евзошедший все народы жаждой жизни, алкавший земель все-
го мира"?
И все же победила - смерть. "Тир, умолкший среди моря! Кую мзду при-
обрел ты от него? Сия глаголет Адонаи-Господь: се аз на тя, Сур, и при-
веду на тя языки многи, яко же восходит море волнами своими..." Ужасные
слова! Но есть еще ужаснее: "Вот я приведу на тебя. Тир, лютейших из на-
родов, и они обнажат мечи свои против красы твоей... Сделаю тебя городом
опустелым, подобно городам необитаемым, когда подниму на тебя пучину...
Низведу тебя с отходящими в могилу, к народу, давно бывшему, и помещу
тебя в преисподних земли... Ибо вознеслось сердце твое и сказало: аз
есмь Бог!"
"Аз есмь Бог..." Библейские пророки до потрясающей высоты вознесли
проклятия слишком "вознесшейся" жизни. И по слову их и вышло: тиро-си-
донский берег, столь щедро оплодотворяемый Богиней Жизни, дал начало об-
разу Шеола - преисподней. Его погребальные камеры и колодцы, перемешан-
ные с гротами страсти, получили страшные названия "сетей смерти", "ко-
лодцев гибели". И "простерся страх смертный над радостной страной Ваа-
ла-Солнца". Это ведь он, этот страх, внушил царю Эзмунацару мольбу его
скорби и беззащитности:
"В месяц дождей, в год четырнадцатый царствования... Поражен, пленен
я, наследник дней героев, сошел в ад, сын бога смерти... Заклятие мое
перед всем царством и всем человечеством: да не вскрывает никто входа
моего, не сдвигает гробницы моей, не оскорбляет меня внесением другого
гроба!"
Бог ли человек? Или "сын бога смерти"?
На это ответил сын Божий.
1909
ПУСТЫНЯ ДЬЯВОЛА
I
"Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте
стези ему..."
Глядя с крыш Иерусалима на каменистые окрестности - чаще всего на
восток, на пустыню Иудейскую, - каждый раз вспоминаю я эти слова, - про-
лог величайшей из земных трагедий.
Дьявол, Азазел, имя и образ которого так и остались тайной, был изд-
ревле владыкой пустыни. Это он обитал в ее знойном серо-каменном море,
некогда взбудораженном подземными силами и навсегда застывшем. Это ему
каждый год - в десятый день седьмого месяца - посылали левиты и первос-
вященники Козла Отпущения - от лица всего Израиля, за все грехи его. И
не странно ли, что именно оттуда прозвучали первые глаголы предтечи!
После бури и молний Бог пришел в пещеру Илии в сладостном веянье вет-
ра. Сладостным ветром было и пришествие в мир Иисуса. Но лежала "секира
при корне дерева". Жуткими пророчествами возвестил предтеча о грядущем
за ним.
Не было тогда города, равного богатством и красой Иерусалиму. Из Яффы
были видны его здания, блиставшие золотом и мрамором: "Иоанн же носил
одежду из верблюжьего волоса и пояс кожаный на чреслах своих".
В тишине зеленых долин, в мирных людных селениях протекла молодость
Иисуса. Но в первые же дни служения своего должен был он отдать дань
пустыне. Он крестится - и уже готов раскрыть уста, дабы благовествовать
миру величайшую радость. Но - "Дух ведет его в пустыню", в царство Аза-
зела, тех ветхозаветных, Богом проклятых мест, где "скрылся Каин, жажду-
щий крови брата своего". "И был Иисус там сорок дней, искушаемый сата-
ною, и был со зверями".
Пустыня видна с крыш Иерусалима. Пустыней называется только тот скат,
та дикая и от века бесплодная вулканическая страна, что за Элеоном, эти
растрескавшиеся от жгучего солнца бугры и перевалы, усеянные колючками и
голышами, волны
го мира"?
И все же победила - смерть. "Тир, умолкший среди моря! Кую мзду при-
обрел ты от него? Сия глаголет Адонаи-Господь: се аз на тя, Сур, и при-
веду на тя языки многи, яко же восходит море волнами своими..." Ужасные
слова! Но есть еще ужаснее: "Вот я приведу на тебя. Тир, лютейших из на-
родов, и они обнажат мечи свои против красы твоей... Сделаю тебя городом
опустелым, подобно городам необитаемым, когда подниму на тебя пучину...
Низведу тебя с отходящими в могилу, к народу, давно бывшему, и помещу
тебя в преисподних земли... Ибо вознеслось сердце твое и сказало: аз
есмь Бог!"
"Аз есмь Бог..." Библейские пророки до потрясающей высоты вознесли
проклятия слишком "вознесшейся" жизни. И по слову их и вышло: тиро-си-
донский берег, столь щедро оплодотворяемый Богиней Жизни, дал начало об-
разу Шеола - преисподней. Его погребальные камеры и колодцы, перемешан-
ные с гротами страсти, получили страшные названия "сетей смерти", "ко-
лодцев гибели". И "простерся страх смертный над радостной страной Ваа-
ла-Солнца". Это ведь он, этот страх, внушил царю Эзмунацару мольбу его
скорби и беззащитности:
"В месяц дождей, в год четырнадцатый царствования... Поражен, пленен
я, наследник дней героев, сошел в ад, сын бога смерти... Заклятие мое
перед всем царством и всем человечеством: да не вскрывает никто входа
моего, не сдвигает гробницы моей, не оскорбляет меня внесением другого
гроба!"
Бог ли человек? Или "сын бога смерти"?
На это ответил сын Божий.
1909
ПУСТЫНЯ ДЬЯВОЛА
I
"Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте
стези ему..."
Глядя с крыш Иерусалима на каменистые окрестности - чаще всего на
восток, на пустыню Иудейскую, - каждый раз вспоминаю я эти слова, - про-
лог величайшей из земных трагедий.
Дьявол, Азазел, имя и образ которого так и остались тайной, был изд-
ревле владыкой пустыни. Это он обитал в ее знойном серо-каменном море,
некогда взбудораженном подземными силами и навсегда застывшем. Это ему
каждый год - в десятый день седьмого месяца - посылали левиты и первос-
вященники Козла Отпущения - от лица всего Израиля, за все грехи его. И
не странно ли, что именно оттуда прозвучали первые глаголы предтечи!
После бури и молний Бог пришел в пещеру Илии в сладостном веянье вет-
ра. Сладостным ветром было и пришествие в мир Иисуса. Но лежала "секира
при корне дерева". Жуткими пророчествами возвестил предтеча о грядущем
за ним.
Не было тогда города, равного богатством и красой Иерусалиму. Из Яффы
были видны его здания, блиставшие золотом и мрамором: "Иоанн же носил
одежду из верблюжьего волоса и пояс кожаный на чреслах своих".
В тишине зеленых долин, в мирных людных селениях протекла молодость
Иисуса. Но в первые же дни служения своего должен был он отдать дань
пустыне. Он крестится - и уже готов раскрыть уста, дабы благовествовать
миру величайшую радость. Но - "Дух ведет его в пустыню", в царство Аза-
зела, тех ветхозаветных, Богом проклятых мест, где "скрылся Каин, жажду-
щий крови брата своего". "И был Иисус там сорок дней, искушаемый сата-
ною, и был со зверями".
Пустыня видна с крыш Иерусалима. Пустыней называется только тот скат,
та дикая и от века бесплодная вулканическая страна, что за Элеоном, эти
растрескавшиеся от жгучего солнца бугры и перевалы, усеянные колючками и
голышами, волны