, крайнего
щегольства и фешени. Вероятно, когда-нибудь еще в детстве, будучи дворовым,
босоногим мальчишкой, случилось ему увидать красиво одетого барина с
тросточкой и плениться его уменьем вертеть ею, и вот впечатление навеки и
неизгладимо осталось в душе его, так что теперь, в тридцать лет от роду,
припомнилось все, как было, для полного пленения и прельщения всего
острога. Нецветаев был до того углублен в свое занятие, что уж и не смотрел
ни на кого и никуда, даже говорил, не подымая глаз, и только и делал, что
следил за своей тросточкой и за ее кончиком. Благодетельная помещица была
тоже в своем роде чрезвычайно замечательна: она явилась в старом,
изношенном кисейном платье, смотревшим настоящей тряпкой, с голыми руками и
шеей, страшно набеленным и нарумяненным лицом, в спальном коленкоровом
чепчике, подвязанном у подбородка, с зонтиком в одной руке и с веером из
разрисованной бумаги в другой, которым она беспрерывно обмахивалась. Залп
хохоту встретил барыню; да и сама барыня не выдержала и несколько раз
принималась хохотать. Играл барыню арестант Иванов. Сироткин, переодетый
девушкой, был очень мил. Куплеты тоже сошли хорошо. Одним словом, пьеса
кончилась к самому полному и всеобщему удовольствию. Критики не было, да и
быть не могло.
Проиграли еще раз увертюру "Сени, мои сени", и вновь поднялась
занавесь. Это Кедрил. Кедрил что-то вроде Дон-Жуана; по крайней мере и
барина и слугу черти под конец пьесы уносят в ад. Давался целый акт, но
это, видно, отрывок; начало и конец затеряны. Толку и смыслу нет ни
малейшего. Действие происходит в России, где-то на постоялом дворе.
Трактирщик вводит в комнату барина в шинели и в исковерканной шляпе. За ним
идет его слуга Кедрил с чемоданом и с завернутой в синюю бумагу курицей.
Кедрил в полушубке и в лакейском картузе. Он-то и есть обжора. Играет его
арестант Поцейкин, соперник Баклушина; барина играет тот же Иванов, что
играл в первой пьесе благодетельную помещицу. Трактирщик, Нецветаев,
предуведомляет, что в комнате водятся черти, и скрывается. Барин, мрачный и
озабоченный, бормочет про себя, что он это давно знал, и велит Кедрилу
разложить вещи и приготовить ужин. Кедрил трус и обжора. Услышав о чертях,
он бледнеет и дрожит как лист. Он бы убежал, но трусит барина. Да, сверх
того, ему и есть хочется. Он сластолюбив, глуп, хитер по-своему, трус,
надувает барина на каждом шагу и в то же время боится его. Это
замечательный тип слуги, в котором как-то неясно и отдаленно сказываются
черты Лепорелло, и действительно замечательно переданный. Поцейкин с
решительным талантом, и, на мой взгляд, актер еще лучше Баклушина. Я,
разумеется, встретясь на другой день с Баклушиным, не высказал ему своего
мнения вполне: я бы слишком огорчил его. Арестант, игравший барина, сыграл
тоже недурно. Вздор он нес ужаснейший, ни на что не похожий; но дикция была
правильная, бойкая, жест соответственный. Покамест Кедрил возится с
чемоданами, барин ходит в раздумье по сцене и объявляет во всеуслышание,
что в нынешний вечер конец его странствованиям. Кедрил любопытно
прислушивается, гримасничает, говорит a parte4 и смешит с каждым словом
зрителей. Ему не жаль барина; но он слышал о чертях; ему хочется узнать,
что это такое, и вот он вступает в разговоры и в расспросы. Барин наконец
объявляет ему, что когда-то в какой-то беде он обратился к помощи ада и
черти помогли ему, выручили; но что сегодня срок и, может быть, сегодня же
они придут, по условию, за душой его. Ке
