ребенком.
- Мари, вы еще вернетесь?.. Я спать не хочу! - крикнул ей Вихров.
- Пожалуй... вернусь... - говорила, как бы не торопясь и раздумывая,
Мари.
- Я в кабинете буду вас ожидать, - продолжал Вихров.
- Хорошо, - отвечала опять неторопливо Мари и через несколько времени
какой-то робкой походкой прошла в кабинет.
IX
ОТЪЕЗД МАРИ И СУДЬБА ИВАНА
Точно по огню для Вихрова пробежали эти два-три месяца, которые он
провел потом в Воздвиженском с Мари: он с восторгом смотрел на нее, когда
они поутру сходились чай пить; с восторгом видел, как она, точно настоящая
хозяйка, за обедом разливала горячее; с восторгом и подолгу взглядывал на
нее, играя с ней по вечерам в карты. Самое лицо ее казалось ему окруженным
каким-то блестящим ореолом. Мари, в свою очередь, кажется, точно то же самое
чувствовала в отношении его. Как величайшую тягость, они оба вспоминали, что
им еще надо съездить к Живиным и отплатить им визит, потому что Юлия
Ардальоновна, бывши в Воздвиженском, прямо объяснила, что насколько она была
у Вихрова, настолько и у m-me Эйсмонд.
В одно утро, наконец, Вихров и Мари поехали к ним вдвоем в коляске.
Герой мой и тут, глядя на Мари, утопал в восторге - и она с какой-то
неудержимой любовью глядела на него.
Юлия Ардальоновна обрадовалась приезду m-me Эйсмонд, потому что он
удовлетворил ее самолюбие. Что же касается до самого Живина, то он пришел в
несказанный восторг, увидев у себя в доме Вихрова.
- Ты ведь у меня, у женатого, еще в первый раз, посмотри мое помещение,
- сказал он и повел приятеля показывать ему довольно нарядно убранную
половину их.
- Что ж, и отлично! Ты, значит, теперь у пристани.
- Да, слава богу, - отвечал Живин почти набожным тоном. - А ты у этой
барыни - не у пристани? - прибавил он не совсем смело и с усмешкой.
- О, вздор какой! - произнес с неудовольствием Вихров и поспешил
возвратиться в гостиную к дамам.
Ему уж и скучно стало без Мари и опять захотелось смотреть на нее. Мари
тоже, хоть на мгновение, но беспрестанно взглядывала на ту дверь, в которую
он ушел. Вихров, войдя в гостиную, будто случайно сел около Мари - и она
сейчас же поблагодарила его за то взором, хоть и разговаривала в это время
очень внимательно с Юлией. От той, конечно, не скрылись все эти
переглядывания - и досада невольно закралась в ее душу; ее, главное,
удивляло - что могло так пленить Вихрова в Мари. Она в ней только и видела
одно достоинство, что та одевалась прекрасно; но это чисто зависело от
модистки, а не от каких-нибудь личных достоинств женщины. Под влиянием этих
почти невольных ощущений ей захотелось немножко посмеяться над Вихровым.
- Вы, Павел Михайлович, - отнеслась она к нему, - решительно не
стареетесь: прежде вы были какой-то хандрющий, скучающий, а теперь,
напротив, как будто бы одушевлены чем-то.
Вихров посмотрел на нее сердито: он думал, что она хочет выдать тайну
его, и обозлился на нее.
- А вы так, наоборот, стареетесь очень, - проговорил он.
- Почему же вы это заключаете? - спросила Юлия, покраснев в лице.
- Потому что болтушкой становитесь, - сказал он.
- Ах, как это хорошо, какой милый комплимент я от вас получила! -
воскликнула, в свою очередь, обозлившаяся Юлия.
Гости потом еще ве
- Мари, вы еще вернетесь?.. Я спать не хочу! - крикнул ей Вихров.
- Пожалуй... вернусь... - говорила, как бы не торопясь и раздумывая,
Мари.
- Я в кабинете буду вас ожидать, - продолжал Вихров.
- Хорошо, - отвечала опять неторопливо Мари и через несколько времени
какой-то робкой походкой прошла в кабинет.
IX
ОТЪЕЗД МАРИ И СУДЬБА ИВАНА
Точно по огню для Вихрова пробежали эти два-три месяца, которые он
провел потом в Воздвиженском с Мари: он с восторгом смотрел на нее, когда
они поутру сходились чай пить; с восторгом видел, как она, точно настоящая
хозяйка, за обедом разливала горячее; с восторгом и подолгу взглядывал на
нее, играя с ней по вечерам в карты. Самое лицо ее казалось ему окруженным
каким-то блестящим ореолом. Мари, в свою очередь, кажется, точно то же самое
чувствовала в отношении его. Как величайшую тягость, они оба вспоминали, что
им еще надо съездить к Живиным и отплатить им визит, потому что Юлия
Ардальоновна, бывши в Воздвиженском, прямо объяснила, что насколько она была
у Вихрова, настолько и у m-me Эйсмонд.
В одно утро, наконец, Вихров и Мари поехали к ним вдвоем в коляске.
Герой мой и тут, глядя на Мари, утопал в восторге - и она с какой-то
неудержимой любовью глядела на него.
Юлия Ардальоновна обрадовалась приезду m-me Эйсмонд, потому что он
удовлетворил ее самолюбие. Что же касается до самого Живина, то он пришел в
несказанный восторг, увидев у себя в доме Вихрова.
- Ты ведь у меня, у женатого, еще в первый раз, посмотри мое помещение,
- сказал он и повел приятеля показывать ему довольно нарядно убранную
половину их.
- Что ж, и отлично! Ты, значит, теперь у пристани.
- Да, слава богу, - отвечал Живин почти набожным тоном. - А ты у этой
барыни - не у пристани? - прибавил он не совсем смело и с усмешкой.
- О, вздор какой! - произнес с неудовольствием Вихров и поспешил
возвратиться в гостиную к дамам.
Ему уж и скучно стало без Мари и опять захотелось смотреть на нее. Мари
тоже, хоть на мгновение, но беспрестанно взглядывала на ту дверь, в которую
он ушел. Вихров, войдя в гостиную, будто случайно сел около Мари - и она
сейчас же поблагодарила его за то взором, хоть и разговаривала в это время
очень внимательно с Юлией. От той, конечно, не скрылись все эти
переглядывания - и досада невольно закралась в ее душу; ее, главное,
удивляло - что могло так пленить Вихрова в Мари. Она в ней только и видела
одно достоинство, что та одевалась прекрасно; но это чисто зависело от
модистки, а не от каких-нибудь личных достоинств женщины. Под влиянием этих
почти невольных ощущений ей захотелось немножко посмеяться над Вихровым.
- Вы, Павел Михайлович, - отнеслась она к нему, - решительно не
стареетесь: прежде вы были какой-то хандрющий, скучающий, а теперь,
напротив, как будто бы одушевлены чем-то.
Вихров посмотрел на нее сердито: он думал, что она хочет выдать тайну
его, и обозлился на нее.
- А вы так, наоборот, стареетесь очень, - проговорил он.
- Почему же вы это заключаете? - спросила Юлия, покраснев в лице.
- Потому что болтушкой становитесь, - сказал он.
- Ах, как это хорошо, какой милый комплимент я от вас получила! -
воскликнула, в свою очередь, обозлившаяся Юлия.
Гости потом еще ве