микроскоп такой стакан и то не увидишь.
Вскоре Фигатнер вышел, пообещав завтра же написать заметку о
сволочуге-духанщике, - пусть знает, как обманывать посетителей.
- Азиат, - бормотал он. - Я тебе поеажу швили-швили, ты у меня поплачешь.
В это времф поезд уже прош„л в Чакву. Глан завалил купе мандаринами. Ему
здесь вс„ нравилось - и контрол„ры, кричавшие на пассажиров страшными
голосами: "А ну, покажи билет", - и ч„рные поджарые свиньи, бегавшие по
вагонам в Кобулетах, визжа и выпрашивая подачку, и бродячие музыканты,
жарившие под говор горбоносых пассажиров вс„ одну и ту же песенку:
Обидно, эх досадно,
Да ч„рт с тобой, да ладно!
Что в жизни так нескладно
Мы встретились с тобой.
Музыканты ехали без билетов на свадьбу в Натанеби. Контрол„р накричал на
них и позвал двух смущ„нных парней с винтовками. Пассажиры сразу вскочили,
закричали. Глан слышал только одно слово:
- Натанеби, Натанеби...
Музыканты махали смычками, яростно выворачивали карманы, парни с
винтовками скалили зубы. Потом музыканты сели и закатив глаза вытянули из
скрипок жалостную и берущую за душу "Молитву Шамиля". Мелодия крепла,
через минуту она достигла чудовищной быстроты, и парень с винтовкой, отдав
е„ беззубому испуганному старцу, пустился в пляс.
- Ах-ах, ах-ах, - кричал весь вагон, похлопывая в ладоши.
За Кобулетами поезд ш„л через обширные, затопленные ливнем лагуны. В воде
сверкало солнце. Праздничная страна открывалась за окнами вагона.
Нелидова стояла у окна, Берг высунулся в соседнее окно и крикнул ей,
показывая на слюдяной широкий огонь за зарослями тростника:
- Прощайтесь с морем!
Нелидова вдохнула ветер: с гор дуло счастьем.
ГОЛУБЯТНЯ В СОЛОЛАКАХ
По Верийскому спуску муши несли рояль, подскользнулись, и рояль рухнул на
землю, наполнив воздух громом и звоном. Собралась толпа. Худые и рьяные
милиционеры непрерывно свистели, не зная, что делать дальше. Муши стояли,
отирая пот. Рояль упал на трамвайные рельсы и остановил движенье.
Капитан, будучи любопытным, влез в гущу толпы и ввязался в спор, - должны
илил нет муши отвечать за рояль. Черноусые люди в широких штанах
притопывали на тротуарах, и жалостно чмокали жирными губами: "Ай, хороший
рояль, богатый рояль". Извозчики остановились, слезли с козел и пошли
расследовать дело.
Толпа росла пчелиным роем, качалась и гудела. Хозяин рояля, сизый и
страшный, рвался из рук милиционеров к старшему муше и хрипел, потрясая
кулаками:
- Отдай деньги, отдай семьсот рублей, кинтошка! Ты живой ходить не
будешь, собака!
Муши невозмутимо слушали вопли и спл„вывали. Сочувствие толпы было на их
стороне. Крышка рояля отлетела, обнажив стальные порванные нервы. Сухость
дерева, из которого был сделан рояль, вызывала представление о погибшей
звучности, гуле педалей и приглуш„нном звоне бемолей.
Капитан оглянулся, - ему почудилось, что его окликнул знакомый голос. Из
прол„тки ему кто-то махал. Капитан вгляделся, - прикрывшись рукой от
солнца, - это был Берг.
Капитан рванулся, создавая в толпе ущелья и водовороты. Около извозчика
стоял Батурин, худой и зпгорелый, и Заремба щерил свой беззубый рот.
- Здорово свистуны! - гаркнул капитан, расцеловался со всеми и потряс
Батурина за плечи. - Здорово, Мартын Задека!
- Погодите. - Батурин взял капитана за локоть и повернул к извозчику. -
Ид„мте, я вас познакомлю.
- С кем?
- С Нелидовой.
Капитан сдвинул кепку на затылок и уставился на Батурина.
