тва, - продолжал пристав.
- Благодарю вас, благодарю, - отвечал князь, сжимая еще раз руку
пристава.
- Прощу извинения, - продолжал становой, - по обязанностям моей службы,
до сих пор еще не имел чести представиться вашему сиятельству.
- О, помилуйте! Я знаю, как трудна ваша служба, - подхватил князь.
- Служба наша, ваше сиятельство, была бы приятная, как бы мы сами,
становые пристава, были не такие. Предместник мой, как, может быть, и вашему
сиятельству известно, оставил мне не дела, а ворох сена.
- Знаю, знаю. Но вы, как я слышал, все это поправляете, - отвечал
князь, хотя очень хорошо знал, что прежний становой пристав был человек
действительно пьющий, но знающий и деятельный, а новый - дрянь и дурак;
однако все-таки, по своей тактике, хотел на первый раз обласкать его, и тот,
с своей стороны, очень довольный этим приветствием, заложил большой палец
левой руки за последнюю застегнутую пуговицу фрака и, покачивая вправо и
влево головою, начал расхаживать по зале.
Пришли священники и еще раз поздравили знаменитого именинника с
тезоименитством, а семинарист-философ, выступив вперед, сказал
приветственную речь, начав ее воззванием: "Достопочтенный болярин!.." Князь
выслушал его очень серьезно и дал ему трехрублевую бумажку. Священнику,
дьякону и становому приказано было подать чай, а прочий причет отправился во
флигель, к управляющему, для принятия должного угощения.
Распорядясь таким образом, князь пригласил, наконец, Калиновича
по-французски в столовую, где тоже произошла довольно умилительная сцена
поздравления. Первый бросился к отцу на шею маленький князь, восклицая:
- Je vous felicite, papa*.
______________
* Поздравляю, папа (франц.).
Князь расцеловал его в губки, в щечки и в глаза.
- Je vous felicite, mon prince! - произнес, раскланиваясь, m-r ле Гран.
- Merci, mon cher, merci*, - отвечал с чувством князь.
______________
* Спасибо, дорогой, спасибо (франц.).
Княжна, в каком-то уж совершенно воздушном, с бесчисленным числом
оборок, кисейном платье, с милым и веселым выражением в лице, подошла к
отцу, поцеловала у него руку и подала ему ценную черепаховую сигарочницу, на
одной стороне которой был сделан вышитый шелками по бумаге розан. Это она
подарила свою работу, секретно сработанную и секретно обделанную в Москве.
- Charmant! Charmant! - воскликнул князь, рассматривая подарок.
Мистрисс Нетльбет в свою очередь тоже встала из-за самовара и, жеманно
присев, проговорила поздравительное приветствие князю и представила ему в
подарок что-то свернутое... кажется, связанные собственными ее руками
шелковые карпетки.
- А! Да это славно быть именинником: все дарят. Я готов быть по
несколько раз в год, - говорил князь, пожимая руку мистрисс Нетльбет. -
Ну-с, а вы, ваше сиятельство, - продолжал он, подходя к княгине, беря ее за
подбородок и продолжительно целуя, - вы чем меня подарите?
- А у меня ничего нет, - отвечала та с добродушной улыбкой.
- Вот женушки всегда таковы! Никогда ничем не подарят! - обратился
князь к Калиновичу.
Княгиня добродушно улыбалась, Калинович тоже отвечал улыбкою.
В час дамы перешли в большую гостиную, и стали съезжаться гости. Князь
всех встречал в зале. Первый приехал стряпчий с женою, хорошенькою дочерью
городничего, котора
- Благодарю вас, благодарю, - отвечал князь, сжимая еще раз руку
пристава.
- Прощу извинения, - продолжал становой, - по обязанностям моей службы,
до сих пор еще не имел чести представиться вашему сиятельству.
- О, помилуйте! Я знаю, как трудна ваша служба, - подхватил князь.
- Служба наша, ваше сиятельство, была бы приятная, как бы мы сами,
становые пристава, были не такие. Предместник мой, как, может быть, и вашему
сиятельству известно, оставил мне не дела, а ворох сена.
- Знаю, знаю. Но вы, как я слышал, все это поправляете, - отвечал
князь, хотя очень хорошо знал, что прежний становой пристав был человек
действительно пьющий, но знающий и деятельный, а новый - дрянь и дурак;
однако все-таки, по своей тактике, хотел на первый раз обласкать его, и тот,
с своей стороны, очень довольный этим приветствием, заложил большой палец
левой руки за последнюю застегнутую пуговицу фрака и, покачивая вправо и
влево головою, начал расхаживать по зале.
Пришли священники и еще раз поздравили знаменитого именинника с
тезоименитством, а семинарист-философ, выступив вперед, сказал
приветственную речь, начав ее воззванием: "Достопочтенный болярин!.." Князь
выслушал его очень серьезно и дал ему трехрублевую бумажку. Священнику,
дьякону и становому приказано было подать чай, а прочий причет отправился во
флигель, к управляющему, для принятия должного угощения.
Распорядясь таким образом, князь пригласил, наконец, Калиновича
по-французски в столовую, где тоже произошла довольно умилительная сцена
поздравления. Первый бросился к отцу на шею маленький князь, восклицая:
- Je vous felicite, papa*.
______________
* Поздравляю, папа (франц.).
Князь расцеловал его в губки, в щечки и в глаза.
- Je vous felicite, mon prince! - произнес, раскланиваясь, m-r ле Гран.
- Merci, mon cher, merci*, - отвечал с чувством князь.
______________
* Спасибо, дорогой, спасибо (франц.).
Княжна, в каком-то уж совершенно воздушном, с бесчисленным числом
оборок, кисейном платье, с милым и веселым выражением в лице, подошла к
отцу, поцеловала у него руку и подала ему ценную черепаховую сигарочницу, на
одной стороне которой был сделан вышитый шелками по бумаге розан. Это она
подарила свою работу, секретно сработанную и секретно обделанную в Москве.
- Charmant! Charmant! - воскликнул князь, рассматривая подарок.
Мистрисс Нетльбет в свою очередь тоже встала из-за самовара и, жеманно
присев, проговорила поздравительное приветствие князю и представила ему в
подарок что-то свернутое... кажется, связанные собственными ее руками
шелковые карпетки.
- А! Да это славно быть именинником: все дарят. Я готов быть по
несколько раз в год, - говорил князь, пожимая руку мистрисс Нетльбет. -
Ну-с, а вы, ваше сиятельство, - продолжал он, подходя к княгине, беря ее за
подбородок и продолжительно целуя, - вы чем меня подарите?
- А у меня ничего нет, - отвечала та с добродушной улыбкой.
- Вот женушки всегда таковы! Никогда ничем не подарят! - обратился
князь к Калиновичу.
Княгиня добродушно улыбалась, Калинович тоже отвечал улыбкою.
В час дамы перешли в большую гостиную, и стали съезжаться гости. Князь
всех встречал в зале. Первый приехал стряпчий с женою, хорошенькою дочерью
городничего, котора