ошком, скользя
пальцами по стеклу и стараясь найти деревянную ручку. - Баба, отворяй!
Баба, живей, говорят тебе, отворяй! Козаку спать пора!
- Куда ты, Каленик? Ты в чужую хату попал! - закричали, смеясь, поза-
ди его девушки, ворочавшиеся с веселых песней. - Показать тебе твою ха-
ту?
- Покажите, любезные молодушки!
- Молодушки? слышите ли, - подхватила одна, - какой учтивый Каленик!
За это ему нужно показать хату... но нет, наперед потанцуй!
- Потанцевать?.. эх вы, замысловатые девушки! - протяжно произнес Ка-
леник, смеясь и грозя пальцем и оступаясь, потому что ноги его не могли
держаться на одном месте. - А дадите перецеловать себя? Всех перецелую,
всех!.. - И косвенными шагами пустился бежать за ними.
Девушки подняли крик, перемешались; но после, ободрившись, перебежали
на другую сторону, увидя, что Каленик не слишком был скор на ноги.
- Вон твоя хата! - закричали они ему, уходя и показывая на избу, го-
раздо поболее прочих, принадлежавшую сельскому голове. Каленик послушно
побрел в ту сторону, принимаясь снова бранить голову.
Но кто же этот голова, возбудивший такие невыгодные о себе толки и
речи? О, этот голова важное лицо на селе. Покамест Каленик достигнет
конца пути своего, мы, без сомнения, успеем кое-что сказать о нем. Все
село, завидевши его, берется за шапки; а девушки, самые молоденькие, от-
дают добридень. Кто бы из парубков не захотел быть головою! Голове отк-
рыт свободный вход во все тавлинки; и дюжий мужик почтительно стоит,
снявши шапку, во все продолжение, когда голова запускает свои толстые и
грубые пальцы в его лубочную табакерку. В мирской сходке, или громаде,
несмотря на то что власть его ограничена несколькими голосами, голова
всегда берет верх и почти по своей воле высылает, кого ему угодно, ров-
нять и гладить дорогу или копать рвы. Голова угрюм, суров с виду и не
любит много говорить. Давно еще, очень давно, когда блаженной памяти ве-
ликая царица Екатерина ездила в Крым, был выбран он в провожатые; целые
два дни находился он в этой должпости и даже удостоился сидеть на козлах
с царицыным кучером. И с той самом поры еще голова выучился раздумно и
важно потуплять голову, гладить длинные, закрутившиеся вниз усы и кидать
соколиный взгляд исподлобья. И с той поры голова, об чем бы ни заговори-
ли с ним, всегда умеет поворотить речь на то, как он вез царицу и сидел
на козлах царской кареты. Голова любит иногда прикинуться глухим, особ-
ливо если услышит то, чего не хотелось бы ему слышать. Голова терпеть не
может щегольства: носит всегда свитку черного домашнего сукна, перепоя-
сывается шерстяным цветным поясом, и никто никогда не видал его в другом
костюме, выключая разве только времени проезда царицы в Крым, когда на
нем был синий козацкий жупан. Но это время вряд ли кто мог запомнить из
целого села; а жупан держит он в сундуке под замком. Голова вдов; но у
него живет в доме свояченица, которая варит обедать и ужинать, моет лав-
ки, белит хату, прядет ему на рубашки и заведывает всем домом. На селе
поговаривают, будто она совсем ему не родственница; но мы уже видели,
что у головы много недоброжелателей, которые рады распускать всякую кле-
вету. Впрочем, может быть, к этому подало повод и то, что свояченице
всегда не нравилось, если голова заходил в поле, усеянное жницами, или к
козаку, у которого была молодая дочка. Голова крив; но зато одинокий
глаз его злодей и далеко может увидеть
пальцами по стеклу и стараясь найти деревянную ручку. - Баба, отворяй!
Баба, живей, говорят тебе, отворяй! Козаку спать пора!
- Куда ты, Каленик? Ты в чужую хату попал! - закричали, смеясь, поза-
ди его девушки, ворочавшиеся с веселых песней. - Показать тебе твою ха-
ту?
- Покажите, любезные молодушки!
- Молодушки? слышите ли, - подхватила одна, - какой учтивый Каленик!
За это ему нужно показать хату... но нет, наперед потанцуй!
- Потанцевать?.. эх вы, замысловатые девушки! - протяжно произнес Ка-
леник, смеясь и грозя пальцем и оступаясь, потому что ноги его не могли
держаться на одном месте. - А дадите перецеловать себя? Всех перецелую,
всех!.. - И косвенными шагами пустился бежать за ними.
Девушки подняли крик, перемешались; но после, ободрившись, перебежали
на другую сторону, увидя, что Каленик не слишком был скор на ноги.
- Вон твоя хата! - закричали они ему, уходя и показывая на избу, го-
раздо поболее прочих, принадлежавшую сельскому голове. Каленик послушно
побрел в ту сторону, принимаясь снова бранить голову.
Но кто же этот голова, возбудивший такие невыгодные о себе толки и
речи? О, этот голова важное лицо на селе. Покамест Каленик достигнет
конца пути своего, мы, без сомнения, успеем кое-что сказать о нем. Все
село, завидевши его, берется за шапки; а девушки, самые молоденькие, от-
дают добридень. Кто бы из парубков не захотел быть головою! Голове отк-
рыт свободный вход во все тавлинки; и дюжий мужик почтительно стоит,
снявши шапку, во все продолжение, когда голова запускает свои толстые и
грубые пальцы в его лубочную табакерку. В мирской сходке, или громаде,
несмотря на то что власть его ограничена несколькими голосами, голова
всегда берет верх и почти по своей воле высылает, кого ему угодно, ров-
нять и гладить дорогу или копать рвы. Голова угрюм, суров с виду и не
любит много говорить. Давно еще, очень давно, когда блаженной памяти ве-
ликая царица Екатерина ездила в Крым, был выбран он в провожатые; целые
два дни находился он в этой должпости и даже удостоился сидеть на козлах
с царицыным кучером. И с той самом поры еще голова выучился раздумно и
важно потуплять голову, гладить длинные, закрутившиеся вниз усы и кидать
соколиный взгляд исподлобья. И с той поры голова, об чем бы ни заговори-
ли с ним, всегда умеет поворотить речь на то, как он вез царицу и сидел
на козлах царской кареты. Голова любит иногда прикинуться глухим, особ-
ливо если услышит то, чего не хотелось бы ему слышать. Голова терпеть не
может щегольства: носит всегда свитку черного домашнего сукна, перепоя-
сывается шерстяным цветным поясом, и никто никогда не видал его в другом
костюме, выключая разве только времени проезда царицы в Крым, когда на
нем был синий козацкий жупан. Но это время вряд ли кто мог запомнить из
целого села; а жупан держит он в сундуке под замком. Голова вдов; но у
него живет в доме свояченица, которая варит обедать и ужинать, моет лав-
ки, белит хату, прядет ему на рубашки и заведывает всем домом. На селе
поговаривают, будто она совсем ему не родственница; но мы уже видели,
что у головы много недоброжелателей, которые рады распускать всякую кле-
вету. Впрочем, может быть, к этому подало повод и то, что свояченице
всегда не нравилось, если голова заходил в поле, усеянное жницами, или к
козаку, у которого была молодая дочка. Голова крив; но зато одинокий
глаз его злодей и далеко может увидеть