вался в горном кадетском корпусе. Восторженный,
эксцентрический и преданный мистицизму артист; артист читает манифест,
читает вызовы - и бросает все свои занятия. Дни и ночи бродит он по улицам
Петербурга, мучимый неотступной мыслию, она сильнее его, он запирается в
своей комнате, берет карандаш и работает.
Ни одному человеку не доверил артист своего замысла. После нескольких
месяцев труда он едет в Москву изучать город, окрестности и снова работает,
месяцы целые скрываясь от глаз и скрывая свой проект.
Пришло время конкурса. Проектов было много, были проекты из Италии и из
Германии, наши академики представили свои. И неизвестный молодой человек
представил свой чертеж в числе прочих. Недели прошли, прежде чем император
занялся планами. Это были сорок дней в пустыне, дни искуса, сомнений и
мучительного ожидания.
Колоссальный, исполненный религиозной поэзии проект Витберга поразил
Александра. Он остановился перед ним и об нем первом спросил, кем он
представлен. Распечатали пакет и нашли неизвестное имя ученика академии.
Александр захотел видеть Витберга. Долго говорил он с художником.
Смелый и одушевленный язык его, действительное вдохновление, которым он был
проникнут, и мистический колорит его убеждений поразили императора. "Вы
камнями говорите", - заметил он, снова рассматривая проект.
В тот же день проект был утвержден и Витберг назначен строителем храма
и директором комиссии о постройке. Александр не знал, что вместе с лавровым
венком он надевает и терновый на голову артиста.
Нет ни одного искусства, которое было бы роднее мистицизму, как
зодчество; отвлеченное, геометриче(278)ское, немо-музыкальное, бесстрастное,
оно живет символикой, образом, намеком. Простые линии, их гармоническое
сочетание, ритм, числовые отношения представляют нечто таинственное и с тем
вместе неполное. Здание, храм не заключают сами в себе своей цели, как
статуя или картина, поэма или симфония; здание ищет обитателя, это -
очерченное, расчищенное место, это - обстановка, броня черепахи, раковина
моллюска, - именно в том-то и дело, чтоб содержащее так соответствовало
духу, цели, жильцу, как панцырь черепахе. В стенах храма, в его оводах и
колоннах, в его портале и фасаде, в его фундаменте и куполе должно быть
отпечатлено божество, обитающее в нем, так, как извивы мозга отпечатлеваются
на костяном черепе.
Египетские храмы были их священные книги. Обелиски - проповеди на
большой дороге.
Соломонов храм - построенная библия, так, как храм святого Петра -
построенный выход из католицизма, начало светского мира, начало расстрижения
рода человеческого.
Самое построение храмов было всегда так полно мистических обрядов,
иносказаний, таинственных посвящений, что средневековые строители считали
себя чем-то особенным, каким-то духовенством, преемниками . строителей
Соломонова храма и составляли между собой тайные артели каменщиков,
перешедшие впоследствии в масонство.
Собственно мистический характер зодчество теряет с веками
Восстановления. Христианская вера борется с философским сомнением,
готическая стрелка - с греческим фронтоном, духовная святыня - с светской
красотой. Поэтому-то храм св. Петра и имеет такое высокое значение, в его
колоссальных размерах христианство рвется в жизнь, церковь становится
языческая, и
эксцентрический и преданный мистицизму артист; артист читает манифест,
читает вызовы - и бросает все свои занятия. Дни и ночи бродит он по улицам
Петербурга, мучимый неотступной мыслию, она сильнее его, он запирается в
своей комнате, берет карандаш и работает.
Ни одному человеку не доверил артист своего замысла. После нескольких
месяцев труда он едет в Москву изучать город, окрестности и снова работает,
месяцы целые скрываясь от глаз и скрывая свой проект.
Пришло время конкурса. Проектов было много, были проекты из Италии и из
Германии, наши академики представили свои. И неизвестный молодой человек
представил свой чертеж в числе прочих. Недели прошли, прежде чем император
занялся планами. Это были сорок дней в пустыне, дни искуса, сомнений и
мучительного ожидания.
Колоссальный, исполненный религиозной поэзии проект Витберга поразил
Александра. Он остановился перед ним и об нем первом спросил, кем он
представлен. Распечатали пакет и нашли неизвестное имя ученика академии.
Александр захотел видеть Витберга. Долго говорил он с художником.
Смелый и одушевленный язык его, действительное вдохновление, которым он был
проникнут, и мистический колорит его убеждений поразили императора. "Вы
камнями говорите", - заметил он, снова рассматривая проект.
В тот же день проект был утвержден и Витберг назначен строителем храма
и директором комиссии о постройке. Александр не знал, что вместе с лавровым
венком он надевает и терновый на голову артиста.
Нет ни одного искусства, которое было бы роднее мистицизму, как
зодчество; отвлеченное, геометриче(278)ское, немо-музыкальное, бесстрастное,
оно живет символикой, образом, намеком. Простые линии, их гармоническое
сочетание, ритм, числовые отношения представляют нечто таинственное и с тем
вместе неполное. Здание, храм не заключают сами в себе своей цели, как
статуя или картина, поэма или симфония; здание ищет обитателя, это -
очерченное, расчищенное место, это - обстановка, броня черепахи, раковина
моллюска, - именно в том-то и дело, чтоб содержащее так соответствовало
духу, цели, жильцу, как панцырь черепахе. В стенах храма, в его оводах и
колоннах, в его портале и фасаде, в его фундаменте и куполе должно быть
отпечатлено божество, обитающее в нем, так, как извивы мозга отпечатлеваются
на костяном черепе.
Египетские храмы были их священные книги. Обелиски - проповеди на
большой дороге.
Соломонов храм - построенная библия, так, как храм святого Петра -
построенный выход из католицизма, начало светского мира, начало расстрижения
рода человеческого.
Самое построение храмов было всегда так полно мистических обрядов,
иносказаний, таинственных посвящений, что средневековые строители считали
себя чем-то особенным, каким-то духовенством, преемниками . строителей
Соломонова храма и составляли между собой тайные артели каменщиков,
перешедшие впоследствии в масонство.
Собственно мистический характер зодчество теряет с веками
Восстановления. Христианская вера борется с философским сомнением,
готическая стрелка - с греческим фронтоном, духовная святыня - с светской
красотой. Поэтому-то храм св. Петра и имеет такое высокое значение, в его
колоссальных размерах христианство рвется в жизнь, церковь становится
языческая, и