grand Julien 242, через сутки
после получения вести об индийской победе Гевлока, написал концерт с криком
африканских птиц и топотом слонов, с индийскими напевами и пушечной пальбой,
так что Лондон разом читал в газетах и слушал в концерте реляцию. За этот
концерт он выручил гро(167)мадные суммы, повторяя его месяц. А зарейнекие
мечтатели падали средь дороги на этой бесчеловечной скачке за деньгами и
успехами, изнеможенные, с отчаянием складывали они руки или, хуже, подымали
их на себя, чтобы окончить неровный и оскорбительный бой.
Кстати, к концертам, - музыкантам из немцев вообще было легче -
количество их, потребляемое ежедневно Лондоном с его субурбами 243,
колоссально. Театры и частные уроки, скромные балы у мещан и нескромные в
Argylpyмe, в Креморне, в Casino, cafes-chantants с танцами, cafes-chantants
с трико в античных позах. Her Majestys 244, Ковенгарден, Эксетер-галль,
Кристаль-палас, С. Джеме наверху - и углы всех больших улиц внизу занимают и
содержат целое народонаселение двух-трех немецких герцогств. Мечтай себе о
музыке будущего и о Россини, коленопреклоненном перед Вагнером, читай себе
дома a livre ouvert 245, без инструмента, "Тангейзера" и исполняй, за
штатским тамбурмажором и гаером с слоновой палкой, часа четыре кряду
какую-нибудь Mary-Ann польку или Flower and butterflys redova 246, - и дадут
бедняку от двух до четырех с половиной шиллингов за вечер, и пойдет он в
темную ночь по дождю в полпивную, в которую преимущественно ходят немцы, и
застанет там моих бывших друзей Краута и Мюллера, - Краута, шестой год
работающего над бюстом, который становится все хуже;
Мюллера, двадцать шестой год дописывающего трагедию "Эрик", которую он
мне читал десять лет тому назад, пять лет тому назад и теперь бы еще читал,
если б мы не поссорились с ним.
А поссорились мы с ним за генерала Урбана, но об этом в другой раз...
...И чего ни делали немцы, чтоб заслужить благосклонное внимание
англичан, все безуспешно.
Люди, всю жизнь курившие во всех углах своего жилья, за обедом и чаем,
в постели и за работой, не курят в Лондоне, в самом закопченном,
продымленном от угля (168) drawing-roome 247 и не дозволяют курить гостю.
Люди, всю жизнь ходившие в биркнейпы своей родины выпить "шоп" 248, посидеть
там за трубкой в хорошем обществе, идут, не глядя, мимо public housoa и
посылают туда за пивом горничную с кружкой или молочником.
Мне случилось в присутствии одного немецкого выходца отправлять к
англичанке письмо.
- Что вы делаете? - вскрикнул он в каком-то азарте. Я вздрогнул
и-невольно бросил пакет, полагая по крайней мере, что в нем скорпион.
- В Англии, - сказал он, - письмо складывают вообще втрое, а не
вчетверо, а вы еще пишете к даме, и к какой!
С начала моего приезда в Лондон я пошел отыскивать одного знакомого
немецкого доктора. Я не застал его дома и написал на бумаге, лежавшей на
столе, что-то вроде: "Cher docteur 249, я в Лондоне и очень желал бы вас
видеть, не придете ли вечером в такую-то таверну выпить по-старому бутылку
вина и потолковать о всякой всячине". Доктор не пришел, а на другой день я
получил от него записку в таком роде: "Monsieur H., мне очень жаль, что я не
мог воспользоваться вашим любезным приглашением, мои занятия не оставляют
мне столько свободного времени. Постараюсь, впрочем, на днях посетить
после получения вести об индийской победе Гевлока, написал концерт с криком
африканских птиц и топотом слонов, с индийскими напевами и пушечной пальбой,
так что Лондон разом читал в газетах и слушал в концерте реляцию. За этот
концерт он выручил гро(167)мадные суммы, повторяя его месяц. А зарейнекие
мечтатели падали средь дороги на этой бесчеловечной скачке за деньгами и
успехами, изнеможенные, с отчаянием складывали они руки или, хуже, подымали
их на себя, чтобы окончить неровный и оскорбительный бой.
Кстати, к концертам, - музыкантам из немцев вообще было легче -
количество их, потребляемое ежедневно Лондоном с его субурбами 243,
колоссально. Театры и частные уроки, скромные балы у мещан и нескромные в
Argylpyмe, в Креморне, в Casino, cafes-chantants с танцами, cafes-chantants
с трико в античных позах. Her Majestys 244, Ковенгарден, Эксетер-галль,
Кристаль-палас, С. Джеме наверху - и углы всех больших улиц внизу занимают и
содержат целое народонаселение двух-трех немецких герцогств. Мечтай себе о
музыке будущего и о Россини, коленопреклоненном перед Вагнером, читай себе
дома a livre ouvert 245, без инструмента, "Тангейзера" и исполняй, за
штатским тамбурмажором и гаером с слоновой палкой, часа четыре кряду
какую-нибудь Mary-Ann польку или Flower and butterflys redova 246, - и дадут
бедняку от двух до четырех с половиной шиллингов за вечер, и пойдет он в
темную ночь по дождю в полпивную, в которую преимущественно ходят немцы, и
застанет там моих бывших друзей Краута и Мюллера, - Краута, шестой год
работающего над бюстом, который становится все хуже;
Мюллера, двадцать шестой год дописывающего трагедию "Эрик", которую он
мне читал десять лет тому назад, пять лет тому назад и теперь бы еще читал,
если б мы не поссорились с ним.
А поссорились мы с ним за генерала Урбана, но об этом в другой раз...
...И чего ни делали немцы, чтоб заслужить благосклонное внимание
англичан, все безуспешно.
Люди, всю жизнь курившие во всех углах своего жилья, за обедом и чаем,
в постели и за работой, не курят в Лондоне, в самом закопченном,
продымленном от угля (168) drawing-roome 247 и не дозволяют курить гостю.
Люди, всю жизнь ходившие в биркнейпы своей родины выпить "шоп" 248, посидеть
там за трубкой в хорошем обществе, идут, не глядя, мимо public housoa и
посылают туда за пивом горничную с кружкой или молочником.
Мне случилось в присутствии одного немецкого выходца отправлять к
англичанке письмо.
- Что вы делаете? - вскрикнул он в каком-то азарте. Я вздрогнул
и-невольно бросил пакет, полагая по крайней мере, что в нем скорпион.
- В Англии, - сказал он, - письмо складывают вообще втрое, а не
вчетверо, а вы еще пишете к даме, и к какой!
С начала моего приезда в Лондон я пошел отыскивать одного знакомого
немецкого доктора. Я не застал его дома и написал на бумаге, лежавшей на
столе, что-то вроде: "Cher docteur 249, я в Лондоне и очень желал бы вас
видеть, не придете ли вечером в такую-то таверну выпить по-старому бутылку
вина и потолковать о всякой всячине". Доктор не пришел, а на другой день я
получил от него записку в таком роде: "Monsieur H., мне очень жаль, что я не
мог воспользоваться вашим любезным приглашением, мои занятия не оставляют
мне столько свободного времени. Постараюсь, впрочем, на днях посетить