все прощают. Я это недавно читала, и все доктора
подтвердили. Доктора теперь подтверждают, всђ подтверждают. Помилуйте, у
меня Lise в афекте, я еще вчера от нее плакала, третьего дня плакала, а
сегодня и догадалась, что это у ней просто афект. Ox, Lise меня так
огорчает! Я думаю, она совсем помешалась. Зачем она вас позвала? Она вас
позвала, или вы сами к ней пришли?
-- Да, она звала, и я пойду сейчас к ней, -- встал было решительно Алеша.
-- Ах милый, милый Алексей Федорович, тут-то может быть и самое главное, --
вскрикнула г-жа Хохлакова, вдруг заплакав. -- Бог видит, что я вам искренно
доверяю Lise, и это ничего, что она вас тайком от матери позвала. Но Ивану
Федоровичу, вашему брату, простите меня, я не могу доверить дочь мою с
такою легкостью, хотя и продолжаю считать его за самого рыцарского молодого
человека. А представьте, он вдруг и был у Lise, а я этого ничего и не
знала.
-- Как? Чт[OACUTE]? Когда? -- ужасно удивился Алеша. Он уж не садился и
слушал стоя.
-- Я вам расскажу, я для этого-то может быть вас и позвала, потому что я уж
и не знаю, для чего вас позвала. Вот что: Иван Федорович был у меня всего
два раза по возвращении своем из Москвы, первый раз пришел как знакомый
сделать визит, а в другой раз, это уже недавно, Катя у меня сидела, он и
зашел, узнав что она у меня. Я, разумеется, и не претендовала на его частые
визиты, зная, сколько у него теперь и без того хлопот, vous comprenez,
cette affaire et la mort terrible de votre papa, только вдруг узнаю, что он
был опять, только не у меня, а у Lise, это уже дней шесть тому, пришел,
просидел пять минут и ушел. А узнала я про это целых три дня спустя от
Глафиры, так что это меня вдруг фрапировало. Тотчас призываю Lise, а она
смеется: он, дескать, думал, что вы спите, и зашел ко мне спросить о вашем
здоровье. Конечно, оно так и было. Только Lise, Lise, о боже, как она меня
огорчает! Вообразите, вдруг с ней в одну ночь -- это четыре дня тому,
сейчас после того, как вы в последний раз были и ушли -- вдруг с ней ночью
припадок, крик, визг, истерика! Отчего у меня никогда не бывает истерики?
Затем на другой день припадок, а потом и на третий день, и вчера, и вот
вчера этот афект. А она мне вдруг кричит: "Я ненавижу Ивана Федоровича, я
требую, чтобы вы его не принимали, чтобы вы ему отказали от дома!" Я
обомлела при такой неожиданности и возражаю ей: с какой же стати буду я
отказывать такому достойному молодому человеку и притом с такими познаниями
и с таким несчастьем, потому что всђ-таки все эти истории -- ведь это
несчастье, а не счастие, не правда ли? Она вдруг расхохоталась над моими
словами и так, знаете, оскорбительно. Ну я рада, думаю, что рассмешила ее,
и припадки теперь пройдут, тем более, что я сама хотела отказать Ивану
Федоровичу за странные визиты без моего согласия и потребовать объяснения.
Только вдруг сегодня утром Лиза проснулась и рассердилась на Юлию и,
представьте, ударила ее рукой по лицу. Но ведь это монструозно, я с моими
девушками на вы. И вдруг чрез час она обнимает и целует у Юлии ноги. Ко мне
же прислала сказать, что не придет ко мне вовсе и впредь никогда не хочет
ходить, а когда я сама к ней потащилась, то бросилась меня целовать и
плакать и целуя так и выпихнула вон, ни слова не говоря, так что я так
ничего и не узнала. Теперь, милый Алексей Федорович, на вас все мои надежды
и, конечно, судьба всей моей жизни в ваших руках. Я вас просто прошу пойти
к Lise, разузнать у ней всђ, как вы только один
подтвердили. Доктора теперь подтверждают, всђ подтверждают. Помилуйте, у
меня Lise в афекте, я еще вчера от нее плакала, третьего дня плакала, а
сегодня и догадалась, что это у ней просто афект. Ox, Lise меня так
огорчает! Я думаю, она совсем помешалась. Зачем она вас позвала? Она вас
позвала, или вы сами к ней пришли?
