сти не
подлежит сомнению; ее признают и уважают грамотный и неграмотный,
образованный европеец и австралийский дикарь; эта опытность есть результат
самосовершенствования; процесс ее приобретения есть процесс
бессознательного, чисто растительного умственного развития; этот процесс
может встретить себе случайное содействие или случайное препятствие в
окружающей обстановке, точно так же как процесс пищеварения может быть
нарушен нездоровою пищею или восстановлен моционом и воздержанием.
Наблюдения над природою человека, приведенные в систему и составившие собою
собирательную науку, медицину, указывают на те предметы и на те отправления,
которые вредят человеческому организму или приносят ему пользу. Сообразуясь
с предписаниями науки, человек может вести правильный образ жизни,
сберегающий его силы и содействующий его физическому благосостоянию. Но ни
один порядочный медик не предпишет всем своим пациентам общую гигиену; он
непременно изучит сначала темперамент каждого и потом расположит СБОИ
предписания, сообразуясь с собранными материалами. В образованном обществе
люди вообще больше думают о себе, нежели в простом народе, отчасти потому,
что на это представляется больше средств и досуга, отчасти потому, что
образование развивает и укрепляет самосознание. Образованный класс более
простого народа заботится о своем здоровье, поддерживает его искусственными
средствами и разными предосторожностями старается предотвратить могущее
произойти расстройство. Точно такие же гигиенические меры по отношению к
своему умственному развитию и нравственному совершенствованию принимает
человек, сознавший в себе умственную "личность и заботящийся о нормальности
своих интеллектуальных отправлений. Положим, я сознал в себе стремление и
способность к научным занятиям и, следуя внутреннему побуждению, принимаюсь
читать и изучать историков и мыслителей. Не поставлю же я себе, подобно
Берсеневу, {6} идеалом Т. Н. Грановского или П. Н. Кудрявцева. Не стану же я
подражать ни Маколею, ни Нибуру, ни Тьерри, ни Гизо, как бы велико ни было
мое уважение к этим передовым представителям человеческой мысли. Я себе не
поставлю впереди никакой цели, не задамся никакою предвзятою идеею; я не
знаю, к каким результатам я приду, и меня вовсе не занимает вопрос о том,
что я сделаю в жизни; меня занимает самый процесс делания, я вижу, что
никому не мешаю своей деятельностью, и на этом основании считаю себя правым
перед собою и перед целым миром; я работаю и стараюсь облегчить себе труд
или (что то же самое) вынести из каждого своего усилия возможно большее
количество наслаждения; это, по моему мнению, альфа и омега всякой разумной
человеческой деятельности. Процесс умственного развития и нравственного
совершенствования допускает некоторые гигиенические приемы, но, конечно,
одни и те же приемы не могут быть применены даже к двум неделимым. {7} Эти
приемы состоят, конечно, не в том, чтобы пригонять личность к известному
образцу; основанные на изучении самого неделимого, эти приемы клонятся
только к тому, чтобы дать больше простора и разгула индивидуальным силам и
стремлениям. Эмансипировать собственную личность не так просто и легко, как
кажется; в нас много умственных предубеждений, много нравственной робости,
мешающей нам свободно желать, мыслить и действовать; мы с
подлежит сомнению; ее признают и уважают грамотный и неграмотный,
образованный европеец и австралийский дикарь; эта опытность есть результат
самосовершенствования; процесс ее приобретения есть процесс
бессознательного, чисто растительного умственного развития; этот процесс
может встретить себе случайное содействие или случайное препятствие в
окружающей обстановке, точно так же как процесс пищеварения может быть
нарушен нездоровою пищею или восстановлен моционом и воздержанием.
Наблюдения над природою человека, приведенные в систему и составившие собою
собирательную науку, медицину, указывают на те предметы и на те отправления,
которые вредят человеческому организму или приносят ему пользу. Сообразуясь
с предписаниями науки, человек может вести правильный образ жизни,
сберегающий его силы и содействующий его физическому благосостоянию. Но ни
один порядочный медик не предпишет всем своим пациентам общую гигиену; он
непременно изучит сначала темперамент каждого и потом расположит СБОИ
предписания, сообразуясь с собранными материалами. В образованном обществе
люди вообще больше думают о себе, нежели в простом народе, отчасти потому,
что на это представляется больше средств и досуга, отчасти потому, что
образование развивает и укрепляет самосознание. Образованный класс более
простого народа заботится о своем здоровье, поддерживает его искусственными
средствами и разными предосторожностями старается предотвратить могущее
произойти расстройство. Точно такие же гигиенические меры по отношению к
своему умственному развитию и нравственному совершенствованию принимает
человек, сознавший в себе умственную "личность и заботящийся о нормальности
своих интеллектуальных отправлений. Положим, я сознал в себе стремление и
способность к научным занятиям и, следуя внутреннему побуждению, принимаюсь
читать и изучать историков и мыслителей. Не поставлю же я себе, подобно
Берсеневу, {6} идеалом Т. Н. Грановского или П. Н. Кудрявцева. Не стану же я
подражать ни Маколею, ни Нибуру, ни Тьерри, ни Гизо, как бы велико ни было
мое уважение к этим передовым представителям человеческой мысли. Я себе не
поставлю впереди никакой цели, не задамся никакою предвзятою идеею; я не
знаю, к каким результатам я приду, и меня вовсе не занимает вопрос о том,
что я сделаю в жизни; меня занимает самый процесс делания, я вижу, что
никому не мешаю своей деятельностью, и на этом основании считаю себя правым
перед собою и перед целым миром; я работаю и стараюсь облегчить себе труд
или (что то же самое) вынести из каждого своего усилия возможно большее
количество наслаждения; это, по моему мнению, альфа и омега всякой разумной
человеческой деятельности. Процесс умственного развития и нравственного
совершенствования допускает некоторые гигиенические приемы, но, конечно,
одни и те же приемы не могут быть применены даже к двум неделимым. {7} Эти
приемы состоят, конечно, не в том, чтобы пригонять личность к известному
образцу; основанные на изучении самого неделимого, эти приемы клонятся
только к тому, чтобы дать больше простора и разгула индивидуальным силам и
стремлениям. Эмансипировать собственную личность не так просто и легко, как
кажется; в нас много умственных предубеждений, много нравственной робости,
мешающей нам свободно желать, мыслить и действовать; мы с