мог ожидать наследства, - умерла, похоронив, ровно
за месяц до своей смерти, своего законного наследника. Князь, совершенно
неожиданно, сделался ее законным наследником. Четыре тысячи душ велико-
лепнейшего имения, ровно в шестидесяти верстах от Мордасова, достались
ему одному, безраздельно. Он немедленно собрался для окончания своих дел
в Петербург. Провожая своего гостя, наши дамы дали ему великолепный
обед, по подписке. Помнят, что князь был очаровательно весел на этом
последнем обеде, каламбурил, смешил, рассказывал самые необыкновенные
анекдоты, обещался как можно скорее приехать в Духаново (свое новоприоб-
ретенное имение) и давал слово, что по возвращении у него будут беспре-
рывные праздники, пикники, балы, фейерверки. Целый год после его отъезда
дамы толковали об этих обещанных праздниках, ожидая своего милого ста-
ричка с ужасным нетерпением. В ожидании же составлялись даже поездки в
Духаново, где был старинный барский дом и сад, с выстриженными из акаций
львами, с насыпными курганами, с прудами, по которым ходили лодки с де-
ревянными турками, игравшими на свирелях, с беседками, с павильонами, с
монплезирами и другими затеями.
Наконец князь воротился, но, к всеобщему удивлению и разочарованию,
даже и не заехал в Мордасов, а поселился в своем Духанове совершенным
затворником. Распространились странные слухи, и вообще с этой эпохи ис-
тория князя становится туманною и фантастическою. Во-первых, рассказыва-
ли, что в Петербурге ему не совсем удалось, что некоторые из его
родственников, будущие наследники, хотели, по слабоумию князя, выхлопо-
тать над ним какую-то опеку, вероятно, из боязни, что он опять все про-
мотает. Мало того: иные прибавляли, что его хотели даже посадить в су-
масшедший дом, но что какой-то из его родственников, один важный барин,
будто бы за него заступился, доказав ясно всем прочим, что бедный князь,
вполовину умерший и поддельный, вероятно, скоро и весь умрет, и тогда
имение достанется им и без сумасшедшего дома. Повторяю опять: мало ли
чего не наскажут, особенно у нас в Мордасове? Все это, как рассказывали,
ужасно испугало князя, до того, что он совершенно изменился характером и
обратился в затворника. Некоторые из мордасовцев из любопытства поехали
к нему с поздравлениямии, но - или не были приняты, или приняты чрезвы-
чайно странным образом. Князь даже не узнавал своих прежних знакомых.
Утверждали, что он и не хотел узнавать. Посетил его и губернатор.
Он воротился с известием, что, по его мнению, князь действительно
немного помешан, и всегда потом делал кислую мину при воспоминании о
своей поездке в Духаново. Дамы громко негодовали. Узнали наконец одну
капитальную вещь, именно: что князем овладела какая-то неизвестная Сте-
панида Матвеевна, бог знает какая женщина, приехавшая с ним из Петербур-
га, пожилая и толстая, которая ходит в ситцевых платьях и с ключами в
руках; что князь слушается ее во всем как ребенок и не смеет ступить ша-
гу без ее позволения; что она даже моет его своими руками; балует его,
носит и тешит как ребенка; что, наконец, она-то и отдаляет от него всех
посетителей, и в особенности родственников, которые начали было понемно-
гу заезжать в Духаново, для разведок. В Мордасове много рассуждали об
этой непонятной связи, особенно дамы. Ко всему этому прибавляли, что
Степанида Матвеевна управляет всем имением князя безгранично и самов-
ластно; отре
за месяц до своей смерти, своего законного наследника. Князь, совершенно
неожиданно, сделался ее законным наследником. Четыре тысячи душ велико-
лепнейшего имения, ровно в шестидесяти верстах от Мордасова, достались
ему одному, безраздельно. Он немедленно собрался для окончания своих дел
в Петербург. Провожая своего гостя, наши дамы дали ему великолепный
обед, по подписке. Помнят, что князь был очаровательно весел на этом
последнем обеде, каламбурил, смешил, рассказывал самые необыкновенные
анекдоты, обещался как можно скорее приехать в Духаново (свое новоприоб-
ретенное имение) и давал слово, что по возвращении у него будут беспре-
рывные праздники, пикники, балы, фейерверки. Целый год после его отъезда
дамы толковали об этих обещанных праздниках, ожидая своего милого ста-
ричка с ужасным нетерпением. В ожидании же составлялись даже поездки в
Духаново, где был старинный барский дом и сад, с выстриженными из акаций
львами, с насыпными курганами, с прудами, по которым ходили лодки с де-
ревянными турками, игравшими на свирелях, с беседками, с павильонами, с
монплезирами и другими затеями.
Наконец князь воротился, но, к всеобщему удивлению и разочарованию,
даже и не заехал в Мордасов, а поселился в своем Духанове совершенным
затворником. Распространились странные слухи, и вообще с этой эпохи ис-
тория князя становится туманною и фантастическою. Во-первых, рассказыва-
ли, что в Петербурге ему не совсем удалось, что некоторые из его
родственников, будущие наследники, хотели, по слабоумию князя, выхлопо-
тать над ним какую-то опеку, вероятно, из боязни, что он опять все про-
мотает. Мало того: иные прибавляли, что его хотели даже посадить в су-
масшедший дом, но что какой-то из его родственников, один важный барин,
будто бы за него заступился, доказав ясно всем прочим, что бедный князь,
вполовину умерший и поддельный, вероятно, скоро и весь умрет, и тогда
имение достанется им и без сумасшедшего дома. Повторяю опять: мало ли
чего не наскажут, особенно у нас в Мордасове? Все это, как рассказывали,
ужасно испугало князя, до того, что он совершенно изменился характером и
обратился в затворника. Некоторые из мордасовцев из любопытства поехали
к нему с поздравлениямии, но - или не были приняты, или приняты чрезвы-
чайно странным образом. Князь даже не узнавал своих прежних знакомых.
Утверждали, что он и не хотел узнавать. Посетил его и губернатор.
Он воротился с известием, что, по его мнению, князь действительно
немного помешан, и всегда потом делал кислую мину при воспоминании о
своей поездке в Духаново. Дамы громко негодовали. Узнали наконец одну
капитальную вещь, именно: что князем овладела какая-то неизвестная Сте-
панида Матвеевна, бог знает какая женщина, приехавшая с ним из Петербур-
га, пожилая и толстая, которая ходит в ситцевых платьях и с ключами в
руках; что князь слушается ее во всем как ребенок и не смеет ступить ша-
гу без ее позволения; что она даже моет его своими руками; балует его,
носит и тешит как ребенка; что, наконец, она-то и отдаляет от него всех
посетителей, и в особенности родственников, которые начали было понемно-
гу заезжать в Духаново, для разведок. В Мордасове много рассуждали об
этой непонятной связи, особенно дамы. Ко всему этому прибавляли, что
Степанида Матвеевна управляет всем имением князя безгранично и самов-
ластно; отре