к думаете, она нам поможет?
- Безусловно.
Капитан закурил, сплюнул, прищурился хитро на Батурина.
- Что и говорить, - девочка славная. И этот обезьянщик, - он говорил о
Глане, - наш в доску. Ну, а как проделать махинацию с Пиррисоном?
Думали они долго. Кофе сбежал, и капитан не сразу это заметил.
- Сделаем так. Он жив„т в гостинице "Ной", на Плехановской, номер сорок
девять, на четв„ртом этаже, окна в переулок. В номере бывает только
вечером. Я думаю, к нему должна пойти она и отобрать дневник. Соседний
номер свободен, - я сегодня утром узнавал. Вы могли бы там поселиться на
всякий случай. Будет вернее. А?
- Ну, дальше.
- Дальше ничего. Я уверен что выйдет и так. В крайнем случае прид„тся
вмешаться. Я буду караулить в переулке. В случае чего вы дадите знак в
окно, - позов„те, что ли. Возьм„м Зарембу и Глана. Берг будет сидеть
напротив "Ноя" - там есть духанчик. Если Пиррисону удастся удрать, он
двинет за ним, чтобы не подымать шума в гостинице. С Нелидовой поговорите
вы. Действовать будем завтра. Сейчас я их сплавлю, а вы берите чемодан и
дуйте к "Ною". Она не должна знать, что вы будете рядом в номере.
- Почему?
- Когда человек жд„т поддержки, он всегда наделает кучу ошибок. Понятно?
- Пожалуй.
После кофе Заремба пош„л к Шевчуку в типографию предупредить о нашествии.
Нелидова, Глан и Берг пошли в знаменитые серные бани. Берга радовало, что
в этих банях бывал ещ„ Пушкин. Батурин сослался на головную боль и
остался. Через полчаса он вышел с капитаном, взял извозчика и поехал к
"Ною". Капитан был прав, - соседний с пиррисоновским номер был свободен.
В номере капитан и Батурин оставались недолго. Они тщательно осмотрели
его: в комнату Пиррисона вела дверь, она не была заколочена, около двери
стоял комод.
- В случае чего, комод можно отодвинуть, - прикинул капитан. - Я буду
сидеть в садике напротив. Когда понадоблюсь, зажгите в своей комнате свет.
На обратном пути зашли в духанчик, где должен был сидеть Берг, и выпили
белого вина. Батурин наклонился к рваной кле„нке, пристально е„
рассматривал. Капитан сказал тихо:
- Бросьте волноваться, вс„ обойд„тся.
- Я не о том. Вы дадите мне револьвер?
- Зачем?
- Пиррисон - человек опасный. Мало ли что может случиться...
- Стрелять вс„ равно нельзя.
- Мне револьвер нужен, - трудно запинаясь, сказал Батурин, - для
самообороны. Вы подумали, что, может быть, он из шпионской шайки ?
Капитан постучал пальцами по столу, зорко взглянул на Батурина.
- Вы точно знаете?
- Я предполагаю.
- Завтра узнаем. Если это так, то, конечно, разговор будет особый. Ладно,
я дам револьвер. После истории с Терьяном я предполагаю то же что и вы.
- Какой истории?
Капитан рассказал о выстреле, показал заштопанную кепку. Батурин слушал
безразлично.
- Напрасно вы уверены, что вс„ обойд„тся, Может, обойд„тся, а может быть,
завтра он хлопнет кого-нибудь из нас. Я к этому готов.
Весь день Батурин пролежал в сололакском доме, - у него всерь„з
разболелась голова. Он закрывал глаза и старался вызвать представение о
громадном озере, сливающемся с небом. Это давало отдых и ослабляло боль.
Лежал он на походной кровати, предназначенной для Нелидовой, - койка была
узкая, теплая. В комнате стоял запах тонких тканей, запах молодой женщины.
Батурин протянул руку, поднял с полу оьрон„нную перчатку, сохранявшую ещ„
форму узкой кисти и закрыл перчаткой глаза. Стало легче. Морщась, он
подумал, что они зря втягивают Нелидову в это дело
- Безусловно.
