ge visage. Comme
si je 1'ai deja vu... est-ce en reve?.. en demi-delire? ou dans sa petite
enfance?
- Ne vous donnez pas la peine de chercher dans vos souvenires, baronne,
- вдруг дерзко вмешалась в их разговор Тамара.-Je puis de suite vous venir
en aide. Rappelez-vous seulement Kharkoffe, et la chambre d'hotel de
Koniakine, 1'entrepreneur Solovieitschik, et le tenor di grazzia... A c&
moment vous n'etiez pas encore m-me la baronne de '... Впрочем, бросим
французский
' - Обратите внимание, баронесса, в ее положении эта девушка довольно
образованна.
- Представьте, я тоже заметила это странное лицо. Но где я его
видела... Во сне?.. В бреду? В раннем детстве?
язык... Вы были простой хористкой и служили со мной вместе.
- Mais dites moi, au nom de dieu, comment vous trouvez vous ici,
mademoiselle Marguerite? '
- О, об этом нас ежедневно расспрашивают. Просто взяла и очутилась...
И с непередаваемым цинизмом она спросила:
- Надеюсь, вы оплатите время, которое мы провели с вами?
- Нет, черт вас побрал бы! - вдруг вскрикнула, быстро поднявшись с
ковра, Манька Беленькая.
И вдруг, вытащив из-за чулка два золотых, швыркула их на стол.
- Нате!.. Это я вам даю на извозчика. Уезжайте сейчас же, иначе я
разобью здесь все зеркала и бутылки...
Ровинская встала и сказала с искренними теплыми слезами на глазах:
- Конечно, мы уедем, и урок mademoiselle Marguerite пойдет нам в
пользу. Время ваше будет оплачено- позаботьтесь, Володя. Однако вы так много
пели для нас, что позвольте и мне спеть для вас.
Ровинская подошла к пианино, взяла несколько аккордов и вдруг запела
прелестный романс Даргомыжского:
Расстались гордо мы, ни вздохом, ни словами
Упрека ревности тебе не подала...
Мы разошлись навек, но если бы с тобою
Я встретиться могла!..
Ах, если б я хоть встретиться могла!
Без слез, без жалоб я склонилась пред судьбою... Не знаю, сделав мне
так много в жизни зла, Любил ли ты меня? но если бы с тобою Я встретиться
могла! Ах, если б я хоть встретиться могла!
- Не трудитесь напрягать вашу память, баронесса... Я сейчас приду вам
на помощь. Вспомните только Харьков, гостиницу Конякина, антрепренера
Соловейчика и одного лирического тенора... В то время вы еще не были
баронессой де... (Перев. с франц. автора.)
' Но скажите, ради бога, как вы очутились здесь, мадемуазель Маргарита?
(Перев. с франц. автора.)
Этот нежный и страстный романс, исполненный великой артисткой, вдруг
напомнил всем этим женщинам о первой любви, о первом падении, о позднем
прощании на весенней заре, на утреннем холодке, когда трава седа от росы, а
красное небо красит в розовый цвет верхушки берез, о последних объятиях, так
тесно сплетенных, и о том, как не ошибающееся чуткое сердце скорбно шепчет:
"Нет, это не повторится, не повторится!" И губы тогда были холодны и сухи, а
на волосах лежал утренний влажный туман.
Замолчала Тамара, замолчала Манька Скандалистка, и вдруг Женька, самая
неукротимая из всех девушек, подбежала к артистке, упала на колени и
зарыдала у нее в ногах.
И Ровинская, сама растроганная, обняла ее за голову и сказала:
- Сестра моя, дай я тебя поцелую! Женька прошептала ей что-то на ухо.
- Да это - глупости, - сказала Ровинская, - несколько месяцев лечения,
и все пройдет.
si je 1'ai deja vu... est-ce en reve?.. en demi-delire? ou dans sa petite
enfance?
- Ne vous donnez pas la peine de chercher dans vos souvenires, baronne,
- вдруг дерзко вмешалась в их разговор Тамара.-Je puis de suite vous venir
en aide. Rappelez-vous seulement Kharkoffe, et la chambre d'hotel de
Koniakine, 1'entrepreneur Solovieitschik, et le tenor di grazzia... A c&
moment vous n'etiez pas encore m-me la baronne de '... Впрочем, бросим
французский
' - Обратите внимание, баронесса, в ее положении эта девушка довольно
образованна.
- Представьте, я тоже заметила это странное лицо. Но где я его
видела... Во сне?.. В бреду? В раннем детстве?
язык... Вы были простой хористкой и служили со мной вместе.
- Mais dites moi, au nom de dieu, comment vous trouvez vous ici,
mademoiselle Marguerite? '
- О, об этом нас ежедневно расспрашивают. Просто взяла и очутилась...
И с непередаваемым цинизмом она спросила:
- Надеюсь, вы оплатите время, которое мы провели с вами?
- Нет, черт вас побрал бы! - вдруг вскрикнула, быстро поднявшись с
ковра, Манька Беленькая.
И вдруг, вытащив из-за чулка два золотых, швыркула их на стол.
- Нате!.. Это я вам даю на извозчика. Уезжайте сейчас же, иначе я
разобью здесь все зеркала и бутылки...
Ровинская встала и сказала с искренними теплыми слезами на глазах:
- Конечно, мы уедем, и урок mademoiselle Marguerite пойдет нам в
пользу. Время ваше будет оплачено- позаботьтесь, Володя. Однако вы так много
пели для нас, что позвольте и мне спеть для вас.
Ровинская подошла к пианино, взяла несколько аккордов и вдруг запела
прелестный романс Даргомыжского:
Расстались гордо мы, ни вздохом, ни словами
Упрека ревности тебе не подала...
Мы разошлись навек, но если бы с тобою
Я встретиться могла!..
Ах, если б я хоть встретиться могла!
Без слез, без жалоб я склонилась пред судьбою... Не знаю, сделав мне
так много в жизни зла, Любил ли ты меня? но если бы с тобою Я встретиться
могла! Ах, если б я хоть встретиться могла!
- Не трудитесь напрягать вашу память, баронесса... Я сейчас приду вам
на помощь. Вспомните только Харьков, гостиницу Конякина, антрепренера
Соловейчика и одного лирического тенора... В то время вы еще не были
баронессой де... (Перев. с франц. автора.)
' Но скажите, ради бога, как вы очутились здесь, мадемуазель Маргарита?
(Перев. с франц. автора.)
Этот нежный и страстный романс, исполненный великой артисткой, вдруг
напомнил всем этим женщинам о первой любви, о первом падении, о позднем
прощании на весенней заре, на утреннем холодке, когда трава седа от росы, а
красное небо красит в розовый цвет верхушки берез, о последних объятиях, так
тесно сплетенных, и о том, как не ошибающееся чуткое сердце скорбно шепчет:
"Нет, это не повторится, не повторится!" И губы тогда были холодны и сухи, а
на волосах лежал утренний влажный туман.
Замолчала Тамара, замолчала Манька Скандалистка, и вдруг Женька, самая
неукротимая из всех девушек, подбежала к артистке, упала на колени и
зарыдала у нее в ногах.
И Ровинская, сама растроганная, обняла ее за голову и сказала:
- Сестра моя, дай я тебя поцелую! Женька прошептала ей что-то на ухо.
- Да это - глупости, - сказала Ровинская, - несколько месяцев лечения,
и все пройдет.