-- Да, она звала, и я пойду сейчас к ней, -- встал было решительно Алеша.
-- Ах милый, милый Алексей Федорович, тут-то может быть и самое главное, --
вскрикнула г-жа Хохлакова, вдруг заплакав. -- Бог видит, что я вам искренно
доверяю Lise, и это ничего, что она вас тайком от матери позвала. Но Ивану
Федоровичу, вашему брату, простите меня, я не могу доверить дочь мою с
такою легкостью, хотя и продолжаю считать его за самого рыцарского молодого
человека. А представьте, он вдруг и был у Lise, а я этого ничего и не
знала.
-- Как? Чт[OACUTE]? Когда? -- ужасно удивился Алеша. Он уж не садился и
слушал стоя.
-- Я вам расскажу, я для этого-то может быть вас и позвала, потому что я уж
и не знаю, для чего вас позвала. Вот что: Иван Федорович был у меня всего
два раза по возвращении своем из Москвы, первый раз пришел как знакомый
сделать визит, а в другой раз, это уже недавно, Катя у меня сидела, он и
зашел, узнав что она у меня. Я, разумеется, и не претендовала на его частые
визиты, зная, сколько у него теперь и без того хлопот, vous comprenez,
cette affaire et la mort terrible de votre papa, только вдруг узнаю, что он
был опять, только не у меня, а у Lise, это уже дней шесть тому, пришел,
просидел пять минут и ушел. А узнала я про это целых три дня спустя от
Глафиры, так что это меня вдруг фрапировало. Тотчас призываю Lise, а она
смеется: он, дескать, думал, что вы спите, и зашел ко мне спросить о вашем
здоровье. Конечно, оно так и было. Только Lise, Lise, о боже, как она меня
огорчает! Вообразите, вдруг с ней в одну ночь -- это четыре дня тому,
сейчас после того, как вы в последний раз были и ушли -- вдруг с ней ночью
припадок, крик, визг, истерика! Отчего у меня никогда не бывает истерики?
Затем на другой день припадок, а потом и на третий день, и вчера, и вот
вчера этот афект. А она мне вдруг кричит: "Я ненавижу Ивана Федоровича, я
требую, чтобы вы его не принимали, чтобы вы ему отказали от дома!" Я
обомлела при такой неожиданности и возражаю ей: с какой же стати буду я
отказывать такому достойному молодому человеку и притом с такими познаниями
и с таким несчастьем, потому что всђ-таки все эти истории -- ведь это
несчастье, а не счастие, не правда ли? Она вдруг расхохоталась над моими
словами и так, знаете, оскорбительно. Ну я рада, думаю, что рассмешила ее,
и припадки теперь пройдут, тем более, что я сама хотела отказать Ивану
Федоровичу за странные визиты без моего согласия и потребовать объяснения.
Только вдруг сегодня утром Лиза проснулась и рассердилась на Юлию и,
представьте, ударила ее рукой по лицу. Но ведь это монструозно, я с моими
девушками на вы. И вдруг чрез час она обнимает и целует у Юлии ноги. Ко мне
же прислала сказать, что не придет ко мне вовсе и впредь никогда не хочет
ходить, а когда я сама к ней потащилась, то бросилась меня целовать и
плакать и целуя так и выпихнула вон, ни слова не говоря, так что я так
ничего и не узнала. Теперь, милый Алексей Федорович, на вас все мои надежды
и, конечно, судьба всей моей жизни в ваших руках. Я вас просто прошу пойти
к Lise, разузнать у ней всђ, как вы только один