изнанье в
своей связи с его женою!
Говоря это, прокурор побледнел даже и беспрестанно потрясал своей
сухощавой головой.
- Но как же он это сделает? - спросил Вихров. - Председатели палаты -
по выборам... Пиколова, вероятно, все черняками закидают.
- Очень просто! Просто очень! - отвечал прокурор. - До выбора еще два
года с лишком; он кандидата на это место, судью, очернит чем-нибудь - и
взамен его представит определить от короны господина Пиколова.
- Ну, судья-то, кажется, не дастся ему очернить себя, он не из таких -
сам зубаст! - возразил Вихров.
- Не дастся!.. Хорошо, если успеет в этом! - сказал прокурор. -
Говорят, хочет ехать в Петербург и хлопотать там.
- Наконец, и вы должны помочь ему; вы все-таки здесь - царское око! -
подхватил Вихров.
- Я, конечно, с своей стороны сделаю все, - продолжал Захаревский, -
напишу министру и объясню всю интригу; пусть там меня переводят куда хотят,
но терпения моего больше недостает переносить все это!
Всеми этими речами прокурор очень нравился Вихрову.
- Так следствие мое, значит, складно произведено? - спросил он.
- Очень складно! - отвечал прокурор. - Пусть они пожуют его и покусают;
я очень рад, что оно - в том же роде, как и штука с судьей, так что все это
мы можем вместе соединить.
- Поеду представлять ему дело, - сказал Вихров.
- Поезжайте и заезжайте, пожалуйста, оттуда сказать, что он вам будет
говорить.
- Непременно! - отвечал Вихров и уехал.
Ему весело даже было подумать о том, как у начальника губернии
вытянется физиономия, когда он будет ему рассказывать, как он произвел
следствие; но - увы! - надежда его в этом случае не сбылась: в приемной
губернатора он, как водится, застал скучающего адъютанта; сей молодой офицер
пробовал было и газету читать и в окно глядеть, но ничего не помогало, все
было скучно! Он начал, наконец, истерически зевать. При появлении Вихрова он
посмотрел на него сонными глазами.
- К Ивану Алексеевичу? - спросил он его как-то нехотя и сам в это время
позевнул.
- Да, - отвечал Вихров и тоже, по симпатии, невольно позевнул.
- Вам тоже, видно, спать хочется? - сказал адъютант.
- Я всю ночь ехал, - отвечал Вихров.
- А я время проводил с прехорошенькой женщиной, - отвечал адъютант и
снова самым отчаянным образом зевнул.
"О, чтобы тебя черт побрал!" - подумал Вихров и вместе с тем не
удержался и сам зевнул.
- Иван Алексеевич посылал за вами, или вы сами пришли к нему? -
продолжал лениво адъютант.
- Сам пришел, - отвечал Вихров.
- Он занят теперь и не велел никого принимать, - говорил адъютант,
снова зевая.
- Чем же занят? - спросил Вихров, стараясь удержать свои мускулы от
зевоты.
- Шорник у него; сбрую подряжает его новую сделать, - отвечал наивно
адъютант.
Вихров, делать нечего, сел и стал дожидаться.
Адъютант был преданнейшее существо губернатору, - и хоть тот вовсе не
посвящал его ни в какие тайны свои, он, однако, по какому-то чутью угадывал,
к кому начальник губернии расположен был и к кому - нет. Когда, на этот раз,
Вихров вошел в приемную, адъютант сейчас же по его физиономии прочел, что
начальник губернии не был к нему расположен, а потому он и не спешил об нем
докладывать.
Терпение Вихрова, наконец, лопнуло.
- Доложите, пожалуйста; может быть, он уже с шорником
своей связи с его женою!
Говоря это, прокурор побледнел даже и беспрестанно потрясал своей
сухощавой головой.
- Но как же он это сделает? - спросил Вихров. - Председатели палаты -
по выборам... Пиколова, вероятно, все черняками закидают.
- Очень просто! Просто очень! - отвечал прокурор. - До выбора еще два
года с лишком; он кандидата на это место, судью, очернит чем-нибудь - и
взамен его представит определить от короны господина Пиколова.
- Ну, судья-то, кажется, не дастся ему очернить себя, он не из таких -
сам зубаст! - возразил Вихров.
- Не дастся!.. Хорошо, если успеет в этом! - сказал прокурор. -
Говорят, хочет ехать в Петербург и хлопотать там.
- Наконец, и вы должны помочь ему; вы все-таки здесь - царское око! -
подхватил Вихров.
- Я, конечно, с своей стороны сделаю все, - продолжал Захаревский, -
напишу министру и объясню всю интригу; пусть там меня переводят куда хотят,
но терпения моего больше недостает переносить все это!
Всеми этими речами прокурор очень нравился Вихрову.
- Так следствие мое, значит, складно произведено? - спросил он.
- Очень складно! - отвечал прокурор. - Пусть они пожуют его и покусают;
я очень рад, что оно - в том же роде, как и штука с судьей, так что все это
мы можем вместе соединить.
- Поеду представлять ему дело, - сказал Вихров.
- Поезжайте и заезжайте, пожалуйста, оттуда сказать, что он вам будет
говорить.
- Непременно! - отвечал Вихров и уехал.
Ему весело даже было подумать о том, как у начальника губернии
вытянется физиономия, когда он будет ему рассказывать, как он произвел
следствие; но - увы! - надежда его в этом случае не сбылась: в приемной
губернатора он, как водится, застал скучающего адъютанта; сей молодой офицер
пробовал было и газету читать и в окно глядеть, но ничего не помогало, все
было скучно! Он начал, наконец, истерически зевать. При появлении Вихрова он
посмотрел на него сонными глазами.
- К Ивану Алексеевичу? - спросил он его как-то нехотя и сам в это время
позевнул.
- Да, - отвечал Вихров и тоже, по симпатии, невольно позевнул.
- Вам тоже, видно, спать хочется? - сказал адъютант.
- Я всю ночь ехал, - отвечал Вихров.
- А я время проводил с прехорошенькой женщиной, - отвечал адъютант и
снова самым отчаянным образом зевнул.
"О, чтобы тебя черт побрал!" - подумал Вихров и вместе с тем не
удержался и сам зевнул.
- Иван Алексеевич посылал за вами, или вы сами пришли к нему? -
продолжал лениво адъютант.
- Сам пришел, - отвечал Вихров.
- Он занят теперь и не велел никого принимать, - говорил адъютант,
снова зевая.
- Чем же занят? - спросил Вихров, стараясь удержать свои мускулы от
зевоты.
- Шорник у него; сбрую подряжает его новую сделать, - отвечал наивно
адъютант.
Вихров, делать нечего, сел и стал дожидаться.
Адъютант был преданнейшее существо губернатору, - и хоть тот вовсе не
посвящал его ни в какие тайны свои, он, однако, по какому-то чутью угадывал,
к кому начальник губернии расположен был и к кому - нет. Когда, на этот раз,
Вихров вошел в приемную, адъютант сейчас же по его физиономии прочел, что
начальник губернии не был к нему расположен, а потому он и не спешил об нем
докладывать.
Терпение Вихрова, наконец, лопнуло.
- Доложите, пожалуйста; может быть, он уже с шорником