а одна на террасе, подошла к решетке их садика. Одета г-жа Петицкая
была в черное траурное платье, траурную шляпку и, придав самый скромный и
даже несколько горестный вид своему моложавому лицу (г-же Петицкой было,
может быть, лет тридцать пять), она произнесла тихим и ровным голосом и
совсем, совсем потупляя глаза:
- Madame la princesse, pardon, что я вас беспокою, но не угодно ли вам
будет купить рояль, который остался у меня после покойного мужа моего?
Княгиню немножко удивило подобное предложение.
- Но сами вы разве не играете? - спросила она.
- Я играю, и недурно играю, - отвечала г-жа Петицкая еще скромнее, - но
у меня нет средств, чтобы иметь такой дорогой рояль; мой муж был великий
музыкант!
- Ваша фамилия? - спросила ее княгиня.
- Петицкая! - произнесла г-жа Петицкая с заметною гордостью.
- Ах, я слыхала игру вашего мужа; он действительно был превосходный
музыкант.
- Превосходный! - повторила и г-жа Петицкая, приближая носовой платок к
глазам.
- Я непременно зайду к вам посмотреть ваш рояль и купить его, хоть
затем, чтобы иметь его в память вашего супруга.
- О, merci! Недаром мое сердце влекло меня к вам! - воскликнула
негромко г-жа Петицкая{120}.
Раскланявшись с княгиней, она удалилась. Та на другой же день зашла к
ней на дачу посмотреть рояль, который ей очень понравился, и она его сейчас
купила.
Когда нанятые для переноски рояля мужики подняли его и понесли, г-жа
Петицкая удалилась несколько в сторону и заплакала. Княгине сделалось
бесконечно жаль ее.
- А у вас никакого рояля и не останется? - спросила она ее.
- Нет! - отвечала г-жа Петицкая почти трагическим голосом.
- Ну, я как-нибудь это поправлю! - проговорила княгиня и, возвратившись
домой, пересказала мужу, что она купила отличный рояль у одной дамы. - И
вообрази, у этой бедной женщины не осталось теперь никакого инструмента,
тогда как она сама очень хорошая музыкантша! - присовокупила она к этому.
Г-жа Петицкая, кажется, не без умысла взяла в присутствии княгини
несколько довольно бойких аккордов.
- Да, жаль! - произнес довольно равнодушно князь.
- И я, знаешь, что хочу сделать, - продолжала княгиня, - подарить ей
мой рояль... не продавать же нам его?
- Конечно, подари! - согласился князь.
Княгиня очень была довольна таким позволением и даже поцеловала за него
мужа.
Когда г-же Петицкой принесли от княгини в подарок рояль, то она
удивилась и даже немножко обиделась; но княгиня прислала ей при этом такое
любезное и доброе письмо, что она не в состоянии была отказаться принять
подарок от нее, и с тех пор почти дружба связала обеих этих дам. Главное,
г-жа Петицкая, несмотря на свой скромный и печальный вид, ужасно смешила
княгиню, рассказывая ей разные разности про останкинских господ и госпож. О,
она казалась княгине очень умною и ужасною насмешницей!
Кроме этих забавных рассказов, г-жа Петицкая не чужда была,
по-видимому, заглянуть и подальше, поглубже в сердце княгини.
- Этот барон какой, должно быть, хороший и честный человек! - говорила
она.
- Да, он хороший человек! - отвечала княгиня, но, как показалось г-же
Петицкой, совершенно равнодушно.
- И красивый какой собой! - продолжала она.
- Ну нет, какой же красивый? - возразила княгиня очень искренним
голосом, так что г-жу Пет
была в черное траурное платье, траурную шляпку и, придав самый скромный и
даже несколько горестный вид своему моложавому лицу (г-же Петицкой было,
может быть, лет тридцать пять), она произнесла тихим и ровным голосом и
совсем, совсем потупляя глаза:
- Madame la princesse, pardon, что я вас беспокою, но не угодно ли вам
будет купить рояль, который остался у меня после покойного мужа моего?
Княгиню немножко удивило подобное предложение.
- Но сами вы разве не играете? - спросила она.
- Я играю, и недурно играю, - отвечала г-жа Петицкая еще скромнее, - но
у меня нет средств, чтобы иметь такой дорогой рояль; мой муж был великий
музыкант!
- Ваша фамилия? - спросила ее княгиня.
- Петицкая! - произнесла г-жа Петицкая с заметною гордостью.
- Ах, я слыхала игру вашего мужа; он действительно был превосходный
музыкант.
- Превосходный! - повторила и г-жа Петицкая, приближая носовой платок к
глазам.
- Я непременно зайду к вам посмотреть ваш рояль и купить его, хоть
затем, чтобы иметь его в память вашего супруга.
- О, merci! Недаром мое сердце влекло меня к вам! - воскликнула
негромко г-жа Петицкая{120}.
Раскланявшись с княгиней, она удалилась. Та на другой же день зашла к
ней на дачу посмотреть рояль, который ей очень понравился, и она его сейчас
купила.
Когда нанятые для переноски рояля мужики подняли его и понесли, г-жа
Петицкая удалилась несколько в сторону и заплакала. Княгине сделалось
бесконечно жаль ее.
- А у вас никакого рояля и не останется? - спросила она ее.
- Нет! - отвечала г-жа Петицкая почти трагическим голосом.
- Ну, я как-нибудь это поправлю! - проговорила княгиня и, возвратившись
домой, пересказала мужу, что она купила отличный рояль у одной дамы. - И
вообрази, у этой бедной женщины не осталось теперь никакого инструмента,
тогда как она сама очень хорошая музыкантша! - присовокупила она к этому.
Г-жа Петицкая, кажется, не без умысла взяла в присутствии княгини
несколько довольно бойких аккордов.
- Да, жаль! - произнес довольно равнодушно князь.
- И я, знаешь, что хочу сделать, - продолжала княгиня, - подарить ей
мой рояль... не продавать же нам его?
- Конечно, подари! - согласился князь.
Княгиня очень была довольна таким позволением и даже поцеловала за него
мужа.
Когда г-же Петицкой принесли от княгини в подарок рояль, то она
удивилась и даже немножко обиделась; но княгиня прислала ей при этом такое
любезное и доброе письмо, что она не в состоянии была отказаться принять
подарок от нее, и с тех пор почти дружба связала обеих этих дам. Главное,
г-жа Петицкая, несмотря на свой скромный и печальный вид, ужасно смешила
княгиню, рассказывая ей разные разности про останкинских господ и госпож. О,
она казалась княгине очень умною и ужасною насмешницей!
Кроме этих забавных рассказов, г-жа Петицкая не чужда была,
по-видимому, заглянуть и подальше, поглубже в сердце княгини.
- Этот барон какой, должно быть, хороший и честный человек! - говорила
она.
- Да, он хороший человек! - отвечала княгиня, но, как показалось г-же
Петицкой, совершенно равнодушно.
- И красивый какой собой! - продолжала она.
- Ну нет, какой же красивый? - возразила княгиня очень искренним
голосом, так что г-жу Пет