ки. Но тут вышло совсем наоборот: князь оказался в дураки такой силы,
как... как профессор; играл мастерски; уж Аглая и плутовала, и карты
подменяла, и в глазах у него же взятки воровала, а все-таки он каждый раз
оставлял ее в дурах; раз пять сряду. Аглая взбесилась ужасно, даже совсем
забылась; наговорила князю таких колкостей и дерзостей, что он уже перестал
и смеяться, и совсем побледнел, когда она сказала ему наконец, что "нога ее
не будет в этой комнате, пока он тут будет сидеть, и что даже бессовестно с
его стороны к ним ходить, да еще по ночам, в первом часу, после всего, что
случилось. Затем хлопнула дверью и вышла. Князь ушел как с похорон, несмотря
на все их утешения. Вдруг, четверть часа спустя как ушел князь, Аглая
сбежала сверху на террасу и с такою поспешностью, что даже глаз не вытерла,
а глаза у ней были заплаканы; сбежала же потому, что пришел Коля и принес
ежа. Все они стали смотреть ежа; да вопросы их Коля объяснил, что еж не его,
а что он идет теперь вместе с товарищем, другим гимназистом, Костей
Лебедевым, который остался на улице и стыдится войти, потому что несет
топор; что и ежа, и топор они купили сейчас у встречного мужика. Ежа мужик
продавал и взял за него пятьдесят копеек, а топор они уже сами уговорили его
продать, потому что кстати, да и очень уж хороший топор. Тут вдруг Аглая
начала ужасно приставать к Коле, чтоб он ей сейчас же продал ежа, из себя
выходила, даже "милым" назвала Колю. Коля долго не соглашался, но наконец не
выдержал и позвал Костю Лебедева, который действительно вошел с топором и
очень сконфузился. Но тут вдруг оказалось, что еж вовсе не их, а принадлежит
какому-то третьему мальчику, Петрову, который дал им обоим денег, чтобы
купили ему у какого-то четвертого мальчика историю Шлоссера, которую тот,
нуждаясь в деньгах, выгодно продавал; что они пошли покупать Историю
Шлоссера, но не утерпели и купили ежа, так что, стало быть, и еж, и топор
принадлежат тому третьему мальчику, которому они их теперь и несут, вместо
Истории Шлоссера. Но Аглая так приставала, что, наконец, решились и продали
ей ежа. Как только Аглая получила ежа, тотчас же уложила его с помощию Коли
в плетеную корзинку, накрыла салфеткой и стала просить Колю, чтобы он сейчас
же, и никуда не заходя, отнес ежа к князю, от ее имени, с просьбой принять в
"знак глубочайшего ее уважения". Коля с радостию согласился и дал слово, что
доставит, но стал немедленно приставать: "Что означает еж и подобный
подарок?" Аглая отвечала ему, что не его дело. Он отвечал, что, убежден, тут
заключается аллегория. Аглая рассердилась и отрезала ему, что он мальчишка и
больше ничего. Коля тотчас же возразил ей, что если б он не уважал в ней
женщину, и сверх того свои убеждения, то немедленно доказал бы ей, что умеет
ответить на подобное оскорбление. Кончилось, впрочем, тем, что Коля все-таки
с восторгом пошел относить ежа, а за ним бежал и Костя Лебедев; Аглая не
вытерпела и, видя, что Коля слишком махает корзинкой, закричала ему вслед с
террасы: "Пожалуста, Коля, не выроните, голубчик!" точно с ним и не
бранилась сейчас; Коля остановился и тоже, точно и не бранился, закричал с
величайшею готовностью: "Нет, не выроню, Аглая Ивановна. Будьте совершенно
покойны!" и побежал опять сломя голову. Аглая после того расхохоталась
ужасно и побежала к себе чрезвычайна довольная, и весь день потом была оче
как... как профессор; играл мастерски; уж Аглая и плутовала, и карты
подменяла, и в глазах у него же взятки воровала, а все-таки он каждый раз
оставлял ее в дурах; раз пять сряду. Аглая взбесилась ужасно, даже совсем
забылась; наговорила князю таких колкостей и дерзостей, что он уже перестал
и смеяться, и совсем побледнел, когда она сказала ему наконец, что "нога ее
не будет в этой комнате, пока он тут будет сидеть, и что даже бессовестно с
его стороны к ним ходить, да еще по ночам, в первом часу, после всего, что
случилось. Затем хлопнула дверью и вышла. Князь ушел как с похорон, несмотря
на все их утешения. Вдруг, четверть часа спустя как ушел князь, Аглая
сбежала сверху на террасу и с такою поспешностью, что даже глаз не вытерла,
а глаза у ней были заплаканы; сбежала же потому, что пришел Коля и принес
ежа. Все они стали смотреть ежа; да вопросы их Коля объяснил, что еж не его,
а что он идет теперь вместе с товарищем, другим гимназистом, Костей
Лебедевым, который остался на улице и стыдится войти, потому что несет
топор; что и ежа, и топор они купили сейчас у встречного мужика. Ежа мужик
продавал и взял за него пятьдесят копеек, а топор они уже сами уговорили его
продать, потому что кстати, да и очень уж хороший топор. Тут вдруг Аглая
начала ужасно приставать к Коле, чтоб он ей сейчас же продал ежа, из себя
выходила, даже "милым" назвала Колю. Коля долго не соглашался, но наконец не
выдержал и позвал Костю Лебедева, который действительно вошел с топором и
очень сконфузился. Но тут вдруг оказалось, что еж вовсе не их, а принадлежит
какому-то третьему мальчику, Петрову, который дал им обоим денег, чтобы
купили ему у какого-то четвертого мальчика историю Шлоссера, которую тот,
нуждаясь в деньгах, выгодно продавал; что они пошли покупать Историю
Шлоссера, но не утерпели и купили ежа, так что, стало быть, и еж, и топор
принадлежат тому третьему мальчику, которому они их теперь и несут, вместо
Истории Шлоссера. Но Аглая так приставала, что, наконец, решились и продали
ей ежа. Как только Аглая получила ежа, тотчас же уложила его с помощию Коли
в плетеную корзинку, накрыла салфеткой и стала просить Колю, чтобы он сейчас
же, и никуда не заходя, отнес ежа к князю, от ее имени, с просьбой принять в
"знак глубочайшего ее уважения". Коля с радостию согласился и дал слово, что
доставит, но стал немедленно приставать: "Что означает еж и подобный
подарок?" Аглая отвечала ему, что не его дело. Он отвечал, что, убежден, тут
заключается аллегория. Аглая рассердилась и отрезала ему, что он мальчишка и
больше ничего. Коля тотчас же возразил ей, что если б он не уважал в ней
женщину, и сверх того свои убеждения, то немедленно доказал бы ей, что умеет
ответить на подобное оскорбление. Кончилось, впрочем, тем, что Коля все-таки
с восторгом пошел относить ежа, а за ним бежал и Костя Лебедев; Аглая не
вытерпела и, видя, что Коля слишком махает корзинкой, закричала ему вслед с
террасы: "Пожалуста, Коля, не выроните, голубчик!" точно с ним и не
бранилась сейчас; Коля остановился и тоже, точно и не бранился, закричал с
величайшею готовностью: "Нет, не выроню, Аглая Ивановна. Будьте совершенно
покойны!" и побежал опять сломя голову. Аглая после того расхохоталась
ужасно и побежала к себе чрезвычайна довольная, и весь день потом была оче