орубки, я должен кое-что предпринять. Тем более, что для этого сейчас -
самый подходящий момент!
Я развернулся и галопом помчался к своему грузовику. Вскарабкался в
кабину через приспущенное боковое стекло как раз в тот момент, когда мой
Водила под истошный вой Маньки-Дианы заканчивал свои половые упражнения.
Зажигалку я увидел сразу же. Она валялась на полу кабины, выпав из кармана
джинсов моего Водилы, впопыхах брошенных на сиденье. Там же, на полу,
валялись рассыпаные сигареты и какая то медная денежная мелочь. Я прихватил
зажигалку зубами, снова выполз из ходуном ходившей кабины, но уже не
спрыгнул вниз, а наоборот, вскарабкался на крышу кабины. А уже оттуда
пробраться в запретный фургон было для меня делом плевым. Внутри фургона, в
кромешной темноте, стараясь не вдыхать запахи идущие от "той" пачки фанеры,
я проскакал по остальным упаковкам к самому заднему борту. Там я обнаружил
провонявшую соляркой и перегоревшим машинным маслом грязную коробку с
ветошью и зарыл туда золотую зажигалочку от самого "Картье" стоимостью в
пять с половиной тысяч долларов. А это не хвост собачий! Это пятьсот
пятьдесят Манькиных шоферов-дальнорейсовиков!.. Если считать каждого по
червонцу. Потому что, кроме моего Водилы, вряд ли найдется еще кто-то, кто
станет добровольно доплачивать к Манькиной таксе пять долларов за
нестандартность собственных размеров. А мой Водила пусть пока думает, что он
потерял зажигалку. Зато, когда через месяц мы будем возвращаться в Петербург
к Шуре Плоткину, я преподнесу эту зажигалку своему Водиле "в самом лучшем
виде", как сказал бы Шура.
Вылез я из фургона и уже с легким сердцем побежал к "мерседесу" -
рассказать все Дженни. Однако, серебристый "мерседес" сухо и неприветливо
встретил меня наглухо поднятыми стеклами дверей и намертво задраенным
верхним люком. Дженни в машине и след простыл.
Мне ничего не оставалось делать, как вернуться к своему грузовику.
Маньки-Дианы не было. Видимо, у нее кончился перерыв в судомойке, и она
умчалась готовить посуду к обеду шестисот пассажиров. Водила ползал по
кабине, поднимал на полу коврик, заглядывал под сиденья. Увидел меня и
огорченно сказал:
- Вот, Кыся... Зажигалочка-то твоя - тю-тю! Видать, мало ей, сучке,
пятнадцати долларов показалось, этой Диане задроченной, так она еще и
зажигалочку нашу скоммуниздила...
Неожиданно мне стало вдруг очень жалко эту дуреху Маньку! Мало того,
что она все еще радуется десяти долларам, в то время как валютные потаскухи
уже давно перешли на стодолларовую оплату, а гостиничные проститутки - Шура
как-то говорил - меньше, чем за полтораста и разговаривать не начинают, так
ее, беднягу, еще и в воровстве, которого она не совершала, обвинили... Не
дай Бог, думаю, сейчас мой Водила пойдет в ресторанную судомойку, разыщет
Маньку-Диану и начнет права качать! Кто там будет разбираться - брала, не
брала?! Вышибут с хлебного места в два счета. Как тех теток из "Астории"...
А так как интрига с зажигалкой от начала до конца - моих лап дело, то я
просто обязан встать на защиту Маньки! Но, как?! Единственный способ - это
попытаться немедленно установить с Водилой хотя бы намек на телепатическую
связь "по доктору Ричарду Шелдрейсу". Правда, в своей теории английский
биолог считал, что Начало Установления Контакта обязательно должно идти о
самый подходящий момент!
Я развернулся и галопом помчался к своему грузовику. Вскарабкался в
кабину через приспущенное боковое стекло как раз в тот момент, когда мой
Водила под истошный вой Маньки-Дианы заканчивал свои половые упражнения.
Зажигалку я увидел сразу же. Она валялась на полу кабины, выпав из кармана
джинсов моего Водилы, впопыхах брошенных на сиденье. Там же, на полу,
валялись рассыпаные сигареты и какая то медная денежная мелочь. Я прихватил
зажигалку зубами, снова выполз из ходуном ходившей кабины, но уже не
спрыгнул вниз, а наоборот, вскарабкался на крышу кабины. А уже оттуда
пробраться в запретный фургон было для меня делом плевым. Внутри фургона, в
кромешной темноте, стараясь не вдыхать запахи идущие от "той" пачки фанеры,
я проскакал по остальным упаковкам к самому заднему борту. Там я обнаружил
провонявшую соляркой и перегоревшим машинным маслом грязную коробку с
ветошью и зарыл туда золотую зажигалочку от самого "Картье" стоимостью в
пять с половиной тысяч долларов. А это не хвост собачий! Это пятьсот
пятьдесят Манькиных шоферов-дальнорейсовиков!.. Если считать каждого по
червонцу. Потому что, кроме моего Водилы, вряд ли найдется еще кто-то, кто
станет добровольно доплачивать к Манькиной таксе пять долларов за
нестандартность собственных размеров. А мой Водила пусть пока думает, что он
потерял зажигалку. Зато, когда через месяц мы будем возвращаться в Петербург
к Шуре Плоткину, я преподнесу эту зажигалку своему Водиле "в самом лучшем
виде", как сказал бы Шура.
Вылез я из фургона и уже с легким сердцем побежал к "мерседесу" -
рассказать все Дженни. Однако, серебристый "мерседес" сухо и неприветливо
встретил меня наглухо поднятыми стеклами дверей и намертво задраенным
верхним люком. Дженни в машине и след простыл.
Мне ничего не оставалось делать, как вернуться к своему грузовику.
Маньки-Дианы не было. Видимо, у нее кончился перерыв в судомойке, и она
умчалась готовить посуду к обеду шестисот пассажиров. Водила ползал по
кабине, поднимал на полу коврик, заглядывал под сиденья. Увидел меня и
огорченно сказал:
- Вот, Кыся... Зажигалочка-то твоя - тю-тю! Видать, мало ей, сучке,
пятнадцати долларов показалось, этой Диане задроченной, так она еще и
зажигалочку нашу скоммуниздила...
Неожиданно мне стало вдруг очень жалко эту дуреху Маньку! Мало того,
что она все еще радуется десяти долларам, в то время как валютные потаскухи
уже давно перешли на стодолларовую оплату, а гостиничные проститутки - Шура
как-то говорил - меньше, чем за полтораста и разговаривать не начинают, так
ее, беднягу, еще и в воровстве, которого она не совершала, обвинили... Не
дай Бог, думаю, сейчас мой Водила пойдет в ресторанную судомойку, разыщет
Маньку-Диану и начнет права качать! Кто там будет разбираться - брала, не
брала?! Вышибут с хлебного места в два счета. Как тех теток из "Астории"...
А так как интрига с зажигалкой от начала до конца - моих лап дело, то я
просто обязан встать на защиту Маньки! Но, как?! Единственный способ - это
попытаться немедленно установить с Водилой хотя бы намек на телепатическую
связь "по доктору Ричарду Шелдрейсу". Правда, в своей теории английский
биолог считал, что Начало Установления Контакта обязательно должно идти о