щегольства и фешени. Вероятно, когда-нибудь еще в детстве, будучи дворовым,
босоногим мальчишкой, случилось ему увидать красиво одетого барина с
тросточкой и плениться его уменьем вертеть ею, и вот впечатление навеки и
неизгладимо осталось в душе его, так что теперь, в тридцать лет от роду,
припомнилось все, как было, для полного пленения и прельщения всего
острога. Нецветаев был до того углублен в свое занятие, что уж и не смотрел
ни на кого и никуда, даже говорил, не подымая глаз, и только и делал, что
следил за своей тросточкой и за ее кончиком. Благодетельная помещица была
тоже в своем роде чрезвычайно замечательна: она явилась в старом,
изношенном кисейном платье, смотревшим настоящей тряпкой, с голыми руками и
шеей, страшно набеленным и нарумяненным лицом, в спальном коленкоровом
чепчике, подвязанном у подбородка, с зонтиком в одной руке и с веером из
разрисованной бумаги в другой, которым она беспрерывно обмахивалась. Залп
хохоту встретил барыню; да и сама барыня не выдержала и несколько раз
принималась хохотать. Играл барыню арестант Иванов. Сироткин, переодетый
девушкой, был очень мил. Куплеты тоже сошли хорошо. Одним словом, пьеса
кончилась к самому полному и всеобщему удовольствию. Критики не было, да и
быть не могло.
Проиграли еще раз увертюру "Сени, мои сени", и вновь поднялась
занавесь. Это Кедрил. Кедрил что-то вроде Дон-Жуана; по крайней мере и
барина и слугу черти под конец пьесы уносят в ад. Давался целый акт, но
это, видно, отрывок; начало и конец затеряны. Толку и смыслу нет ни
малейшего. Действие происходит в России, где-то на постоялом дворе.
Трактирщик вводит в комнату барина в шинели и в исковерканной шляпе. За ним
идет его слуга Кедрил с чемоданом и с завернутой в синюю бумагу курицей.
Кедрил в полушубке и в лакейском картузе. Он-то и есть обжора. Играет его
арестант Поцейкин, соперник Баклушина; барина играет тот же Иванов, что
играл в первой пьесе благодетельную помещицу. Трактирщик, Нецветаев,
предуведомляет, что в комнате водятся черти, и скрывается. Барин, мрачный и
озабоченный, бормочет про себя, что он это давно знал, и велит Кедрилу
разложить вещи и приготовить ужин. Кедрил трус и обжора. Услышав о чертях,
он бледнеет и дрожит как лист. Он бы убежал, но трусит барина. Да, сверх
того, ему и есть хочется. Он сластолюбив, глуп, хитер по-своему, трус,
надувает барина на каждом шагу и в то же время боится его. Это
замечательный тип слуги, в котором как-то неясно и отдаленно сказываются
черты Лепорелло, и действительно замечательно переданный. Поцейкин с
решительным талантом, и, на мой взгляд, актер еще лучше Баклушина. Я,
разумеется, встретясь на другой день с Баклушиным, не высказал ему своего
мнения вполне: я бы слишком огорчил его. Арестант, игравший барина, сыграл
тоже недурно. Вздор он нес ужаснейший, ни на что не похожий; но дикция была
правильная, бойкая, жест соответственный. Покамест Кедрил возится с
чемоданами, барин ходит в раздумье по сцене и объявляет во всеуслышание,
что в нынешний вечер конец его странствованиям. Кедрил любопытно
прислушивается, гримасничает, говорит a parte4 и смешит с каждым словом
зрителей. Ему не жаль барина; но он слышал о чертях; ему хочется узнать,
что это такое, и вот он вступает в разговоры и в расспросы. Барин наконец
объявляет ему, что когда-то в какой-то беде он обратился к помощи ада и
черти помогли ему, выручили; но что сегодня срок и, может быть, сегодня же
они придут, по условию, за душой его. Ке