. Он тоскует и вздыхает по красноречию;
припоминает Тьера, Гизо, Одилона Барро. То-то красноречия-то было тогда,
говорит он иногда про себя и начинает задумываться. Наполеон III это понял,
тотчас же порешил, что Jасques Воnhomme не должен задумываться, и
мало-помалу завел красноречие. Для сей цели в законодательном корпусе
содержится шесть либеральных депутатов, шесть постоянных, неизменных
настоящих либеральных депутатов, то есть таких, что, может быть, их и не
подкупишь, если начать подкупать, и, однако ж, их все-таки шесть, - шесть
было, шесть есть и шесть только и останется. Больше не прибудет, будьте
покойны, да и не убудет тоже. И это прехитрая штука на первый взгляд.
Дело-то, однако ж, гораздо проще в действительности и обходится при помощи
suffrage universel. Разумеется, чтоб они очень-то не заговаривались,
приняты все надлежащие меры. Но поболтать позволяется. Ежегодно в нужное
время обсуживаются важнейшие государственные вопросы, и парижанин сладко
волнуется. Он знает, что будет красноречие, и рад. Разумеется, он очень
хорошо знает, что будет только одно красноречие и больше ничего, что будут
слова, слова и слова и что из слов этих решительно ничего не выйдет. Но он
и этим очень, очень доволен. И сам, первый, находит все это чрезвычайно
благоразумным. Речи некоторых из этих шести представителей пользуются
особенною популярностью. И представитель всегда готов говорить речи для
увеселения публики. Странное дело: ведь и сам он совершенно уверен, что из
речей его ничего не выйдет, что все это только одна шутка, шутка и больше
ничего, невинная игра, маскарад, а между тем говорит, несколько лет сряду
говорит, и прекрасно говорит, даже с большим удовольствием. И у всех
членов, которые слушают его, даже слюнки текут от удовольствия. "Хорошо
говорит человек!" - и у президента и у всей Франции слюнки текут. Но вот
представитель кончил, а затем встает и гувернер сих милых и благонравных
детей. Он торжественно объявляет, что сочинение на заданную тему "Восход
Солнца" было отлично развито и обработано почтенным представителем. Мы
удивлялись таланту почтенного оратора, говорит он, его мыслям и
благонравному поведению, выраженному в этих мыслях, мы наслаждались все,
все... Но хотя почтенный член и вполне заслужил в награду книжку с
надписью: "За благонравие и успехи в науках", несмотря на то, господа, речь
почтенного представителя по некоторым высшим соображениям никуда не
годится. Надеюсь, господа, что вы совершенно со мною согласны. Тут он
обращается ко всем представителям, и взгляд его начинает сверкать
строгостью. Представители, у которых текли слюнки, немедленно с неистовым
восторгом рукоплещут гувернеру, а между тем тут же благодарят и трогательно
жмут руки и либеральному представителю за доставленное удовольствие, просят
доставить им это либеральное удовольствие с позволения гувернера и к
следующему разу. Гувернер благосклонно позволяет; сочинитель описания на
"Восход солнца" удаляется, гордый своим успехом, представители удаляются,
облизываясь, в недра своих семейств и вечером от радости гуляют под ручку с
эпузами в Палерояле, прислушиваясь к плеску струй благодетельных
фонтанчиков, а гувернер, отрапортовав кому следует обо всем, объявляет всей
Франции, что все обстоит благополучно.
Иногда впрочем, когда начинаются дела поважнее, заводят и игру
поважнее. В одно из собраний приводят самого принца Наполеона. Принц
Наполеон вдруг начинает делать оппозицию, к совершенному испугу всех
припоминает Тьера, Гизо, Одилона Барро. То-то красноречия-то было тогда,
говорит он иногда про себя и начинает задумываться. Наполеон III это понял,
тотчас же порешил, что Jасques Воnhomme не должен задумываться, и
мало-помалу завел красноречие. Для сей цели в законодательном корпусе
содержится шесть либеральных депутатов, шесть постоянных, неизменных
настоящих либеральных депутатов, то есть таких, что, может быть, их и не
подкупишь, если начать подкупать, и, однако ж, их все-таки шесть, - шесть
было, шесть есть и шесть только и останется. Больше не прибудет, будьте
покойны, да и не убудет тоже. И это прехитрая штука на первый взгляд.
Дело-то, однако ж, гораздо проще в действительности и обходится при помощи
suffrage universel. Разумеется, чтоб они очень-то не заговаривались,
приняты все надлежащие меры. Но поболтать позволяется. Ежегодно в нужное
время обсуживаются важнейшие государственные вопросы, и парижанин сладко
волнуется. Он знает, что будет красноречие, и рад. Разумеется, он очень
хорошо знает, что будет только одно красноречие и больше ничего, что будут
слова, слова и слова и что из слов этих решительно ничего не выйдет. Но он
и этим очень, очень доволен. И сам, первый, находит все это чрезвычайно
благоразумным. Речи некоторых из этих шести представителей пользуются
особенною популярностью. И представитель всегда готов говорить речи для
увеселения публики. Странное дело: ведь и сам он совершенно уверен, что из
речей его ничего не выйдет, что все это только одна шутка, шутка и больше
ничего, невинная игра, маскарад, а между тем говорит, несколько лет сряду
говорит, и прекрасно говорит, даже с большим удовольствием. И у всех
членов, которые слушают его, даже слюнки текут от удовольствия. "Хорошо
говорит человек!" - и у президента и у всей Франции слюнки текут. Но вот
представитель кончил, а затем встает и гувернер сих милых и благонравных
детей. Он торжественно объявляет, что сочинение на заданную тему "Восход
Солнца" было отлично развито и обработано почтенным представителем. Мы
удивлялись таланту почтенного оратора, говорит он, его мыслям и
благонравному поведению, выраженному в этих мыслях, мы наслаждались все,
все... Но хотя почтенный член и вполне заслужил в награду книжку с
надписью: "За благонравие и успехи в науках", несмотря на то, господа, речь
почтенного представителя по некоторым высшим соображениям никуда не
годится. Надеюсь, господа, что вы совершенно со мною согласны. Тут он
обращается ко всем представителям, и взгляд его начинает сверкать
строгостью. Представители, у которых текли слюнки, немедленно с неистовым
восторгом рукоплещут гувернеру, а между тем тут же благодарят и трогательно
жмут руки и либеральному представителю за доставленное удовольствие, просят
доставить им это либеральное удовольствие с позволения гувернера и к
следующему разу. Гувернер благосклонно позволяет; сочинитель описания на
"Восход солнца" удаляется, гордый своим успехом, представители удаляются,
облизываясь, в недра своих семейств и вечером от радости гуляют под ручку с
эпузами в Палерояле, прислушиваясь к плеску струй благодетельных
фонтанчиков, а гувернер, отрапортовав кому следует обо всем, объявляет всей
Франции, что все обстоит благополучно.
Иногда впрочем, когда начинаются дела поважнее, заводят и игру
поважнее. В одно из собраний приводят самого принца Наполеона. Принц
Наполеон вдруг начинает делать оппозицию, к совершенному испугу всех