поступок и пошел за этой
тварью... и потому еще, что должен был мне эти три тысячи... О, ему было
обидно за эти три тысячи из-за своей же низости! Эти три тысячи вот как
были -- я вас прошу, я вас умоляю меня выслушать: еще за три недели до
того, как убил отца, он пришел ко мне утром. Я знала, что ему надо деньги,
и знала на что, -- вот, вот именно на то, чтобы соблазнить эту тварь и
увезти с собой. Я знала тогда, что уж он мне изменил и хочет бросить меня,
и я, я сама протянула тогда ему эти деньги, сама предложила будто бы для
того, чтоб отослать моей сестре в Москве, -- и когда отдавала, то
посмотрела ему в лицо и сказала, что он может когда хочет послать, "хоть
еще через месяц". Ну как же, как же бы он не понял, что я в глаза ему прямо
говорила: "тебе надо денег для измены мне с твоею тварью, так вот тебе эти
деньги, я сама тебе их даю, возьми, если ты так бесчестен, что
возьмешь!"... Я уличить его хотела, и что же? он взял, он их взял и унес, и
истратил их с этою тварью там, в одну ночь... Но он понял, он понял, что я
всђ знаю, уверяю вас, что он тогда понял и то, что я, отдавая ему деньги,
только пытаю его: будет ли он так бесчестен, что возьмет от меня, или нет?
В глаза ему глядела, и он мне глядел в глаза и всђ понимал, всђ понимал, и
взял, и взял и унес мои деньги!
-- Правда, Катя! -- завопил вдруг Митя, -- в глаза смотрел и понимал, что
бесчестишь меня и всђ-таки взял твои деньги! Презирайте подлеца, презирайте
все, заслужил!
-- Подсудимый, -- вскричал председатель, -- еще слово -- я вас велю
вывесть.
-- Эти деньги его мучили, -- продолжала, судорожно торопясь, Катя, -- он
хотел мне их отдать, он хотел, это правда, но ему деньги нужны были и для
этой твари. Вот он и убил отца, а денег всђ-таки мне не отдал, а уехал с
ней в ту деревню, где его схватили. Там он опять прокутил эти деньги,
которые украл у убитого им отца. А за день до того, как убил отца, и
написал мне это письмо, написал пьяный, я сейчас тогда увидела, написал из
злобы и зная, наверно зная, что я никому не покажу этого письма, даже если
б он и убил. А то бы он не написал. Он знал, что я не захочу ему мстить и
его погубить! Но прочтите, прочтите внимательно, пожалуста внимательнее, и
вы увидите, что он в письме всђ описал, всђ заранее: как убьет отца и где у
того деньги лежат. Посмотрите, пожалуста не пропустите, там есть одна
фраза: "убью, только бы уехал Иван". Значит, он заранее уж обдумал, как он
убьет, -- злорадно и ехидно подсказывала суду Катерина Ивановна. О, видно
было, что она до тонкости вчиталась в это роковое письмо и изучила в нем
каждую черточку. -- Не пьяный он бы мне не написал, но посмотрите, там всђ
описано вперед, всђ точь-в-точь, как он потом убил, вся программа!
Так восклицала она вне себя и уж конечно презирая все для себя последствия,
хотя разумеется их предвидела еще может за месяц тому, потому что и тогда
еще может быть, содрогаясь от злобы, мечтала: "не прочесть ли это суду?"
Теперь же как бы полетела с горы. Помню, кажется именно тут же письмо было
прочитано вслух секретарем, и произвело потрясающее впечатление. Обратились
к Мите с вопросом:
признает ли он это письмо?
-- Мое, мое! -- воскликнул Митя. -- Не пьяный бы не написал!.. За многое мы
друг друга ненавидели, Катя, но клянусь, клянусь, я тебя и ненавидя любил,
а ты меня -- нет!
