на каждом шагу!
- Я думаю, не без того, - произнесла m-lle Прыхина с ударением.
Вихрову сделалось даже стыдно от всех этих похвал и восторгов.
- Уверяю, что никто не влюблялся, - говорил он, целуя еще раз руку
Фатеевой и целуя также руку Прыхиной, чем последняя осталась очень довольна.
Все, наконец, уселись перед диванным столом.
- Ну, что же вы поделывали в Москве, - рассказывайте! - говорила
Фатеева, без церемонии, в присутствии Прыхиной, беря руку Павла в обе свои
руки и крепко сжимая ее.
- О, я делал много!.. Я делал дело хорошее!.. - отвечал Вихров.
- А именно?.. Извольте сейчас нам все рассказывать! - говорила Фатеева,
сделавшаяся от восторга какой-то резвой говоруньей.
- А именно - я написал роман огромный, который получил уже известность.
- Роман? - произнесла Фатеева, несколько неопределенным голосом.
- Я читал его моим приятелям, которых ты вот знаешь, - отнесся Вихров
прямо уже к Клеопатре Петровне, - и которые все единогласно объявили, что у
меня огромный талант, и потребовали, чтобы я писал; ради чего главным
образом я и приехал в деревню.
Мы знаем, что вкус и мнения оборванных приятелей Павла Клеопатра
Петровна не очень высоко ценила; но кроме того, в деревню, значит, он
приехал для какого-то своего писательства. Легкая тень печали пробежала по
ее до того блиставшему счастием лицу. Она молчала, но зато заговорила m-lle
Прыхина.
- Это очень любопытно будет прочесть! - произнесла она себе в нос. Ее
тоже, как и Фатееву, несколько удивило это известие. - Мы, вероятно, тут
встретим много знакомого! - прибавила она с своей обычной развязностью.
- Если он написал в своем романе про какую-нибудь другую женщину, я его
задушу! - сказала с улыбкой Фатеева.
- Все про вас и об вас! - успокоил ее Павел.
- Что же, это роман у вас исторический?.. Я очень люблю романы
исторические! - произнесла m-lle Прыхина.
- Какой же исторический, когда все больше про Клеопатру Петровну! -
возразил ей Вихров.
- Ах, да, правда! - спохватилась m-lle Прыхина.
Затем обе дамы как-то прекратили разговор об романе и стали
рассказывать Павлу о самих себе.
- Что я натерпелась, друг мой, по приезде из Москвы, я тебе и сказать
не могу, - начала Клеопатра Петровна. - Вот если бы не Катишь, - прибавила
она, указывая на Прыхину, - я, кажется, я с ума бы сошла.
- Что ж, - отвечала несколько стыдливо m-lle Прыхина, - любовь и дружба
- это такие святые чувства, что заставят, я думаю, каждого сделать то же
самое, что я сделала.
- Однако ты рисковала, что муж каждую минуту наговорит тебе грубостей,
попросит, пожалуй, тебя уехать!
- Сделайте милость, никогда бы он этого не осмелился сделать; я умею
держать себя против всякого!.. Я все время ведь жила у нее, пока муж ее был
жив! - пояснила m-lle Прыхина Павлу. - И вообразите себе, она сидит, сидит
там у него, натерпится, настрадается, придет да так ко мне на грудь и
упадет, на груди у меня и рыдает во всю ночь.
- Что же такое, собственно, происходило? - спросил Вихров, не совсем
понимавший, что такое говорит Прыхина.
- Происходило то... - отвечала ему Фатеева, - когда Катя написала ко
мне в Москву, разные приближенные госпожи, боясь моего возвращения, так
успели его восстановить против меня, что, когда я приехала и вошла к нему,
он не глядит на
- Я думаю, не без того, - произнесла m-lle Прыхина с ударением.
Вихрову сделалось даже стыдно от всех этих похвал и восторгов.
- Уверяю, что никто не влюблялся, - говорил он, целуя еще раз руку
Фатеевой и целуя также руку Прыхиной, чем последняя осталась очень довольна.
Все, наконец, уселись перед диванным столом.
- Ну, что же вы поделывали в Москве, - рассказывайте! - говорила
Фатеева, без церемонии, в присутствии Прыхиной, беря руку Павла в обе свои
руки и крепко сжимая ее.
- О, я делал много!.. Я делал дело хорошее!.. - отвечал Вихров.
- А именно?.. Извольте сейчас нам все рассказывать! - говорила Фатеева,
сделавшаяся от восторга какой-то резвой говоруньей.
- А именно - я написал роман огромный, который получил уже известность.
- Роман? - произнесла Фатеева, несколько неопределенным голосом.
- Я читал его моим приятелям, которых ты вот знаешь, - отнесся Вихров
прямо уже к Клеопатре Петровне, - и которые все единогласно объявили, что у
меня огромный талант, и потребовали, чтобы я писал; ради чего главным
образом я и приехал в деревню.
Мы знаем, что вкус и мнения оборванных приятелей Павла Клеопатра
Петровна не очень высоко ценила; но кроме того, в деревню, значит, он
приехал для какого-то своего писательства. Легкая тень печали пробежала по
ее до того блиставшему счастием лицу. Она молчала, но зато заговорила m-lle
Прыхина.
- Это очень любопытно будет прочесть! - произнесла она себе в нос. Ее
тоже, как и Фатееву, несколько удивило это известие. - Мы, вероятно, тут
встретим много знакомого! - прибавила она с своей обычной развязностью.
- Если он написал в своем романе про какую-нибудь другую женщину, я его
задушу! - сказала с улыбкой Фатеева.
- Все про вас и об вас! - успокоил ее Павел.
- Что же, это роман у вас исторический?.. Я очень люблю романы
исторические! - произнесла m-lle Прыхина.
- Какой же исторический, когда все больше про Клеопатру Петровну! -
возразил ей Вихров.
- Ах, да, правда! - спохватилась m-lle Прыхина.
Затем обе дамы как-то прекратили разговор об романе и стали
рассказывать Павлу о самих себе.
- Что я натерпелась, друг мой, по приезде из Москвы, я тебе и сказать
не могу, - начала Клеопатра Петровна. - Вот если бы не Катишь, - прибавила
она, указывая на Прыхину, - я, кажется, я с ума бы сошла.
- Что ж, - отвечала несколько стыдливо m-lle Прыхина, - любовь и дружба
- это такие святые чувства, что заставят, я думаю, каждого сделать то же
самое, что я сделала.
- Однако ты рисковала, что муж каждую минуту наговорит тебе грубостей,
попросит, пожалуй, тебя уехать!
- Сделайте милость, никогда бы он этого не осмелился сделать; я умею
держать себя против всякого!.. Я все время ведь жила у нее, пока муж ее был
жив! - пояснила m-lle Прыхина Павлу. - И вообразите себе, она сидит, сидит
там у него, натерпится, настрадается, придет да так ко мне на грудь и
упадет, на груди у меня и рыдает во всю ночь.
- Что же такое, собственно, происходило? - спросил Вихров, не совсем
понимавший, что такое говорит Прыхина.
- Происходило то... - отвечала ему Фатеева, - когда Катя написала ко
мне в Москву, разные приближенные госпожи, боясь моего возвращения, так
успели его восстановить против меня, что, когда я приехала и вошла к нему,
он не глядит на