Капитан закурил, сплюнул, прищурился хитро на Батурина.
- Что и говорить, - девочка славная. И этот обезьянщик, - он говорил о
Глане, - наш в доску. Ну, а как проделать махинацию с Пиррисоном?
Думали они долго. Кофе сбежал, и капитан не сразу это заметил.
- Сделаем так. Он жив„т в гостинице "Ной", на Плехановской, номер сорок
девять, на четв„ртом этаже, окна в переулок. В номере бывает только
вечером. Я думаю, к нему должна пойти она и отобрать дневник. Соседний
номер свободен, - я сегодня утром узнавал. Вы могли бы там поселиться на
всякий случай. Будет вернее. А?
- Ну, дальше.
- Дальше ничего. Я уверен что выйдет и так. В крайнем случае прид„тся
вмешаться. Я буду караулить в переулке. В случае чего вы дадите знак в
окно, - позов„те, что ли. Возьм„м Зарембу и Глана. Берг будет сидеть
напротив "Ноя" - там есть духанчик. Если Пиррисону удастся удрать, он
двинет за ним, чтобы не подымать шума в гостинице. С Нелидовой поговорите
вы. Действовать будем завтра. Сейчас я их сплавлю, а вы берите чемодан и
дуйте к "Ною". Она не должна знать, что вы будете рядом в номере.
- Почему?
- Когда человек жд„т поддержки, он всегда наделает кучу ошибок. Понятно?
- Пожалуй.
После кофе Заремба пош„л к Шевчуку в типографию предупредить о нашествии.
Нелидова, Глан и Берг пошли в знаменитые серные бани. Берга радовало, что
в этих банях бывал ещ„ Пушкин. Батурин сослался на головную боль и
остался. Через полчаса он вышел с капитаном, взял извозчика и поехал к
"Ною". Капитан был прав, - соседний с пиррисоновским номер был свободен.
В номере капитан и Батурин оставались недолго. Они тщательно осмотрели
его: в комнату Пиррисона вела дверь, она не была заколочена, около двери
стоял комод.
- В случае чего, комод можно отодвинуть, - прикинул капитан. - Я буду
сидеть в садике напротив. Когда понадоблюсь, зажгите в своей комнате свет.
На обратном пути зашли в духанчик, где должен был сидеть Берг, и выпили
белого вина. Батурин наклонился к рваной кле„нке, пристально е„
рассматривал. Капитан сказал тихо:
- Бросьте волноваться, вс„ обойд„тся.
- Я не о том. Вы дадите мне револьвер?
- Зачем?
- Пиррисон - человек опасный. Мало ли что может случиться...
- Стрелять вс„ равно нельзя.
- Мне револьвер нужен, - трудно запинаясь, сказал Батурин, - для
самообороны. Вы подумали, что, может быть, он из шпионской шайки ?
Капитан постучал пальцами по столу, зорко взглянул на Батурина.
- Вы точно знаете?
- Я предполагаю.
- Завтра узнаем. Если это так, то, конечно, разговор будет особый. Ладно,
я дам револьвер. После истории с Терьяном я предполагаю то же что и вы.
- Какой истории?
Капитан рассказал о выстреле, показал заштопанную кепку. Батурин слушал
безразлично.
- Напрасно вы уверены, что вс„ обойд„тся, Может, обойд„тся, а может быть,
завтра он хлопнет кого-нибудь из нас. Я к этому готов.
Весь день Батурин пролежал в сололакском доме, - у него всерь„з
разболелась голова. Он закрывал глаза и старался вызвать представение о
громадном озере, сливающемся с небом. Это давало отдых и ослабляло боль.
Лежал он на походной кровати, предназначенной для Нелидовой, - койка была
узкая, теплая. В комнате стоял запах тонких тканей, запах молодой женщины.
Батурин протянул руку, поднял с полу оьрон„нную перчатку, сохранявшую ещ„
форму узкой кисти и закрыл перчаткой глаза. Стало легче. Морщась, он
подумал, что они зря втягивают Нелидову в это дело