Он упал на свое место, ломая руки в отчаянии. Прокурор и защитник стали
предлагать перекрестные вопросы, главное в том смысле: "что, дескать,
тварью... и потому еще, что должен был мне эти три тысячи... О, ему было
обидно за эти три тысячи из-за своей же низости! Эти три тысячи вот как
были -- я вас прошу, я вас умоляю меня выслушать: еще за три недели до
того, как убил отца, он пришел ко мне утром. Я знала, что ему надо деньги,
и знала на что, -- вот, вот именно на то, чтобы соблазнить эту тварь и
увезти с собой. Я знала тогда, что уж он мне изменил и хочет бросить меня,
и я, я сама протянула тогда ему эти деньги, сама предложила будто бы для
того, чтоб отослать моей сестре в Москве, -- и когда отдавала, то
посмотрела ему в лицо и сказала, что он может когда хочет послать, "хоть
еще через месяц". Ну как же, как же бы он не понял, что я в глаза ему прямо
говорила: "тебе надо денег для измены мне с твоею тварью, так вот тебе эти
деньги, я сама тебе их даю, возьми, если ты так бесчестен, что
возьмешь!"... Я уличить его хотела, и что же? он взял, он их взял и унес, и
истратил их с этою тварью там, в одну ночь... Но он понял, он понял, что я
всђ знаю, уверяю вас, что он тогда понял и то, что я, отдавая ему деньги,
только пытаю его: будет ли он так бесчестен, что возьмет от меня, или нет?
В глаза ему глядела, и он мне глядел в глаза и всђ понимал, всђ понимал, и
взял, и взял и унес мои деньги!
-- Правда, Катя! -- завопил вдруг Митя, -- в глаза смотрел и понимал, что
бесчестишь меня и всђ-таки взял твои деньги! Презирайте подлеца, презирайте
все, заслужил!
-- Подсудимый, -- вскричал председатель, -- еще слово -- я вас велю
вывесть.
-- Эти деньги его мучили, -- продолжала, судорожно торопясь, Катя, -- он
хотел мне их отдать, он хотел, это правда, но ему деньги нужны были и для
этой твари. Вот он и убил отца, а денег всђ-таки мне не отдал, а уехал с
ней в ту деревню, где его схватили. Там он опять прокутил эти деньги,
которые украл у убитого им отца. А за день до того, как убил отца, и
написал мне это письмо, написал пьяный, я сейчас тогда увидела, написал из
злобы и зная, наверно зная, что я никому не покажу этого письма, даже если
б он и убил. А то бы он не написал. Он знал, что я не захочу ему мстить и
его погубить! Но прочтите, прочтите внимательно, пожалуста внимательнее, и
вы увидите, что он в письме всђ описал, всђ заранее: как убьет отца и где у
того деньги лежат. Посмотрите, пожалуста не пропустите, там есть одна
фраза: "убью, только бы уехал Иван". Значит, он заранее уж обдумал, как он
убьет, -- злорадно и ехидно подсказывала суду Катерина Ивановна. О, видно
было, что она до тонкости вчиталась в это роковое письмо и изучила в нем
каждую черточку. -- Не пьяный он бы мне не написал, но посмотрите, там всђ
описано вперед, всђ точь-в-точь, как он потом убил, вся программа!
Так восклицала она вне себя и уж конечно презирая все для себя последствия,
хотя разумеется их предвидела еще может за месяц тому, потому что и тогда
еще может быть, содрогаясь от злобы, мечтала: "не прочесть ли это суду?"
Теперь же как бы полетела с горы. Помню, кажется именно тут же письмо было
прочитано вслух секретарем, и произвело потрясающее впечатление. Обратились
к Мите с вопросом:
признает ли он это письмо?
-- Мое, мое! -- воскликнул Митя. -- Не пьяный бы не написал!.. За многое мы
друг друга ненавидели, Катя, но клянусь, клянусь, я тебя и ненавидя любил,
а ты меня -- нет!
Он упал на свое место, ломая руки в отчаянии. Прокурор и защитник стали
предлагать перекрестные вопросы, главное в том смысле: "что, дескать,