Сверстов. Воспоминания эти так оживили старика, что он стал потирать себе
руки и полушептать:
- Посмотрим, посмотрим, что мне пишет Alba Rosa?
- Какая это Alba Rosa? - спросила было его молодая супруга.
- Это не твое дело, - ответил он ей и решительным жестом дал понять,
чтобы она уходила.
Пани аптекарша, сделав презрительную мину, ушла.
III
Аггею Никитичу хоть и предстояло вечером свидание с пани Вибель, однако
он не утерпел и выехал поутру прокатиться, причем, как водится, встретил ее.
Разговаривали они между собою, впрочем, на этот раз немного, и пани Вибель
только крикнула ему:
- Вы будете у нас сегодня?
- Буду! - крикнул ей тоже Аггей Никитич.
Отобедав, он еще часов с пяти занялся своим туалетом и издержал
несколько умывальников воды для обмывания рук, шеи и лица, причем фыркал и
откашливался на весь дом; затем вычистил себе угольным порошком зубы и
слегка тронул черным фиксатуаром свой алякок, усы и бакенбарды. Идя в
аптеку, Аггей Никитич соображал, как его встретит пани Вибель - в таком ли
дезабилье, в каком она явилась, когда он увидел ее в первый раз, или
принарядится? Если она будет растрепашкой, то это скверно, а если наоборот,
то