мы перенесемся к эпохе Платона, то трудно будет себе
представить, что могло вызвать с его стороны враждебные отношения к
физическому миру явлений. Ни нравственное, ни политическое состояние Греции
во время Пелопоннесской войны и после ее окончания не было до такой степени
плохо, чтобы привести мыслителя в отчаяние и вызвать с его стороны
безусловное осуждение. Многие стороны греческого быта, например рабство и
_известного рода разврат_, могли бы возмутить человека нашей эпохи, но
Платон не относился к ним строго и не понимал их отвратительности. Рабы
остаются рабами в его идеальном государстве, а разврат он идеализирует, видя
в нем эстетическое стремление и набрасывая покрывало на физические
последствия... Платон, как известно, составил проект идеального
государственного устройства и, кажется, старался даже осуществить свой
политический идеал в Сиракузах, в Сицилии. Из этого следует заключение, что
он верил в возможность земного счастия и что существующие в наличности
материалы не казались ему настолько негодными, чтобы из них было невозможно
построить прочное и красивое здание. Как же после этого понимать враждебное
отношение Платона к чувственному миру? Мне кажется, его должно понимать
только как теоретический вывод Платоновой мысли, которому не сочувствовала и
на который даже не обращала внимания живая человеческая природа
поэта-мыслителя. Все скверно в материальной жизни, говорит доктрина Платона;
напротив, все прекрасно и способно сделаться еще лучше, возражает его
поэтическое чувство, и этот голос непосредственного чувства поддерживается
примером его собственной жизни, светлым колоритом его фантазий и чувственною
яркостью самых, невидимому, отвлеченных его представлений. Поэт-мыслитель
постоянно ищет образа и воплощает свои идеи в формы, заимствованные из мира
материи; этим самым он показывает, что этот мир вовсе не внушает ему
отвращения и что великая идея не оскверняется от соприкосновения с
чувственным явлением. Но Платону было необходимо указать на источник и
возможность зла; это такой вопрос, которого не обойдешь ни в какой
философской системе, ни в каком поэтическом миросозерцании. Приписать зло
воле Димиурга было мудрено; против подобной мысли возмущалась и здравая
логика и эстетическое чувство Платона. Навязать доброму и мудрому существу
все гадости и, несовершенства человеческой жизни значило уничтожить
возможность его существования и перевернуть вверх дном всю красивую систему
Платонова мироздания. Олицетворить зло в отдельном понятии, создать идею зла
и противопоставить ее идее добра было также невозможно. Это подало бы повод
к неисчислимым и неразрешимым вопросам и противоречиям. Если зло вечно, то,
стало быть, оно естественно, а если оно естественно, то оно не есть зло.
Если Димиург воплощает в себе идею могущества и отличается самыми благими
стремлениями, то он хочет и должен истребить зло, а если он не истребляет
его, то, стало быть, он не в силах сделать этого. Чтобы избежать подобных
противоречий, Платон обращается к материи и путем диалектических доводов
доказывает, что она-то есть невольная и бессознательная причина зла.
Принужденный признать инертное могущество и вечность материи, существующей
помимо воли Димнурга и только получающей от него свою форму, Платон доходит
до теоретич
представить, что могло вызвать с его стороны враждебные отношения к
физическому миру явлений. Ни нравственное, ни политическое состояние Греции
во время Пелопоннесской войны и после ее окончания не было до такой степени
плохо, чтобы привести мыслителя в отчаяние и вызвать с его стороны
безусловное осуждение. Многие стороны греческого быта, например рабство и
_известного рода разврат_, могли бы возмутить человека нашей эпохи, но
Платон не относился к ним строго и не понимал их отвратительности. Рабы
остаются рабами в его идеальном государстве, а разврат он идеализирует, видя
в нем эстетическое стремление и набрасывая покрывало на физические
последствия... Платон, как известно, составил проект идеального
государственного устройства и, кажется, старался даже осуществить свой
политический идеал в Сиракузах, в Сицилии. Из этого следует заключение, что
он верил в возможность земного счастия и что существующие в наличности
материалы не казались ему настолько негодными, чтобы из них было невозможно
построить прочное и красивое здание. Как же после этого понимать враждебное
отношение Платона к чувственному миру? Мне кажется, его должно понимать
только как теоретический вывод Платоновой мысли, которому не сочувствовала и
на который даже не обращала внимания живая человеческая природа
поэта-мыслителя. Все скверно в материальной жизни, говорит доктрина Платона;
напротив, все прекрасно и способно сделаться еще лучше, возражает его
поэтическое чувство, и этот голос непосредственного чувства поддерживается
примером его собственной жизни, светлым колоритом его фантазий и чувственною
яркостью самых, невидимому, отвлеченных его представлений. Поэт-мыслитель
постоянно ищет образа и воплощает свои идеи в формы, заимствованные из мира
материи; этим самым он показывает, что этот мир вовсе не внушает ему
отвращения и что великая идея не оскверняется от соприкосновения с
чувственным явлением. Но Платону было необходимо указать на источник и
возможность зла; это такой вопрос, которого не обойдешь ни в какой
философской системе, ни в каком поэтическом миросозерцании. Приписать зло
воле Димиурга было мудрено; против подобной мысли возмущалась и здравая
логика и эстетическое чувство Платона. Навязать доброму и мудрому существу
все гадости и, несовершенства человеческой жизни значило уничтожить
возможность его существования и перевернуть вверх дном всю красивую систему
Платонова мироздания. Олицетворить зло в отдельном понятии, создать идею зла
и противопоставить ее идее добра было также невозможно. Это подало бы повод
к неисчислимым и неразрешимым вопросам и противоречиям. Если зло вечно, то,
стало быть, оно естественно, а если оно естественно, то оно не есть зло.
Если Димиург воплощает в себе идею могущества и отличается самыми благими
стремлениями, то он хочет и должен истребить зло, а если он не истребляет
его, то, стало быть, он не в силах сделать этого. Чтобы избежать подобных
противоречий, Платон обращается к материи и путем диалектических доводов
доказывает, что она-то есть невольная и бессознательная причина зла.
Принужденный признать инертное могущество и вечность материи, существующей
помимо воли Димнурга и только получающей от него свою форму, Платон доходит
до теоретич