и в его силе, а у меня два сына, и оба несходного
характера: Аркадий - это совершенная рохля, а Валерий, вы его знаете, -
живчик. Очень понятно, что я о них забочусь, и я хотела с ним немножко
поговорить о Валерии, который не попал за Аркадием, а попал в этот...
университет и в будущем году кончит, без связей и без ничего...
Гостья сделала едва заметное движение.
- И вот я посадила Виктора Густавыча, подбегаю к ней и говорю: "Катя, а
теперь если кто приедет, ты должна говорить: _я уехала_ и что _меня нет
дома_". Кажется, всякая дура может это понять и исполнить!
- Что же тут не исполнить!
- Да, самое обыкновенное. А она, вообразите, всем так и говорила, что
"я ей _приказала говорить_, что я уехала и меня дома нет!"
- Ах ты боже мой! - воскликнула гостья и расхохоталась.
- Но вы представьте себе, что и все точно так же, как вы, на это только
смеялись, а никто не обиделся, потому что ведь все же прекрасно знают, что
всегда в этих случаях лгут... Это так принято... Но молодежь стала мне
говорить: "Ma tante, ваша непротивленка, кажется, очень большая дура". Но
я верно поняла, что это действует ее вера, и я разъяснила всем, что это из
нее торчит граф Толстой и сильно-державно показывает всем образованным
людям свой огромный шиш. "Никаких-де визитов не надо! Все это глупости:
лошадям хвосты трепать не для чего, а когда вам нужен моцион - мойте
полы".
- Без мыла?
- Да, совершенно так просто!
- Но как же вы после этого сделали с непротивленкой?
- Я с ней объяснилась; я ей сказала: "Ты обдумай, тебя мне
рекомендовали как очень хорошую девушку и христианку, а ты очень хитрая и
упорная натура. Что это за выходка с твоей стороны, чтобы выдать меня за
лгунью?" А она простодушно извиняется:
"Я не могла сказать иначе".
"Отчего-о-о? Бедная ты, помраченная голова! Отчего-о ты не могла
сказать иначе?"
"Потому что вы были дома".
"Ну так и что за беда?"
"Я бы солгала".
"Ну что же такое, если бы ты немножко и солгала?"
"Я нисколько лгать не могу".
"Нисколько?"
"Нисколько".
"Но ведь ты _служишь_! Ты нанимаешься, ты получаешь жалованье!.. Для
чего ты с такими фантазиями нанимаешься на место?"
"Я нанимаюсь делать работу, а не лгать; лгать я не могу".
С каких сторон с ней ни заговори, она все дойдет до своего "я лгать не
могу" и станет.
- Какая узость, узость!
- Страшно! "Да ведь надо же, - говорю, - уметь отличать, что есть такая
ложь, какой нельзя, а есть такая, которую сказать можно. Спроси у всякого
батюшки".
"Нет, нет, нет! - отвечает, - я не хочу этого различать: бог с ними, я
не буду их и спрашивать. В Евангелии об этом ничего не сказано, чтоб
отличать. Что неправда, то все ложь, - христиане ничего не должны лгать".
- Вот я тут и вспомнила, что когда я ее нанимала, я думала, что в
прислуге и вообще в низшем классе "непротивление" годится и не мешает, и
даже, может быть, им оно и полезно, но и это вышло совсем не так! Вышло,
что и здесь оно не годится и что этому везде надо противодействовать!
4
Хозяйка сдвинула серьезно брови и сказала, что она говорила о такой
"заносчивости" с батюшкой, и тот ей разъяснил, что это "плод свободного,
_личного_ понимания".
- Да, но какая же свобода, когда это все ужасно узко? - вставила с
ученым видом гостья.
- Я с вами и согласна, и, кроме того, не все для всех хорошо.
Хозяйк
характера: Аркадий - это совершенная рохля, а Валерий, вы его знаете, -
живчик. Очень понятно, что я о них забочусь, и я хотела с ним немножко
поговорить о Валерии, который не попал за Аркадием, а попал в этот...
университет и в будущем году кончит, без связей и без ничего...
Гостья сделала едва заметное движение.
- И вот я посадила Виктора Густавыча, подбегаю к ней и говорю: "Катя, а
теперь если кто приедет, ты должна говорить: _я уехала_ и что _меня нет
дома_". Кажется, всякая дура может это понять и исполнить!
- Что же тут не исполнить!
- Да, самое обыкновенное. А она, вообразите, всем так и говорила, что
"я ей _приказала говорить_, что я уехала и меня дома нет!"
- Ах ты боже мой! - воскликнула гостья и расхохоталась.
- Но вы представьте себе, что и все точно так же, как вы, на это только
смеялись, а никто не обиделся, потому что ведь все же прекрасно знают, что
всегда в этих случаях лгут... Это так принято... Но молодежь стала мне
говорить: "Ma tante, ваша непротивленка, кажется, очень большая дура". Но
я верно поняла, что это действует ее вера, и я разъяснила всем, что это из
нее торчит граф Толстой и сильно-державно показывает всем образованным
людям свой огромный шиш. "Никаких-де визитов не надо! Все это глупости:
лошадям хвосты трепать не для чего, а когда вам нужен моцион - мойте
полы".
- Без мыла?
- Да, совершенно так просто!
- Но как же вы после этого сделали с непротивленкой?
- Я с ней объяснилась; я ей сказала: "Ты обдумай, тебя мне
рекомендовали как очень хорошую девушку и христианку, а ты очень хитрая и
упорная натура. Что это за выходка с твоей стороны, чтобы выдать меня за
лгунью?" А она простодушно извиняется:
"Я не могла сказать иначе".
"Отчего-о-о? Бедная ты, помраченная голова! Отчего-о ты не могла
сказать иначе?"
"Потому что вы были дома".
"Ну так и что за беда?"
"Я бы солгала".
"Ну что же такое, если бы ты немножко и солгала?"
"Я нисколько лгать не могу".
"Нисколько?"
"Нисколько".
"Но ведь ты _служишь_! Ты нанимаешься, ты получаешь жалованье!.. Для
чего ты с такими фантазиями нанимаешься на место?"
"Я нанимаюсь делать работу, а не лгать; лгать я не могу".
С каких сторон с ней ни заговори, она все дойдет до своего "я лгать не
могу" и станет.
- Какая узость, узость!
- Страшно! "Да ведь надо же, - говорю, - уметь отличать, что есть такая
ложь, какой нельзя, а есть такая, которую сказать можно. Спроси у всякого
батюшки".
"Нет, нет, нет! - отвечает, - я не хочу этого различать: бог с ними, я
не буду их и спрашивать. В Евангелии об этом ничего не сказано, чтоб
отличать. Что неправда, то все ложь, - христиане ничего не должны лгать".
- Вот я тут и вспомнила, что когда я ее нанимала, я думала, что в
прислуге и вообще в низшем классе "непротивление" годится и не мешает, и
даже, может быть, им оно и полезно, но и это вышло совсем не так! Вышло,
что и здесь оно не годится и что этому везде надо противодействовать!
4
Хозяйка сдвинула серьезно брови и сказала, что она говорила о такой
"заносчивости" с батюшкой, и тот ей разъяснил, что это "плод свободного,
_личного_ понимания".
- Да, но какая же свобода, когда это все ужасно узко? - вставила с
ученым видом гостья.
- Я с вами и согласна, и, кроме того, не все для всех хорошо.
Хозяйк