а. Он видел, что она его
утешениям очень мало поверила, но и то уж было ей хорошо, что хоть горе
сорвала, высказалась. Жалко ему было оставлять ее в таком состоянии, но он
спешил. Предстояло ему еще много дела.
II. БОЛЬНАЯ НОЖКА.
Первое из этих дел было в доме г-жи Хохлаковой, и он поспешил туда, чтобы
покончить там поскорее и не опоздать к Мите. Г-жа Хохлакова уже три недели
как прихварывала: у ней отчего-то вспухла нога, и она хоть не лежала в
постели, но всђ равно, днем, в привлекательном, но пристойном дезабилье
полулежала у себя в будуаре на кушетке. Алеша как-то раз заметил про себя с
невинною усмешкой, что г-жа Хохлакова, несмотря на болезнь свою, стала
почти щеголять: явились какие-то наколочки, бантики, распашеночки, и он
смекал почему это так, хотя и гнал эти мысли как праздные. В последние два
месяца г-жу Хохлакову стал посещать, между прочими ее гостями, молодой
человек Перхотин. Алеша не заходил уже дня четыре, и, войдя в дом, поспешил
было прямо пройти к Лизе, ибо у ней и было его дело, так как Лиза еще вчера
прислала к нему девушку с настоятельною просьбой немедленно к ней придти
"по очень важному обстоятельству", что, по некоторым причинам,
заинтересовало Алешу. Но пока девушка ходила к Лизе докладывать, г-жа
Хохлакова уже узнала от кого-то о его прибытии и немедленно прислала
попросить его к себе "на одну только минутку". Алеша рассудил, что лучше уж
удовлетворить сперва просьбу мамаши, ибо та будет поминутно посылать к
Лизе, пока он будет у той сидеть. Г-жа Хохлакова лежала на кушетке, как-то
особенно празднично одетая и видимо в чрезвычайном нервическом возбуждении.
Алешу встретила криками восторга.
-- Век[AACUTE], век[AACUTE], целые век[AACUTE] не видала вас! Целую неделю,
помилуйте, ах, впрочем вы были всего четыре дня назад, в среду. Вы к Lise,
я уверена, что вы хотели пройти к ней прямо на цыпочках, чтоб я не слыхала.
Милый, милый Алексей, Федорович, если бы вы знали, как она меня беспокоит!
Но это потом. Это хоть и самое главное, но это потом. Милый Алексей
Федорович, я вам доверяю мою Лизу вполне. После смерти старца Зосимы --
упокой господи его душу! (она перекрестилась), после него я смотрю на вас
как на схимника, хотя вы и премило носите ваш новый костюм. Где это вы
достали здесь такого портного? Но нет, нет, это не главное, это потом.
Простите, что я вас называю иногда Алешей, я старуха, мне всђ позволено, --
кокетливо улыбнулась она, -- но это тоже потом. Главное, мне бы не забыть
про главное. -- Пожалуста, напомните мне сами, чуть я заговорюсь, а вы
скажите: "а главное?" Ах, почему я знаю, что теперь главное! -- С тех пор
как Lise взяла у вас назад свое обещание, -- свое детское обещание, Алексей
Федорович, -- выйти за вас замуж, то вы конечно поняли, что всђ это была
лишь детская игривая фантазия больной девочки, долго просидевшей в креслах,
-- слава богу, она теперь уже ходит. Этот новый доктор, которого Катя
выписала из Москвы для этого несчастного вашего брата, которого завтра...
Ну что об завтрашнем! Я умираю от одной мысли об завтрашнем! Главное же от
любопытства... Одним словом, этот доктор вчера был у нас и видел Lise... Я
ему пятьдесят рублей за визит заплатила. Но это всђ не то, опять не то...
Видите, я уж совсем теперь сбилась. Я тороплюсь. Почему я тороплюсь? Я не
знаю. Я ужасно перестаю теперь знать. Для меня всђ смешалось в какой-то
комок. Я боюсь, что вы возьмете и выпрыгнете от меня от скуки, и я вас
только и видела. Ах, боже мой! чт[OA
утешениям очень мало поверила, но и то уж было ей хорошо, что хоть горе
сорвала, высказалась. Жалко ему было оставлять ее в таком состоянии, но он
спешил. Предстояло ему еще много дела.
