к логами плополол и изувецил меня пли всех
поселеди улицы. Я тли месяца в постели лезал и послал самую плавдивую
залобу, что козел на меня умысленно пуссен за мой патлиотизм, а они на смех
завели дело "о плободании меня козлом с политическими целями по польской
интлиге" и во влемя моей болезни в Петелбулг статью послали "о полякуюссем
козле", а тепель, после того как это напецатано, уж я им нимало не опасен,
потому сто сситаюсь сумаседсим и интлиганом. Я вазные, очень вазные весси
знаю, но не могу сказать, потому сто все, сто я ни сказю, только на смех
поднимают: "егo-де и козел с политическими целями бил". Мне тепель одному
делать нецего: я собилаю палтию и плисол вас плосить: составимте палтию.
- Позвольте, - говорю, - против кого же мы будем партию составлять?
- Плотив всех, плотив Фольтунатова, плотив всех пледателей.
- Да я здесь, - отвечаю, - новый человек и ни в какие интриги входить
не хочу.
- Не хотите? а если не хотите в интлиги входить, ну так вы плопали.
- Напротив, со мной все очень доверчивы и откровенны!
Дергальский вскочил и захохотал.
- Поздлявляю! - заговорил он, - поздлявляю вас! Откловенны... здесь
всегда с того начинается... все откловенны!.. Они как слепни все на нового
целовека своих яиц накладут, а потом целвяки-то выведутся да вам скулу всю и
плоглызут...Поздлявляю! Тепель вы много от них слысали длуг пло длуга, - ну
и попались тепель все вас и станут подозлевать, что вы их длуг длугу
выдаете. Не вельте им! никому не вельте! Не интлиговать здесь тепель никому
нельзя - повельте, нельзя. Дазе когда вы интлигуете - меньше глеха вы тогда
на одной столоне... Мой вам совет: составимте палтию.
- Нет-с, - отвечаю, - я ни к какой партии здесь принадлежать не
намерен, я сделаю свое дело и уеду.
- Нет-с, вы так не сделаете сначала все так говолят, а как вам
голяцего за козу зальют, так и не уедете. Генелал Пеллов тоже сюда на неделю
плиехал, а как пледводитель его нехолосо плинял, так он здесь уж втолой год
живет и ходит в клуб спать.
"Это еще, - думаю, - что такое?"
- Пеллов, Пеллов, известный генелал... - Дергальский опять схватил
карандаш и написал: П-е-р-л-о-в. - Знаете?
- Знаю.
- Ну вот он самый и есть: и зена и дети узе сюда к нему едут, - он
бедный целовек, а больсе тысяци лублей стлафу в клуб пелеплацивает, и вот
увидите, будет здесь сидеть, пока совсем лазолится. - А зачем он платит
штраф?
- А потому сто все пледводителю этим мстит: пледводительский зять
сталсиной в клубе, а Пеллов всякое его дезулство плиходит и спит в клубе до
утла, стоб и пледводительский зять, как сталсина, сидел, - вот за это и
платит.
Что такое за чепуха? Неужто все это вправду выделывается в такое
серьезное время? Дергальский клянется и божится, что все это именно так что
предводитель терпеть не может губернатора и что потому все думали, что они с
генералом Перловым сойдутся, а вышло иначе: предводитель - ученый генерал и
свысока принял Перлова - боевого генерала, и вот у них, у двух генералов,
ученого и боевого, зашла война, и Перлов, недовольный предводителем, не
будучи в силах ничем отметить ему лично, спит в клубе на дежурстве
предводительского зятя и разоряет себя на платежи штрафа. Черт знает что
такое!
- Вы, - говорю, - не имеете ли каких-нибудь соображений об устройстве
врачебной части России? Вот это мне очень интересно!
- Нет, - отвечал Дер
поселеди улицы. Я тли месяца в постели лезал и послал самую плавдивую
залобу, что козел на меня умысленно пуссен за мой патлиотизм, а они на смех
завели дело "о плободании меня козлом с политическими целями по польской
интлиге" и во влемя моей болезни в Петелбулг статью послали "о полякуюссем
козле", а тепель, после того как это напецатано, уж я им нимало не опасен,
потому сто сситаюсь сумаседсим и интлиганом. Я вазные, очень вазные весси
знаю, но не могу сказать, потому сто все, сто я ни сказю, только на смех
поднимают: "егo-де и козел с политическими целями бил". Мне тепель одному
делать нецего: я собилаю палтию и плисол вас плосить: составимте палтию.
- Позвольте, - говорю, - против кого же мы будем партию составлять?
- Плотив всех, плотив Фольтунатова, плотив всех пледателей.
- Да я здесь, - отвечаю, - новый человек и ни в какие интриги входить
не хочу.
- Не хотите? а если не хотите в интлиги входить, ну так вы плопали.
- Напротив, со мной все очень доверчивы и откровенны!
Дергальский вскочил и захохотал.
- Поздлявляю! - заговорил он, - поздлявляю вас! Откловенны... здесь
всегда с того начинается... все откловенны!.. Они как слепни все на нового
целовека своих яиц накладут, а потом целвяки-то выведутся да вам скулу всю и
плоглызут...Поздлявляю! Тепель вы много от них слысали длуг пло длуга, - ну
и попались тепель все вас и станут подозлевать, что вы их длуг длугу
выдаете. Не вельте им! никому не вельте! Не интлиговать здесь тепель никому
нельзя - повельте, нельзя. Дазе когда вы интлигуете - меньше глеха вы тогда
на одной столоне... Мой вам совет: составимте палтию.
- Нет-с, - отвечаю, - я ни к какой партии здесь принадлежать не
намерен, я сделаю свое дело и уеду.
- Нет-с, вы так не сделаете сначала все так говолят, а как вам
голяцего за козу зальют, так и не уедете. Генелал Пеллов тоже сюда на неделю
плиехал, а как пледводитель его нехолосо плинял, так он здесь уж втолой год
живет и ходит в клуб спать.
"Это еще, - думаю, - что такое?"
- Пеллов, Пеллов, известный генелал... - Дергальский опять схватил
карандаш и написал: П-е-р-л-о-в. - Знаете?
- Знаю.
- Ну вот он самый и есть: и зена и дети узе сюда к нему едут, - он
бедный целовек, а больсе тысяци лублей стлафу в клуб пелеплацивает, и вот
увидите, будет здесь сидеть, пока совсем лазолится. - А зачем он платит
штраф?
- А потому сто все пледводителю этим мстит: пледводительский зять
сталсиной в клубе, а Пеллов всякое его дезулство плиходит и спит в клубе до
утла, стоб и пледводительский зять, как сталсина, сидел, - вот за это и
платит.
Что такое за чепуха? Неужто все это вправду выделывается в такое
серьезное время? Дергальский клянется и божится, что все это именно так что
предводитель терпеть не может губернатора и что потому все думали, что они с
генералом Перловым сойдутся, а вышло иначе: предводитель - ученый генерал и
свысока принял Перлова - боевого генерала, и вот у них, у двух генералов,
ученого и боевого, зашла война, и Перлов, недовольный предводителем, не
будучи в силах ничем отметить ему лично, спит в клубе на дежурстве
предводительского зятя и разоряет себя на платежи штрафа. Черт знает что
такое!
- Вы, - говорю, - не имеете ли каких-нибудь соображений об устройстве
врачебной части России? Вот это мне очень интересно!
- Нет, - отвечал Дер