ВОЕ, НЕОБЪЯСНИМОЕ!!!
- Фридрих, добрый вечер! У меня опять не заводится мой проклятый
"Мерседес", - сказал Гельмут. - Нет ли у вас герра Мозера?
- Есть, - ответил Фридрих и жестом остановил уже уходящего Франца.
- Фридрих, будьте любезны, попросите герра Мозера заехать за нами на
одной из ваших машин. А может быть, он мне и поможет завести мой автомобиль?
Он уже это несколько раз делал. Тогда вообще не будет никаких хлопот с
возвращением домой ночью...
- Хорошо, Гельмут, - коротко ответил Фридрих, отключил телефон и сказал
Мозеру: - У герра Хартманна опять проблемы с его "Мерседесом". Пожалуйста,
Франц, возьмите машину и съездите за ними.
- А как же фейерверк? - осторожно спросил Франц Мозер, и я почувствовал
его внутреннее ликование - все шло так, как они с Хартманном и планировали!
- Ничего страшного. Я думаю, пока фрау Кох накрывает на стол, мы с
профессором сумеем сами подготовить все ракеты к запуску. А так как сегодня
навалило много снега, возьмите "Чероки", чтобы у вас самих не возникало
никаких проблем по дороге.
- Слушаюсь, герр фон Тифенбах! - и Мозер вышел из гостиной. Я тут же
юркнул за ним. Лишь бы он не открывал ящик с ракетами! Лишь бы не лапал
мешок "Русский сувенир"! Если же он это попробует сделать, я постараюсь ему
как-нибудь помешать. Как - я понятия не имел, но надеялся, что в
экстремальный момент мне это придет в голову...
Как я и ожидал, спустившись в гараж, Мозер тут же открыл ящик с
ракетами, заглянул туда, увидел знакомый пластиковый пакет (недаром я после
отъезда полиции еще полчаса корячился - снова запихивал туда пакет с лыжным
ботинком!) и чтобы не дать Мозеру прикоснуться к нему и пощупать, на месте
ли бомба-"Матрешка", я неожиданно перед самым носом Мозера, даже хлестнув
его хвостом по лицу, вспрыгнул на крышу "Гранд-Чероки". Мозер в испуге
отпрянул от ящика, прикрыл его, и дрогнувшим голосом спросил меня:
- Тоже поедешь со мной, русская сволочь?
Но я сделал вид, что ничего не понял, и даже потерся брылями о плечо
Мозера. Можете представить чего мне это стоило!..
И когда Мозер открыл дверцу "Чероки", я первым прыгнул в кабину. Там, у
Хартманнов, я хоть смогу повлиять через Дженни на Монику - если она
заартачится и не захочет ехать сама на "Чероки".
Но мне этого делать не пришлось.
Нужно было видеть, как Моника и Дженни обрадовались, увидев меня в
красно-золотой жилетке и белой манишке с беленькой "бабочкой"! Дженни от
меня просто глаз не отрывала, а Моника тут же согласилась сесть за руль
"Чероки" и вместе со мной и Дженни ехать прямо к отцу. И там подождать
Гельмута с его капризным "Мерседесом" - герр Мозер утверждает, что починка
займет всего минут двадцать, - а потом уже сесть всем вместе за праздничный
стол!..
А пока Моника поможет Тане Кох накрыть на стол, а отцу - разобраться с
фейерверком.
Один я видел, как переглянулись Хартманн и Мозер. И если до какого-то
мгновения у меня, нет-нет, да и возникали сомнения - имею ли я право брать
на себя Суд на этими двумя Негодяйцами - то после того, как я еще перехватил
их взгляд, которыми они проводили нас, у меня отпали все сомнения...
В четыре руки Моника и Таня накрыли в столовой, благо фрау Розенмайер
перед своим уходом заранее все так красиво разложила на невиданно роскошное
старинной посуде (даже крахмальные салфе
- Фридрих, добрый вечер! У меня опять не заводится мой проклятый
"Мерседес", - сказал Гельмут. - Нет ли у вас герра Мозера?
- Есть, - ответил Фридрих и жестом остановил уже уходящего Франца.
- Фридрих, будьте любезны, попросите герра Мозера заехать за нами на
одной из ваших машин. А может быть, он мне и поможет завести мой автомобиль?
Он уже это несколько раз делал. Тогда вообще не будет никаких хлопот с
возвращением домой ночью...
- Хорошо, Гельмут, - коротко ответил Фридрих, отключил телефон и сказал
Мозеру: - У герра Хартманна опять проблемы с его "Мерседесом". Пожалуйста,
Франц, возьмите машину и съездите за ними.
- А как же фейерверк? - осторожно спросил Франц Мозер, и я почувствовал
его внутреннее ликование - все шло так, как они с Хартманном и планировали!
- Ничего страшного. Я думаю, пока фрау Кох накрывает на стол, мы с
профессором сумеем сами подготовить все ракеты к запуску. А так как сегодня
навалило много снега, возьмите "Чероки", чтобы у вас самих не возникало
никаких проблем по дороге.
- Слушаюсь, герр фон Тифенбах! - и Мозер вышел из гостиной. Я тут же
юркнул за ним. Лишь бы он не открывал ящик с ракетами! Лишь бы не лапал
мешок "Русский сувенир"! Если же он это попробует сделать, я постараюсь ему
как-нибудь помешать. Как - я понятия не имел, но надеялся, что в
экстремальный момент мне это придет в голову...
Как я и ожидал, спустившись в гараж, Мозер тут же открыл ящик с
ракетами, заглянул туда, увидел знакомый пластиковый пакет (недаром я после
отъезда полиции еще полчаса корячился - снова запихивал туда пакет с лыжным
ботинком!) и чтобы не дать Мозеру прикоснуться к нему и пощупать, на месте
ли бомба-"Матрешка", я неожиданно перед самым носом Мозера, даже хлестнув
его хвостом по лицу, вспрыгнул на крышу "Гранд-Чероки". Мозер в испуге
отпрянул от ящика, прикрыл его, и дрогнувшим голосом спросил меня:
- Тоже поедешь со мной, русская сволочь?
Но я сделал вид, что ничего не понял, и даже потерся брылями о плечо
Мозера. Можете представить чего мне это стоило!..
И когда Мозер открыл дверцу "Чероки", я первым прыгнул в кабину. Там, у
Хартманнов, я хоть смогу повлиять через Дженни на Монику - если она
заартачится и не захочет ехать сама на "Чероки".
Но мне этого делать не пришлось.
Нужно было видеть, как Моника и Дженни обрадовались, увидев меня в
красно-золотой жилетке и белой манишке с беленькой "бабочкой"! Дженни от
меня просто глаз не отрывала, а Моника тут же согласилась сесть за руль
"Чероки" и вместе со мной и Дженни ехать прямо к отцу. И там подождать
Гельмута с его капризным "Мерседесом" - герр Мозер утверждает, что починка
займет всего минут двадцать, - а потом уже сесть всем вместе за праздничный
стол!..
А пока Моника поможет Тане Кох накрыть на стол, а отцу - разобраться с
фейерверком.
Один я видел, как переглянулись Хартманн и Мозер. И если до какого-то
мгновения у меня, нет-нет, да и возникали сомнения - имею ли я право брать
на себя Суд на этими двумя Негодяйцами - то после того, как я еще перехватил
их взгляд, которыми они проводили нас, у меня отпали все сомнения...
В четыре руки Моника и Таня накрыли в столовой, благо фрау Розенмайер
перед своим уходом заранее все так красиво разложила на невиданно роскошное
старинной посуде (даже крахмальные салфе