один Голядкин. - Ведь я его нанял же на вечер, ведь я,
того... в своем праве теперь... вот оно как! на вечер нанял, так и дело с
концом. Хоть и так простоишь, все равно. Все в моей воле. Воле'н ехать и
воле'н не ехать. И что вот здесь за дровами стою, так и это совсем
ничего... и не смеешь ничего говорить; дескать, барину хочется за дровами
стоять, вот он и стоит за дровами... и чести ничьей не марает, - вот оно
как! Вот оно как, сударыня вы моя, если только это вам хочется знать. А в
хижине, сударыня вы моя, дескать, так и так, в наш век никто не живет. Оно
вот что! А без благонравия в наш промышленный век, сударыня вы моя, не
возьмешь, чему сами теперь служите пагубным примером... Дескать, повытчиком
нужно служить и в хижине жить, на морском берегу. Во-первых, сударыня вы
моя, на морских берегах нет повытчиков, а во-вторых, и достать его нам с
вами нелезя, повытчика-то. Ибо, положим, примерно сказать, вот я просьбу
подаю, являюсь - дескать, так и так, в повытчики, дескать, того... и от
врага защитите... а вам скажут, сударыня, дескать, того... повытчиков
много, и что вы здесь не у эмигрантки Фальбала', где вы благонравию
учились, чему сами служите пагубным примером. Благонравие же, сударыня,
значит дома сидеть, отца уважать и не думать о женишках прежде времени.
Женишки же, сударыня, в свое время найдутся, - вот оно как! Конечно, разным
талантам, бесспорно, нужно уметь, как-то: на фортепьянах иногда поиграть,
по-французски говорить, истории, географии, закону божию и арифметике, -
вот оно как! - а больше не нужно. К тому же и кухня; непременно в область
ве'дения всякой благонравной девицы должна входить кухня! А то что тут?
во-первых, красавица вы моя, милостивая моя государыня, вас не пустят, а
пустят за вами погоню, и потом под сюркуп, в монастырь. Тогда что, сударыня
вы моя? тогда мне-то что делать прикажете? прикажете мне, сударыня вы моя,
следуя некоторым глупым романам, на ближний холм приходить и таять в
слезах, смотря на хладные стены вашего заключения, и, наконец, умереть,
следуя привычке некоторых скверных немецких поэтов и романистов, так ли,
сударыня? Да, во-первых, позвольте сказать вам по-дружески, что дела так не
делаются, а во-вторых, и вас, да и родителей-то ваших посек бы препорядочно
за то, что французские-то книжки вам давали читать; ибо французские книжки
добру не научат. Там яд... яд тлетворный, сударыня вы моя! Или вы думаете,
позвольте спросить вас, или вы думаете, что, дескать, так и так, убежим
безнаказанно, да и того.. дескать, хижинку вам на берегу моря; да и
ворковать начнем и об чувствах разных рассуждать, да так и всю жизнь
проведем, в довольстве и счастии; да потом заведется птенец, так мы и
того... дескать, так и так, родитель наш и статский советник, Олсуфий
Иванович, вот, дескать, птенец завелся, так вы по сему удобному случаю
снимите проклятие да благословите чету? Нет, сударыня, и опять-таки такие
дела так не делаются, и первое дело то, что воркования не будет, не
извольте надеяться. Нынче муж, сударыня вы моя, господин, и добрая,
благовоспитанная жена должна во всем угождать ему. А нежностей, сударыня,
нынче не любят, в наш промышленный век; дескать, прошли времена Жан-Жака
Руссо. Муж, например, нынче приходит голодный из должности, - дескать,
душенька, нет ли чего закусить, водочки выпить, селедочки съесть? так у
вас, сударыня, должны быть сейчас наготове и водочка, и селедочка. Муж
закусит себе с аппетитом, да на вас и не взглянет, а скажет; поди-тк
того... в своем праве теперь... вот оно как! на вечер нанял, так и дело с
концом. Хоть и так простоишь, все равно. Все в моей воле. Воле'н ехать и
воле'н не ехать. И что вот здесь за дровами стою, так и это совсем
ничего... и не смеешь ничего говорить; дескать, барину хочется за дровами
стоять, вот он и стоит за дровами... и чести ничьей не марает, - вот оно
как! Вот оно как, сударыня вы моя, если только это вам хочется знать. А в
хижине, сударыня вы моя, дескать, так и так, в наш век никто не живет. Оно
вот что! А без благонравия в наш промышленный век, сударыня вы моя, не
возьмешь, чему сами теперь служите пагубным примером... Дескать, повытчиком
нужно служить и в хижине жить, на морском берегу. Во-первых, сударыня вы
моя, на морских берегах нет повытчиков, а во-вторых, и достать его нам с
вами нелезя, повытчика-то. Ибо, положим, примерно сказать, вот я просьбу
подаю, являюсь - дескать, так и так, в повытчики, дескать, того... и от
врага защитите... а вам скажут, сударыня, дескать, того... повытчиков
много, и что вы здесь не у эмигрантки Фальбала', где вы благонравию
учились, чему сами служите пагубным примером. Благонравие же, сударыня,
значит дома сидеть, отца уважать и не думать о женишках прежде времени.
Женишки же, сударыня, в свое время найдутся, - вот оно как! Конечно, разным
талантам, бесспорно, нужно уметь, как-то: на фортепьянах иногда поиграть,
по-французски говорить, истории, географии, закону божию и арифметике, -
вот оно как! - а больше не нужно. К тому же и кухня; непременно в область
ве'дения всякой благонравной девицы должна входить кухня! А то что тут?
во-первых, красавица вы моя, милостивая моя государыня, вас не пустят, а
пустят за вами погоню, и потом под сюркуп, в монастырь. Тогда что, сударыня
вы моя? тогда мне-то что делать прикажете? прикажете мне, сударыня вы моя,
следуя некоторым глупым романам, на ближний холм приходить и таять в
слезах, смотря на хладные стены вашего заключения, и, наконец, умереть,
следуя привычке некоторых скверных немецких поэтов и романистов, так ли,
сударыня? Да, во-первых, позвольте сказать вам по-дружески, что дела так не
делаются, а во-вторых, и вас, да и родителей-то ваших посек бы препорядочно
за то, что французские-то книжки вам давали читать; ибо французские книжки
добру не научат. Там яд... яд тлетворный, сударыня вы моя! Или вы думаете,
позвольте спросить вас, или вы думаете, что, дескать, так и так, убежим
безнаказанно, да и того.. дескать, хижинку вам на берегу моря; да и
ворковать начнем и об чувствах разных рассуждать, да так и всю жизнь
проведем, в довольстве и счастии; да потом заведется птенец, так мы и
того... дескать, так и так, родитель наш и статский советник, Олсуфий
Иванович, вот, дескать, птенец завелся, так вы по сему удобному случаю
снимите проклятие да благословите чету? Нет, сударыня, и опять-таки такие
дела так не делаются, и первое дело то, что воркования не будет, не
извольте надеяться. Нынче муж, сударыня вы моя, господин, и добрая,
благовоспитанная жена должна во всем угождать ему. А нежностей, сударыня,
нынче не любят, в наш промышленный век; дескать, прошли времена Жан-Жака
Руссо. Муж, например, нынче приходит голодный из должности, - дескать,
душенька, нет ли чего закусить, водочки выпить, селедочки съесть? так у
вас, сударыня, должны быть сейчас наготове и водочка, и селедочка. Муж
закусит себе с аппетитом, да на вас и не взглянет, а скажет; поди-тк