овещались между собою, посылали куда-то простые и
шифрованные телеграммы, наводили точнейшие и подробнейшие сведения о моей
личности и так далее. В день моего отъезда они оба явились ко мне. В их
словах и движениях чувствовалась какая-то библейская торжественность.
-- Извините нас, молодой человек, и не сочтите за знак недоверия то,
что мы вам сейчас сообщим, -- сказал старший из них и более важный --
Даниэльс. -- На линии Амстердам -- Лондон все пароходы обыкновенно кишмя
кишат международными ворами самых высших марок. Правда, мы держим в
строжайшем секрете исполнение вашего почтенного заказа, но кто же может
ручаться за-то, что один или двое из этих пронырливых, умных, порою даже
почти гениальных международных рыцарей индустрии не ухитрились проникнуть в
нашу тайну? Поэтому мы считаем далеко не лишним окружить вас незримой, но
верной охраной из опытных полицейских агентов. Вы, пожалуй, даже и не
заметите их. Вы сами знаете, что осторожность никогда не помешает.
Согласитесь, что и вашим доверителям и нам будет гораздо спокойнее, ежели
то, что вы повезете, будет во все время пути под надежным, зорким и
неусыпным надзором? Ведь здесь дело идет не о кожаном портсигаре, а о двух
вещах, которые стоят в сложности около миллиона трехсот тысяч франков и
которым нет ничего подобного на всем земном шаре, а пожалуй, и во всей
вселенной.
Я самым искренним и любезным тоном поспешил уверить почтенного
бриллиантщика о моем полнейшем согласии с его мудрыми и дальновидными
словами. По-видимому, эта доверчивость еще более расположила его ко мне, и
он спросил пониженным голосом, в котором я уловил какую-то благоговейную
дрожь:
-- Не хотите ли теперь взглянуть на них?
-- Если это удобно и возможно для вас, то пожа
луйста, -- сказал я, с трудом скрывая свое любопыт
ство и недоумение. •
577
Оба еврея, почти одновременно, с видом священнодействующих жрецов,
вынули из боковых карманов своих длинных сюртуков два небольших футляра,--
Даниэльс дубовый, а Маас красный сафьяновый; осторожно отворили золотые
застежки и подняли крышки. Оба ящичка внутри были выложены белым бархатом и
сначала показались мне пустыми. Только, нагнувшись совсем низко над ними и
внимательно приглядевшись, я заметил две круглые выпуклые стеклянные,
совершенно бесцветные чечевицы такой необычайной чистоты и прозрачности, что
они казались бы совсем незаметными, если бы не тонкие, круглые,
геометрически правильные очертания их окружности.
-- Удивительная работа! -- воскликнул я, восхищенный. -- Вероятно, вам
очень долго пришлось трудиться над этими стеклами?
-- Молодой человек! -- произнес Даниэльс испуганным шепотом. -- Это не
стекла, а два брильянта. Один, вышедший из моей мастерской, весит тридцать с
половиною каратов, а брильянт господина Мааса целых семьдесят четыре.
Я был так поражен, что даже потерял свою обычную хладнокровную
сдержанность.
-- Брильянты? Брильянты, принявшие сферическую поверхность? Но ведь это
чудо, о котором мне ни разу не приходилось ни читать, ни слышать. Ведь
ничего подобного до сих пор не было достигнуто человеком!
-- Я и говорил вам, что эти вещи единственные в мире, -- важно
подтвердил ювелир, -- но меня, простите, немного озадачивает ваше изумление.
Неужели это новость для
шифрованные телеграммы, наводили точнейшие и подробнейшие сведения о моей
личности и так далее. В день моего отъезда они оба явились ко мне. В их
словах и движениях чувствовалась какая-то библейская торжественность.
-- Извините нас, молодой человек, и не сочтите за знак недоверия то,
что мы вам сейчас сообщим, -- сказал старший из них и более важный --
Даниэльс. -- На линии Амстердам -- Лондон все пароходы обыкновенно кишмя
кишат международными ворами самых высших марок. Правда, мы держим в
строжайшем секрете исполнение вашего почтенного заказа, но кто же может
ручаться за-то, что один или двое из этих пронырливых, умных, порою даже
почти гениальных международных рыцарей индустрии не ухитрились проникнуть в
нашу тайну? Поэтому мы считаем далеко не лишним окружить вас незримой, но
верной охраной из опытных полицейских агентов. Вы, пожалуй, даже и не
заметите их. Вы сами знаете, что осторожность никогда не помешает.
Согласитесь, что и вашим доверителям и нам будет гораздо спокойнее, ежели
то, что вы повезете, будет во все время пути под надежным, зорким и
неусыпным надзором? Ведь здесь дело идет не о кожаном портсигаре, а о двух
вещах, которые стоят в сложности около миллиона трехсот тысяч франков и
которым нет ничего подобного на всем земном шаре, а пожалуй, и во всей
вселенной.
Я самым искренним и любезным тоном поспешил уверить почтенного
бриллиантщика о моем полнейшем согласии с его мудрыми и дальновидными
словами. По-видимому, эта доверчивость еще более расположила его ко мне, и
он спросил пониженным голосом, в котором я уловил какую-то благоговейную
дрожь:
-- Не хотите ли теперь взглянуть на них?
-- Если это удобно и возможно для вас, то пожа
луйста, -- сказал я, с трудом скрывая свое любопыт
ство и недоумение. •
577
Оба еврея, почти одновременно, с видом священнодействующих жрецов,
вынули из боковых карманов своих длинных сюртуков два небольших футляра,--
Даниэльс дубовый, а Маас красный сафьяновый; осторожно отворили золотые
застежки и подняли крышки. Оба ящичка внутри были выложены белым бархатом и
сначала показались мне пустыми. Только, нагнувшись совсем низко над ними и
внимательно приглядевшись, я заметил две круглые выпуклые стеклянные,
совершенно бесцветные чечевицы такой необычайной чистоты и прозрачности, что
они казались бы совсем незаметными, если бы не тонкие, круглые,
геометрически правильные очертания их окружности.
-- Удивительная работа! -- воскликнул я, восхищенный. -- Вероятно, вам
очень долго пришлось трудиться над этими стеклами?
-- Молодой человек! -- произнес Даниэльс испуганным шепотом. -- Это не
стекла, а два брильянта. Один, вышедший из моей мастерской, весит тридцать с
половиною каратов, а брильянт господина Мааса целых семьдесят четыре.
Я был так поражен, что даже потерял свою обычную хладнокровную
сдержанность.
-- Брильянты? Брильянты, принявшие сферическую поверхность? Но ведь это
чудо, о котором мне ни разу не приходилось ни читать, ни слышать. Ведь
ничего подобного до сих пор не было достигнуто человеком!
-- Я и говорил вам, что эти вещи единственные в мире, -- важно
подтвердил ювелир, -- но меня, простите, немного озадачивает ваше изумление.
Неужели это новость для