- Что же вы ни черта не нап
Вскоре Фигатнер вышел, пообещав завтра же написать заметку о
сволочуге-духанщике, - пусть знает, как обманывать посетителей.
- Азиат, - бормотал он. - Я тебе поеажу швили-швили, ты у меня поплачешь.
В это времф поезд уже прош„л в Чакву. Глан завалил купе мандаринами. Ему
здесь вс„ нравилось - и контрол„ры, кричавшие на пассажиров страшными
голосами: "А ну, покажи билет", - и ч„рные поджарые свиньи, бегавшие по
вагонам в Кобулетах, визжа и выпрашивая подачку, и бродячие музыканты,
жарившие под говор горбоносых пассажиров вс„ одну и ту же песенку:
Обидно, эх досадно,
Да ч„рт с тобой, да ладно!
Что в жизни так нескладно
Мы встретились с тобой.
Музыканты ехали без билетов на свадьбу в Натанеби. Контрол„р накричал на
них и позвал двух смущ„нных парней с винтовками. Пассажиры сразу вскочили,
закричали. Глан слышал только одно слово:
- Натанеби, Натанеби...
Музыканты махали смычками, яростно выворачивали карманы, парни с
винтовками скалили зубы. Потом музыканты сели и закатив глаза вытянули из
скрипок жалостную и берущую за душу "Молитву Шамиля". Мелодия крепла,
через минуту она достигла чудовищной быстроты, и парень с винтовкой, отдав
е„ беззубому испуганному старцу, пустился в пляс.
- Ах-ах, ах-ах, - кричал весь вагон, похлопывая в ладоши.
За Кобулетами поезд ш„л через обширные, затопленные ливнем лагуны. В воде
сверкало солнце. Праздничная страна открывалась за окнами вагона.
Нелидова стояла у окна, Берг высунулся в соседнее окно и крикнул ей,
показывая на слюдяной широкий огонь за зарослями тростника:
- Прощайтесь с морем!
Нелидова вдохнула ветер: с гор дуло счастьем.
ГОЛУБЯТНЯ В СОЛОЛАКАХ
По Верийскому спуску муши несли рояль, подскользнулись, и рояль рухнул на
землю, наполнив воздух громом и звоном. Собралась толпа. Худые и рьяные
милиционеры непрерывно свистели, не зная, что делать дальше. Муши стояли,
отирая пот. Рояль упал на трамвайные рельсы и остановил движенье.
Капитан, будучи любопытным, влез в гущу толпы и ввязался в спор, - должны
илил нет муши отвечать за рояль. Черноусые люди в широких штанах
притопывали на тротуарах, и жалостно чмокали жирными губами: "Ай, хороший
рояль, богатый рояль". Извозчики остановились, слезли с козел и пошли
расследовать дело.
Толпа росла пчелиным роем, качалась и гудела. Хозяин рояля, сизый и
страшный, рвался из рук милиционеров к старшему муше и хрипел, потрясая
кулаками:
- Отдай деньги, отдай семьсот рублей, кинтошка! Ты живой ходить не
будешь, собака!
Муши невозмутимо слушали вопли и спл„вывали. Сочувствие толпы было на их
стороне. Крышка рояля отлетела, обнажив стальные порванные нервы. Сухость
дерева, из которого был сделан рояль, вызывала представление о погибшей
звучности, гуле педалей и приглуш„нном звоне бемолей.
Капитан оглянулся, - ему почудилось, что его окликнул знакомый голос. Из
прол„тки ему кто-то махал. Капитан вгляделся, - прикрывшись рукой от
солнца, - это был Берг.
Капитан рванулся, создавая в толпе ущелья и водовороты. Около извозчика
стоял Батурин, худой и зпгорелый, и Заремба щерил свой беззубый рот.
- Здорово свистуны! - гаркнул капитан, расцеловался со всеми и потряс
Батурина за плечи. - Здорово, Мартын Задека!
- Погодите. - Батурин взял капитана за локоть и повернул к извозчику. -
Ид„мте, я вас познакомлю.
- С кем?
- С Нелидовой.
Капитан сдвинул кепку на затылок и уставился на Батурина.
- Что же вы ни черта не нап