м заинтересована, чтоб выдать нас, да
и это не в английских нравах.
- Все так - да как вам в голову пришло обратиться именно к ней?
- Это сделал наш комиссионер.
- То есть?
- Тур.
- Как, тот Тур?..
- О, насчет его можно быть покойным. Его самым лучшим образом нам
рекомендовал Б.
У меняна минуту вся кровь бросилась в голову. Я смешался от чувства
негодования, бешенства, оскорбленья, (356) да, да, личного оскорбленья... А
делегат Речи Посполитой. ничего не замечавший, продолжал:
- Он превосходно знает по-английски - и язык и законодательство.
- В этом я не сомневаюсь, Тур как-то сидел в тюрьме в Лондоне за
какие-то не совсем ясные дела и употреблялся присяжным переводчиком в суде.
- Как так?
- Вы спросите у Б или у Михаловского. Вы не знакомы с ним?
- Нет.
- Каков Тур - занимался земледельем, а теперь занимается вододельем...
Но общее внимание обратил на себя взошедший начальник экспедиции
полковник Лапинский.
LAPINSKI-COLONEL. POLLES-AIDE DECAMP 76
В начале 1863 года я получил письмо, написанное мелко, необыкновенно
каллиграфически и .начинавшееся текстом "Sinite venire parvulos" 77. В самых
изысканно льстивых, стелющихся выражениях просил у меня раrvulus 78,
называвшийся Polies, позволенья приехать ко мне Письмо мне очень не
понравилось. Он сам - еще меньше. Низкопоклонный, тихий, вкрадчивый, бритый,
напомаженный, он мне рассказал, что был в Петербурге в театральной школе и
получил какой-то пансион, прикидывался сильно поляком и, просидевши четверть
часа, сообщил мне, что он из Франции, что в Париже тоска и что там узел всем
бедам, а узел узлов - Наполеон.
- Знаете ли, что мне приходило часто в голову, и я больше и больше
убеждаюсь в верности этой мысли, - надобно решиться и убить Наполеона.
- За чем же дело стало?
- Да вы как об этом думаете? - спросил parvulus, несколько смутившись.
- Я никак. Ведь это вы думаете...
И тотчас рассказал ему историю, которую я всегда (357) употребляю в
случаях кровавых бредней и совещаниях о них.
- Вы, верно, знаете, что Карла V водил в Риме по Пантеону паж. Пришедши
домой, он сказал отцу, что ему приходила в голову мысль столкнуть императора
с верхней галереи вниз. Отец взбесился. "Вот... (тут я варьирую крепкое
слово, соображаясь с характером цареубийцы in spe... 79 негодяй, мошенник,
дурак....), такой ты сякой! Как могут такие преступные мысли приходить в
голову... и если могут - то их иногда исполняют, но никогда об этом не
говорят..." 80
Когда Поллес ушел, я решился его не пускать больше. Через неделю он
встретился со мной близ моего дома, говорил, что два раза был и не застал,
потолковал какой-то вздор и прибавил:
- Я, между прочим, заходил к вам, чтоб сообщить, какое я сделал
изобретение, чтоб по почте сообщить что-нибудь тайное, например в Россию.
Вам, верно, случается часто необходимость что-нибудь сообщать?
- Совсем напротив, никогда. Я вообще ни к кому тайно не пишу. Будьте
здоровы.
- Прощайте, - вспомните, когда вам или Огареву захочется послушать
кой-какой музыки - я и мой виолончель к вашим услугам.
- Очень благодарен.
И я потерял его из вида, с полной уверенностью, что это шпион - русский
ли, французский ли, я не знал, может интернациональный, как "Nord" - журнал
международный.
В польском обществе он нигде не являлся - и его никто не знал.
Пос
и это не в английских нравах.
- Все так - да как вам в голову пришло обратиться именно к ней?
- Это сделал наш комиссионер.
- То есть?
- Тур.
- Как, тот Тур?..
- О, насчет его можно быть покойным. Его самым лучшим образом нам
рекомендовал Б.
У меняна минуту вся кровь бросилась в голову. Я смешался от чувства
негодования, бешенства, оскорбленья, (356) да, да, личного оскорбленья... А
делегат Речи Посполитой. ничего не замечавший, продолжал:
- Он превосходно знает по-английски - и язык и законодательство.
- В этом я не сомневаюсь, Тур как-то сидел в тюрьме в Лондоне за
какие-то не совсем ясные дела и употреблялся присяжным переводчиком в суде.
- Как так?
- Вы спросите у Б или у Михаловского. Вы не знакомы с ним?
- Нет.
- Каков Тур - занимался земледельем, а теперь занимается вододельем...
Но общее внимание обратил на себя взошедший начальник экспедиции
полковник Лапинский.
LAPINSKI-COLONEL. POLLES-AIDE DECAMP 76
В начале 1863 года я получил письмо, написанное мелко, необыкновенно
каллиграфически и .начинавшееся текстом "Sinite venire parvulos" 77. В самых
изысканно льстивых, стелющихся выражениях просил у меня раrvulus 78,
называвшийся Polies, позволенья приехать ко мне Письмо мне очень не
понравилось. Он сам - еще меньше. Низкопоклонный, тихий, вкрадчивый, бритый,
напомаженный, он мне рассказал, что был в Петербурге в театральной школе и
получил какой-то пансион, прикидывался сильно поляком и, просидевши четверть
часа, сообщил мне, что он из Франции, что в Париже тоска и что там узел всем
бедам, а узел узлов - Наполеон.
- Знаете ли, что мне приходило часто в голову, и я больше и больше
убеждаюсь в верности этой мысли, - надобно решиться и убить Наполеона.
- За чем же дело стало?
- Да вы как об этом думаете? - спросил parvulus, несколько смутившись.
- Я никак. Ведь это вы думаете...
И тотчас рассказал ему историю, которую я всегда (357) употребляю в
случаях кровавых бредней и совещаниях о них.
- Вы, верно, знаете, что Карла V водил в Риме по Пантеону паж. Пришедши
домой, он сказал отцу, что ему приходила в голову мысль столкнуть императора
с верхней галереи вниз. Отец взбесился. "Вот... (тут я варьирую крепкое
слово, соображаясь с характером цареубийцы in spe... 79 негодяй, мошенник,
дурак....), такой ты сякой! Как могут такие преступные мысли приходить в
голову... и если могут - то их иногда исполняют, но никогда об этом не
говорят..." 80
Когда Поллес ушел, я решился его не пускать больше. Через неделю он
встретился со мной близ моего дома, говорил, что два раза был и не застал,
потолковал какой-то вздор и прибавил:
- Я, между прочим, заходил к вам, чтоб сообщить, какое я сделал
изобретение, чтоб по почте сообщить что-нибудь тайное, например в Россию.
Вам, верно, случается часто необходимость что-нибудь сообщать?
- Совсем напротив, никогда. Я вообще ни к кому тайно не пишу. Будьте
здоровы.
- Прощайте, - вспомните, когда вам или Огареву захочется послушать
кой-какой музыки - я и мой виолончель к вашим услугам.
- Очень благодарен.
И я потерял его из вида, с полной уверенностью, что это шпион - русский
ли, французский ли, я не знал, может интернациональный, как "Nord" - журнал
международный.
В польском обществе он нигде не являлся - и его никто не знал.
Пос