имеете идеала. Я видела мужчин, влюбленных в таких милых, прекрасных женщин,
и что же после? Они влюблялись в уродов, просто в уродов! Как вы это
объясните?
- Я могу объяснить только то, что сам перечувствовал, - отвечал молодой
человек.
- Клеопатра Николаевна вас спрашивает про наружность вашего идеала, -
заметила барышня с ядовитой улыбкой. - Страдает ведь всякая женщина, -
прибавила она.
- Про наружность я не могу вам сказать определительно, - отвечал
молодой человек. - Впрочем, мне лучше нравятся женщины слабые, немножко с
болезненным румянцем и с лихорадочным блеском в глазах.
- Странный вкус! - сказала с усмешкой вдова. - Здесь есть одна такая
женщина, только жаль, что несколько глупа.
- А, понимаю, о ком вы говорите, - заметила барышня, - о Зе?
- Конечно, о ком же больше, - отвечала Клеопатра Николаевна.
- Кто такая Зе? - спросил молодой человек.
- Женщина слабая, с болезненным цветом лица, с лихорадочным блеском в
глазах и вдобавок еще глупенькая, - отвечала Клеопатра Николаевна.
- Худая и больная женщина вряд ли может быть глупа, - возразил молодой
человек. - Все дураки пользуются обыкновенно благом здоровья: у них тело
развевается на счет души.
- Желаю вам отыскать поскорее ваш идеал, - сказала вдова, поспешно
вставая. - Пойдемте, Nathalie, - прибавила она, взяв за руку свою
собеседницу. Обе дамы пошли в гостиную.
Несмотря на старание скрыть, досада промелькнула в лице Клеопатры
Николаевны.
Молодой человек с насмешливой гримасой посмотрел им вслед. Это был один
из соседних помещиков, некто Валерьян Александрыч Эльчанинов. Мнение соседей
об нем было такое, что матушкин баловень, которая возилась с ним, как курица
с яйцом, и, ни много ни мало, проучила и прожила на него двести душ. Ну, и
выучить, конечно, выучила многому, но проку из того, кажется, вышло мало,
потому что молодой человек вряд ли служил где-нибудь и имел ли даже
какой-нибудь чин. После смерти матери он жил по столицам, а теперь приехал
на житье в свою разоренную усадьбу - на какую-нибудь сотню душ; и вместо
того чтобы как-нибудь поустроить именье, только и занимался тем, что ездил
по гостям, либо ходил с ружьем да с собакой на охоту. Прекрасное занятие для
молодого образованного человека!
Шум в зале возвестил о приезде новых гостей. Хозяин привстал с места. В
гостиную вошел Мановский, сопровождаемый женой. Мужчины приветливо и с
почтением подавали руку первому.
- Милости просим, дорогой гость, - говорил хозяин, тоже протягивая обе
руки Задор-Мановскому. - Как ваше здоровье, Анна Павловна? - прибавил он.
Мановский и жена поздравили предводителя с дорогой именинницей и
справились, давно ли от нее получал письма.
- Недавно, очень недавно, - отвечал старик и солгал.
Новоприезжие разошлись; Анна Павловна, поклонившись некоторым дамам,
села на отдаленное кресло; Задор-Мановский подошел к мужчинам.
В это время в гостиную вошел Эльчанинов, прислонился к колонне и,
стараясь принять несколько изысканное положение, вставил стеклышко в глаз и
взором наблюдателя начал оглядывать общество. Вдруг глаза его неподвижно
остановились на одном предмете; бледное лицо его вспыхнуло.
- Кто эта дама? - спросил он торопливо и не без волнения, схватив за
руку проходившего мимо исправника.
- Которая-с?
- На крайнем кресле, в