амного эффектнее. И приказал здоровенному полицейскому
проводить нас до сабвея.
Мы предупредили мистера Хьюза, что уезжаем, и действительно
уехали...
Спустя еще час мы как сумасшедшие уже мчались по
Кингс-хайвей в Бруклин на нашем "Плимуте".
Коллега Рут из Бруклинского отдела полиции, сержант Барри
Грант, кажется, отыскал Шурины следы! Не самого Шуру - его
никто не видел уже несколько дней, - а лишь дом и квартиру, где
Шура мог, якобы, проживать...
Сейчас сержант Барри Грант и хозяин дома, который сдавал эту
квартиру (возможно...) Шуре, ждут нас в Шипсхед-бей на углу
Оушен Авеню и Авеню Зет.
Ждут, чтобы в нашем присутствии вскрыть квартиру и...
Тут Рут запнулась. На мгновение она растерянно посмотрела на
нас с Тимуром, а потом решительно и жестко продолжала:
- Вы оба достаточно навидались в своей жизни. А я чуть ли не
ежедневно сталкиваюсь на работе вообще черт знает с чем.
Поэтому я не буду с вами сюсюкать. Вполне вероятно, что мы
найдем там уже полуразложившийся труп. К несчастью, одинокие
молодые эмигранты в первые же два-три месяца не выдерживают
груза рухнувших надежд, потери самого себя, унизительности
иждивенчества начального периода, языковую немоту... Эти
фудстемпы - талоны на питание, - почти полная изоляция, это
крушение всей прошлой жизни... Очень, очень часто, особенно
люди интеллигентные, кончают жизнь самоубийством...
- Нет!!! - завопил я в полной панике. - Нет!.. Он ждал меня!
ОН МЕНЯ ЖДАЛ!!! ОН ЖДАЛ МЕНЯ ЖИВОЙ, ОН ЖИВ И СЕЙЧАС!.. Я же его
недавно слышал... Может быть, он болен... Мне кажется, что он
ГДЕ-ТО болен. Или куда-то уехал... Далеко. Потому что его было
очень плохо слышно...
Никакого рюкзака, я просто сидел на коленях у Тимура, и мы
оба были пристегнуты к сиденью одним ремнем безопасности. Но
для верности Тимур сильно прижимал меня к себе руками, и я все
время слышал, как стучит его сердце.
- Мамочка! Мамуленька!.. Ну что тебе стоит?!.. - умолял
Тимур. - Пожалуйста, поставь на крышу свою полицейскую мигалку,
вруби сирену!..
Но Рут ответила категорическим отказом:
- Остановят за превышение скорости - покажу полицейский
жетон. Не остановят - слава Богу! А ездить с мигалкой и
сиреной, когда все видят, что в машине сидит вполне
благополучный ребенок и Кот с мордой гангстера, - элементарное
свинство!.. Называется - использование служебного положения в
личных целях. А ты, Мартын, немедленно прекрати истерику и
возьми себя в лапы. ЕСЛИ ОН ЖИВ, мы его найдем. Это я тебе
обещаю!
А потом Рут обозвала нас с Тимурчиком двумя юными русскими
форменными идиотами. Потому что мы все время Плоткина называли
Шура, Шура, Шура, когда он вовсе никакой не Шура, а Александр!
Она, Рут, понимает, что существуют укороченные и ласкательные
имена: Роберт может называться Бобби, а Уильям - Билли. И,
слава Господи, Рут догадалась сегодня спросить у мистера Бориса
Могилевского, как по-русски могут еще называть Шуру. И ответ
был ошеломляющим: ласкательно - Шурик, Саша, Сашенька, Саня,
Санек... А настоящее, полное имя - АЛЕКСАНДР!
Но когда объявляется официальный розыск, то человека ищут по
его полному ДОКУМЕНТАЛЬНО ЗАРЕГИСТРИРОВАННОМУ имени. Конечно,
ни в одной телефонной книге Нью-Йорка нет Шуры Плоткина. Хотя в
одном только Бруклине этих Плоткиных - сорок два человека, в
Манхеттене - пятьдесят пять
проводить нас до сабвея.