II. БОЛЬНАЯ НОЖКА.
Первое из этих дел было в доме г-жи Хохлаковой, и он поспешил туда, чтобы
покончить там поскорее и не опоздать к Мите. Г-жа Хохлакова уже три недели
как прихварывала: у ней отчего-то вспухла нога, и она хоть не лежала в
постели, но всђ равно, днем, в привлекательном, но пристойном дезабилье
полулежала у себя в будуаре на кушетке. Алеша как-то раз заметил про себя с
невинною усмешкой, что г-жа Хохлакова, несмотря на болезнь свою, стала
почти щеголять: явились какие-то наколочки, бантики, распашеночки, и он
смекал почему это так, хотя и гнал эти мысли как праздные. В последние два
месяца г-жу Хохлакову стал посещать, между прочими ее гостями, молодой
человек Перхотин. Алеша не заходил уже дня четыре, и, войдя в дом, поспешил
было прямо пройти к Лизе, ибо у ней и было его дело, так как Лиза еще вчера
прислала к нему девушку с настоятельною просьбой немедленно к ней придти
"по очень важному обстоятельству", что, по некоторым причинам,
заинтересовало Алешу. Но пока девушка ходила к Лизе докладывать, г-жа
Хохлакова уже узнала от кого-то о его прибытии и немедленно прислала
попросить его к себе "на одну только минутку". Алеша рассудил, что лучше уж
удовлетворить сперва просьбу мамаши, ибо та будет поминутно посылать к
Лизе, пока он будет у той сидеть. Г-жа Хохлакова лежала на кушетке, как-то
особенно празднично одетая и видимо в чрезвычайном нервическом возбуждении.
Алешу встретила криками восторга.
-- Век[AACUTE], век[AACUTE], целые век[AACUTE] не видала вас! Целую неделю,
помилуйте, ах, впрочем вы были всего четыре дня назад, в среду. Вы к Lise,
я уверена, что вы хотели пройти к ней прямо на цыпочках, чтоб я не слыхала.
Милый, милый Алексей, Федорович, если бы вы знали, как она меня беспокоит!
Но это потом. Это хоть и самое главное, но это потом. Милый Алексей
Федорович, я вам доверяю мою Лизу вполне. После смерти старца Зосимы --
упокой господи его душу! (она перекрестилась), после него я смотрю на вас
как на схимника, хотя вы и премило носите ваш новый костюм. Где это вы
достали здесь такого портного? Но нет, нет, это не главное, это потом.
Простите, что я вас называю иногда Алешей, я старуха, мне всђ позволено, --
кокетливо улыбнулась она, -- но это тоже потом. Главное, мне бы не забыть
про главное. -- Пожалуста, напомните мне сами, чуть я заговорюсь, а вы
скажите: "а главное?" Ах, почему я знаю, что теперь главное! -- С тех пор
как Lise взяла у вас назад свое обещание, -- свое детское обещание, Алексей
Федорович, -- выйти за вас замуж, то вы конечно поняли, что всђ это была
лишь детская игривая фантазия больной девочки, долго просидевшей в креслах,
-- слава богу, она теперь уже ходит. Этот новый доктор, которого Катя
выписала из Москвы для этого несчастного вашего брата, которого завтра...
Ну что об завтрашнем! Я умираю от одной мысли об завтрашнем! Главное же от
любопытства... Одним словом, этот доктор вчера был у нас и видел Lise... Я
ему пятьдесят рублей за визит заплатила. Но это всђ не то, опять не то...
Видите, я уж совсем теперь сбилась. Я тороплюсь. Почему я тороплюсь? Я не
знаю. Я ужасно перестаю теперь знать. Для меня всђ смешалось в какой-то
комок. Я боюсь, что вы возьмете и выпрыгнете от меня от скуки, и я вас
только и видела. Ах, боже мой! чт[OA