й уж закусить что-нибудь.
-- И водочки?
-- Пожалуй, дай и водочки.
Розанову подали котлетку и графинчик водочки, и с тех пор графинчика у
него не снимали со стола, а только один на другой переменяли.
Помада ноги отходил, искавши Розанова, и наконец, напав на его след по
рассказам барсовского полового, нашел Дмитрия Петровича одиноко сидящим в
номере. Он снова запил мертвым запоем. Помада забежал на Чистые Пруды и
сказал, чтобы о Розанове не беспокоились, что он цел и никуда не пропал.
Слух о розановском пьянстве разнесся по Чистым Прудам и произвел здесь
дикий гогот, бури дыханью подобный. Бедная madame Розанова была оплакана, и
ей уж не оставалось никаких средств спастись от опеки углекислых. Маркиза
даже предложила ей чулан на антресолях, чтобы к ней как-нибудь ночью не
ворвался пьяный муж и не задушил ее, но Ольга Александровна не
воспользовалась этим приглашением. Ей надоел уже чуланчик, в котором она
высидела двое суток у Рогнеды Романовны, и она очень хорошо знала, что муж
ее не задушит. Она даже ждала его в эту ночь, но ждала совершенно напрасно.
Розанов и на четвертую ночь домой не явился, даже не явился он и еще двое
суток, и уж о месте пребывания его в течение двух суток никто не имел
никаких сведений. Но мы можем посмотреть, где он побывал и что поделывал.
"Глава двадцать восьмая. НЕ ЗНАЕШЬ, ГДЕ НАЙДЕШЬ, ГДЕ ПОТЕРЯЕШЬ"
Помада с горьким соболезнованием сообщил о пьянстве Розанова и Лизе. Он
рассказал это при Полиньке Калистратовой, объяснив по порядку все, как это
началось, как шло и чем кончилось или чем должно кончиться.
-- Несчастный человек! -- сказала Лиза с жалостью и с презрением. --
Так он и пропадет.
-- Как же, Лиза, надо бы что-нибудь сделать, -- тихо сказала после
Помадиного рассказа Полинька Калистратова.
-- Что же с пьяным человеком делать?
-- Остановить бы его как-нибудь.
-- Как его остановить? Я уж пробовала это, -- добавила, помолчав, Лиза.
-- Человек без воли и характера: ничего с ним не сделаешь.
Лиза была в это время в разладе с своими и не выходила за порог своей
комнаты. Полинька Калистратова навещала ее аккуратно каждое утро и
оставалась у ней до обеда. Бертольди Ольга Сергеевна ни за что не хотела
позволить Лизе принимать в своем доме; из-за этого-то и произошла новая
размолвка Лизы с матерью.
Полинька Калистратова обыкновенно уходила от Лизы домой около двух
часов и нынче ушла от Лизы в это же самое время. Во всю дорогу и дома за
обедом Розанов не выходил из головы у Полиньки. Жаль ей очень его было. Ей
приходили на память его теплая расположенность к ней и хлопоты о ребенке,
его одиночество и неуменье справиться с своим положением. ``А впрочем, что
можно и сделать из такого положения?`` -- думала Полинька и вышла немножко
погулять.
Розанов опять был с Полинькой, и до такой степени неотвязчиво он ее
преследовал, что она начала раздражаться. Искреннее сожаление о нем быстро
сменялось пылким гневом и досадой. Полинька вдруг приходила в такое
состояние, что, как женщины иногда выражаются, ``вот просто взяла бы да
побила его``. И в эти-то минуты гнева она шла торопливыми шагами, точно она
не гуляла, а спешила на трепетное роковое свидание, на котором ей нужно
обличить и осыпать укорами человека, играющего какую-то серьезную роль в ее
жизни. Да Полинька
-- И водочки?
-- Пожалуй, дай и водочки.
Розанову подали котлетку и графинчик водочки, и с тех пор графинчика у
него не снимали со стола, а только один на другой переменяли.
Помада ноги отходил, искавши Розанова, и наконец, напав на его след по
рассказам барсовского полового, нашел Дмитрия Петровича одиноко сидящим в
номере. Он снова запил мертвым запоем. Помада забежал на Чистые Пруды и
сказал, чтобы о Розанове не беспокоились, что он цел и никуда не пропал.
Слух о розановском пьянстве разнесся по Чистым Прудам и произвел здесь
дикий гогот, бури дыханью подобный. Бедная madame Розанова была оплакана, и
ей уж не оставалось никаких средств спастись от опеки углекислых. Маркиза
даже предложила ей чулан на антресолях, чтобы к ней как-нибудь ночью не
ворвался пьяный муж и не задушил ее, но Ольга Александровна не
воспользовалась этим приглашением. Ей надоел уже чуланчик, в котором она
высидела двое суток у Рогнеды Романовны, и она очень хорошо знала, что муж
ее не задушит. Она даже ждала его в эту ночь, но ждала совершенно напрасно.
Розанов и на четвертую ночь домой не явился, даже не явился он и еще двое
суток, и уж о месте пребывания его в течение двух суток никто не имел
никаких сведений. Но мы можем посмотреть, где он побывал и что поделывал.
"Глава двадцать восьмая. НЕ ЗНАЕШЬ, ГДЕ НАЙДЕШЬ, ГДЕ ПОТЕРЯЕШЬ"
Помада с горьким соболезнованием сообщил о пьянстве Розанова и Лизе. Он
рассказал это при Полиньке Калистратовой, объяснив по порядку все, как это
началось, как шло и чем кончилось или чем должно кончиться.
-- Несчастный человек! -- сказала Лиза с жалостью и с презрением. --
Так он и пропадет.
-- Как же, Лиза, надо бы что-нибудь сделать, -- тихо сказала после
Помадиного рассказа Полинька Калистратова.
-- Что же с пьяным человеком делать?
-- Остановить бы его как-нибудь.
-- Как его остановить? Я уж пробовала это, -- добавила, помолчав, Лиза.
-- Человек без воли и характера: ничего с ним не сделаешь.
Лиза была в это время в разладе с своими и не выходила за порог своей
комнаты. Полинька Калистратова навещала ее аккуратно каждое утро и
оставалась у ней до обеда. Бертольди Ольга Сергеевна ни за что не хотела
позволить Лизе принимать в своем доме; из-за этого-то и произошла новая
размолвка Лизы с матерью.
Полинька Калистратова обыкновенно уходила от Лизы домой около двух
часов и нынче ушла от Лизы в это же самое время. Во всю дорогу и дома за
обедом Розанов не выходил из головы у Полиньки. Жаль ей очень его было. Ей
приходили на память его теплая расположенность к ней и хлопоты о ребенке,
его одиночество и неуменье справиться с своим положением. ``А впрочем, что
можно и сделать из такого положения?`` -- думала Полинька и вышла немножко
погулять.
Розанов опять был с Полинькой, и до такой степени неотвязчиво он ее
преследовал, что она начала раздражаться. Искреннее сожаление о нем быстро
сменялось пылким гневом и досадой. Полинька вдруг приходила в такое
состояние, что, как женщины иногда выражаются, ``вот просто взяла бы да
побила его``. И в эти-то минуты гнева она шла торопливыми шагами, точно она
не гуляла, а спешила на трепетное роковое свидание, на котором ей нужно
обличить и осыпать укорами человека, играющего какую-то серьезную роль в ее
жизни. Да Полинька