ал на ваш
приезд и вашу откровенность.
-- Простите, мне очень жаль, что я не в состоянии...
-- Оставьте. Я знаю. Ну, 'желаем вам счастливого пути.
Вечером мой пароход отошел от Амстердама. По
сланные со мной агенты вели себя так умело, что я
действительно мог подозревать в любом пассажире мою
охрану и в то же время не подозревать никого. Но
когда к полуночи мне захотелось спать и я спустился
в занятую мною каюту, то, к своему удивлению, на
шел там бородатого, широкоплечего незнакомца, ко
торого я раньше не видел на палубе. Он расположился
не на запасной койке, а прямо на полу, у дверей, по
достлав под себя пальто, положив под голову надувную
резиновую подушку и покрывшись пледом. Не без сдер
живаемого гнева я заметил ему, что вся каюта, со
всеми местами и со всем кубическим содержанием воз
духа, принадлежит мне. Но он возразил мне спокойно
и на хорошем английском языке: •.. , •; ,
580
-- Не волнуйтесь, сэр. Моя обязанность -- провести эту ночь около вас
на положении верного дога. Кстати, вот вам письмо и пакетик от господина
Даниэльса.
Старый еврей писал коротко и любезно:
"Не откажите мне в маленьком удовольствии: примите на память о нашей
встрече прилагаемое кольцо. В нем нет большой ценности, но это амулет,
предостерегающий от морской опасности. Надпись на нем древняя, едва ли не на
языке вымерших инков.
Даниэльс".
В пакетике было кольцо с небольшим плоским рубином, на поверхности
которого были вырезаны диковинные знаки.
А мой "дог" запер каюту на ключ, положил около себя револьвер и,
по-видимому, мгновенно заснул.
-- Благодарю вас, дорогой мистер Диббль, -- говорил мне через день
мистер Найдстон, крепко пожимая мою руку. -- Вы прекрасно справились со
всеми поручениями, порою довольно сложными, сэкономили много времени и
вдобавок держали себя с надлежащим достоинством. Теперь в продолжение недели
отдыхайте и развлекайтесь, как хотите. В воскресенье утром мы с вами
пообедаем и выедем в Соутгэмптон, а утром в понедельник вы уже будете плыть
через океан на борту великолепного парохода "Южный крест". Кстати, не
забудьте зайти к моему клерку и получить ваше двухмесячное жалованье и
суточные деньги, а я за эти дни пересмотрю и вновь упакую накрепко весь ваш
багаж. Опасно доверяться чужим рукам, а в деле упаковки деликатных вещей
вряд ли во всем Лондоне найдется мне хоть один соперник.
В воскресенье я распростился с милым мистером Джоном Джонсоном и его
многочисленной семьей и уехал, сопровождаемый общими теплыми напутствиями. А
в понедельник утром мы с мистером Найдстоном сидели в роскошной
кают-компании гигантского паро^ хода "Южный крест" в ожидании .отплытия и
пили
581
кофе. По океану разГуливал довольно свежий ветер, и зеленые волны с
белыми пенными гребнями бились о крепкие круглые стекла иллюминаторов.
-- Я должен вас предупредить, мой милый, что вы поедете не один, --
говорил мистер Найдстон. -- С вами вместе отправляется некий мистер де Мон
де Рик. Он по образованию электротехник и механик, за ним несколько лет
безукоризненной практики, и я слышал о нем самые лестные отзывы, как о
работнике. Мне лично этот парень не по сердцу, но очень может быть, что в
данном случае во мне говорит ошибочная беспричинная антип
приезд и вашу откровенность.
-- Простите, мне очень жаль, что я не в состоянии...
-- Оставьте. Я знаю. Ну, 'желаем вам счастливого пути.
Вечером мой пароход отошел от Амстердама. По
сланные со мной агенты вели себя так умело, что я
действительно мог подозревать в любом пассажире мою
охрану и в то же время не подозревать никого. Но
когда к полуночи мне захотелось спать и я спустился
в занятую мною каюту, то, к своему удивлению, на
шел там бородатого, широкоплечего незнакомца, ко
торого я раньше не видел на палубе. Он расположился
не на запасной койке, а прямо на полу, у дверей, по
достлав под себя пальто, положив под голову надувную
резиновую подушку и покрывшись пледом. Не без сдер
живаемого гнева я заметил ему, что вся каюта, со
всеми местами и со всем кубическим содержанием воз
духа, принадлежит мне. Но он возразил мне спокойно
и на хорошем английском языке: •.. , •; ,
580
-- Не волнуйтесь, сэр. Моя обязанность -- провести эту ночь около вас
на положении верного дога. Кстати, вот вам письмо и пакетик от господина
Даниэльса.
Старый еврей писал коротко и любезно:
"Не откажите мне в маленьком удовольствии: примите на память о нашей
встрече прилагаемое кольцо. В нем нет большой ценности, но это амулет,
предостерегающий от морской опасности. Надпись на нем древняя, едва ли не на
языке вымерших инков.
Даниэльс".
В пакетике было кольцо с небольшим плоским рубином, на поверхности
которого были вырезаны диковинные знаки.
А мой "дог" запер каюту на ключ, положил около себя револьвер и,
по-видимому, мгновенно заснул.
-- Благодарю вас, дорогой мистер Диббль, -- говорил мне через день
мистер Найдстон, крепко пожимая мою руку. -- Вы прекрасно справились со
всеми поручениями, порою довольно сложными, сэкономили много времени и
вдобавок держали себя с надлежащим достоинством. Теперь в продолжение недели
отдыхайте и развлекайтесь, как хотите. В воскресенье утром мы с вами
пообедаем и выедем в Соутгэмптон, а утром в понедельник вы уже будете плыть
через океан на борту великолепного парохода "Южный крест". Кстати, не
забудьте зайти к моему клерку и получить ваше двухмесячное жалованье и
суточные деньги, а я за эти дни пересмотрю и вновь упакую накрепко весь ваш
багаж. Опасно доверяться чужим рукам, а в деле упаковки деликатных вещей
вряд ли во всем Лондоне найдется мне хоть один соперник.
В воскресенье я распростился с милым мистером Джоном Джонсоном и его
многочисленной семьей и уехал, сопровождаемый общими теплыми напутствиями. А
в понедельник утром мы с мистером Найдстоном сидели в роскошной
кают-компании гигантского паро^ хода "Южный крест" в ожидании .отплытия и
пили
581
кофе. По океану разГуливал довольно свежий ветер, и зеленые волны с
белыми пенными гребнями бились о крепкие круглые стекла иллюминаторов.
-- Я должен вас предупредить, мой милый, что вы поедете не один, --
говорил мистер Найдстон. -- С вами вместе отправляется некий мистер де Мон
де Рик. Он по образованию электротехник и механик, за ним несколько лет
безукоризненной практики, и я слышал о нем самые лестные отзывы, как о
работнике. Мне лично этот парень не по сердцу, но очень может быть, что в
данном случае во мне говорит ошибочная беспричинная антип