-- И ты скрыла это от братьев?
-- Да...
И она произносит еле слышно: .-- Розовое масло так хорошо пахнет!
273
10 А. Куприн, т. 4
Царь ласково гладит ее маленькую жесткую руку.
-- Тебе, верно, скучно одной в винограднике?
-- Нет. Я работаю, пою... В полдень мне приносят поесть, а вечером меня
сменяет один из братьев. Иногда я рою корни мандрагоры, похожие на маленьких
человечков... У нас их покупают халдейские купцы. Говорят, они делают из них
сонный напиток... Скажи, правда ли, что ягоды мандрагоры помогают в любви?
-- Нет, Суламифь, в любви помогает только любовь. Скажи, у тебя есть
отец или мать?
-- Одна мать. Отец умер два года тому назад. Братья -- все старше меня
-- они от первого брака, а от второго только я и сестра.
-- Твоя сестра так же красива, как и ты? '! -- Она еще мала. Ей только
девять лет.
Царь смеется, тихо обнимает Суламифь, привлекает, ее к себе и говорит
ей на ухо:
-- Девять лет... Значит, у нее еще нет такой груди, как у тебя? Такой
гордой, такой горячей груди!
Она молчит, горя от стыда и счастья. Глаза ее све-' тятся и меркнут,
они туманятся блаженной улыбкой. Царь слышит в своей руке бурное биение ее
сердца.
-- Теплота твоей одежды благоухает лучше, чем мирра, лучше, чем нард,
-- говорит он, жарко касаясь губами ее уха. -- И когда ты дышишь, я слышу
запах от ноздрей твоих, как от яблоков. Сестра моя, возлюбленная моя, ты
пленила сердце мое одним взглядом твоих очей, одним ожерельем на твоей шее.
-- О, не гляди на меня! -- просит Суламифь. -- Глаза твои волнуют меня.
Но она сама изгибает назад спину и кладет голову на грудь Соломона.
Губы ее рдеют над блестящими зубами, веки дрожат от мучительного желания.
Соломон приникает жадно устами к ее зовущему рту. Он чувствует пламень ее
губ, и скользкость ее зубов, и сладкую влажность ее языка, и весь горит
таким нестерпимым желанием, какого он еще никогда не знал. в жизни.
Так проходит минута и две.
-- Что ты делаешь со мною! -- слабо говорит Суламифь, закрывая глаза.
-- Что ты делаешь со мной! /'
274
Но Соломон страстно шепчет около самого ее рта:
-- Сотовый мед каплет из уст твоих, невеста, мед и молоко под языком
твоим... О, иди скорее ко мне. Здесь за стеной темно и прохладно. Никто не
увидит нас. Здесь мягкая зелень под кедрами.
-- Нет, нет, оставь меня. Я не хочу, не могу.
-- Суламифь... ты хочешь, ты хочешь... Сестра моя, возлюбленная моя,
иди ко мне!
Чьи-то шаги раздаются внизу по дороге, у стены царского виноградника,
но Соломон удерживает за руку испуганную девушку.
-- Скажи мне скорее, где ты живешь? Сегодня ночью я приду к тебе, --
говорит он быстро.
-- Нет, нет, нет... Я не скажу тебе это. Пусти меня. Я не скажу тебе
-- Я не пущу тебя, Суламифь, пока ты не скажешь... Я хочу тебя!
-- Хорошо, я скажу... Но сначала обещай мне не приходить зтой ночью...
Также не приходи и в следующую ночь... и в следующую за той... Царь мой!
Заклинаю тебя сернами и полевыми ланями, не тревожь свою возлюбленную, пока
она не захочет!
-- Да, я обещаю тебе это... Где же твой дом, Суламифь?
-- Если по пути в город ты перейдешь через Кед-рон по мосту выше
Силоама, ты увидишь наш дом около источника. Там нет других домов.
-- А тде же там твое окно, Суламифь?
-- Зачем тебе это знать, милый? О,