Мы предупредили мистера Хьюза, что уезжаем, и действительно
уехали...
Спустя еще час мы как сумасшедшие уже мчались по
Кингс-хайвей в Бруклин на нашем "Плимуте".
Коллега Рут из Бруклинского отдела полиции, сержант Барри
Грант, кажется, отыскал Шурины следы! Не самого Шуру - его
никто не видел уже несколько дней, - а лишь дом и квартиру, где
Шура мог, якобы, проживать...
Сейчас сержант Барри Грант и хозяин дома, который сдавал эту
квартиру (возможно...) Шуре, ждут нас в Шипсхед-бей на углу
Оушен Авеню и Авеню Зет.
Ждут, чтобы в нашем присутствии вскрыть квартиру и...
Тут Рут запнулась. На мгновение она растерянно посмотрела на
нас с Тимуром, а потом решительно и жестко продолжала:
- Вы оба достаточно навидались в своей жизни. А я чуть ли не
ежедневно сталкиваюсь на работе вообще черт знает с чем.
Поэтому я не буду с вами сюсюкать. Вполне вероятно, что мы
найдем там уже полуразложившийся труп. К несчастью, одинокие
молодые эмигранты в первые же два-три месяца не выдерживают
груза рухнувших надежд, потери самого себя, унизительности
иждивенчества начального периода, языковую немоту... Эти
фудстемпы - талоны на питание, - почти полная изоляция, это
крушение всей прошлой жизни... Очень, очень часто, особенно
люди интеллигентные, кончают жизнь самоубийством...
- Нет!!! - завопил я в полной панике. - Нет!.. Он ждал меня!
ОН МЕНЯ ЖДАЛ!!! ОН ЖДАЛ МЕНЯ ЖИВОЙ, ОН ЖИВ И СЕЙЧАС!.. Я же его
недавно слышал... Может быть, он болен... Мне кажется, что он
ГДЕ-ТО болен. Или куда-то уехал... Далеко. Потому что его было
очень плохо слышно...
Никакого рюкзака, я просто сидел на коленях у Тимура, и мы
оба были пристегнуты к сиденью одним ремнем безопасности. Но
для верности Тимур сильно прижимал меня к себе руками, и я все
время слышал, как стучит его сердце.
- Мамочка! Мамуленька!.. Ну что тебе стоит?!.. - умолял
Тимур. - Пожалуйста, поставь на крышу свою полицейскую мигалку,
вруби сирену!..
Но Рут ответила категорическим отказом:
- Остановят за превышение скорости - покажу полицейский
жетон. Не остановят - слава Богу! А ездить с мигалкой и
сиреной, когда все видят, что в машине сидит вполне
благополучный ребенок и Кот с мордой гангстера, - элементарное
свинство!.. Называется - использование служебного положения в
личных целях. А ты, Мартын, немедленно прекрати истерику и
возьми себя в лапы. ЕСЛИ ОН ЖИВ, мы его найдем. Это я тебе
обещаю!
А потом Рут обозвала нас с Тимурчиком двумя юными русскими
форменными идиотами. Потому что мы все время Плоткина называли
Шура, Шура, Шура, когда он вовсе никакой не Шура, а Александр!
Она, Рут, понимает, что существуют укороченные и ласкательные
имена: Роберт может называться Бобби, а Уильям - Билли. И,
слава Господи, Рут догадалась сегодня спросить у мистера Бориса
Могилевского, как по-русски могут еще называть Шуру. И ответ
был ошеломляющим: ласкательно - Шурик, Саша, Сашенька, Саня,
Санек... А настоящее, полное имя - АЛЕКСАНДР!
Но когда объявляется официальный розыск, то человека ищут по
его полному ДОКУМЕНТАЛЬНО ЗАРЕГИСТРИРОВАННОМУ имени. Конечно,
ни в одной телефонной книге Нью-Йорка нет Шуры Плоткина. Хотя в
одном только Бруклине этих Плоткиных - сорок два человека, в
Манхеттене - пятьдесят пять