угих качествах крупномасштабного государственного деятеля. Есть данные о
наличии у него каких-то серьезных реформаторских идей. Во всяком случае, упоминавшееся его предложение отказаться от строительства социализма в ГДР, впоследствии поставленное ему в вину, уже само по себе свидетельствует и о смелости
и о нестандартности мышления. Претендовал ли Берия на роль преемника Сталина? Здесь мнения расходятся. Одни считают, что его честолюбие не знало границ.
По мнению других, Берия, как политик здравомыслящий, отлично понимал, что
второго кавказца на троне Россия (а СССР — это прежде всего Россия) не потерпит,
и поэтому вполне довольствовался бы вторыми ролями. Как бы то ни было, оснований для участия в антисталинском заговоре у него было более чем достаточно.
Лично у нас очень сильное подозрение, что главой (а может, и душой) заговора
был именно Берия. Во-первых, по своим волевым и лидерским качествам он более
всего для этого подходил. Во-вторых, Берия более других был заинтересован в устранении Сталина, так как его положение, как уже говорилось, было наиболее
угрожающим. И, в-третьих, Берия был совершенно необходим заговорщикам и
даже незаменим как специалист по тайным убийствам. Все они, бесспорно, были
весьма искушены в придворных интригах и заговорах, но технологию физического
устранения людей знал (причем в совершенстве) только Берия, имевший для этого
специальные тайные лаборатории. Да и косвенные признаки лидирующей роли
Берии все-таки имеются. На кого сразу после смерти вождя дружно набросились
его соратники и коллективными усилиями свалили? Именно на Берию. Почему?
Это и психологическая и политическая закономерность — первой жертвой борьбы .1
за наследство обычно падает самый влиятельный и авторитетный, т.е. главный
претендент на власть. Хрущев на первых порах никем всерьез не воспринимался
как преемник Сталина (чему немало способствовала и его репутация придворного
шута), пока он одного за другим не устранит всех своих конкурентов (с той лишь
разницей, что в отличие от сталинских соперников они поплатятся не головами, а
лишь постами). Но первой жертвой придворной борьбы был именно Берия, устраненный, кстати, типично сталинским методом — путем объявления врагом народа
и агентом империалистических разведок. (К счастью для страны, он оказался и
последним «врагом народа», с которым расправились подобным образом.) Все это —
и крайняя поспешность в его устранении, и неразборчивость в средствах, и полное
единодушие всех сталинских соратников — свидетельствует о том, что он рассматривался ими как самый главный и опасный конкурент. А следовательно, и лидером
в антисталинском заговоре вероятнее всего был именно он*.
Теперь о Маленкове. С ним несколько посложней, написано о нем значительно меньше. Почему-то он после отставки превратился в некую фигуру умолчания и на целые десятилетия, вплоть до наступления периода гласности, выпал из поля общественного внимания. Возможно, в какой-то мере этому способствовали скрытность и замкнутость его характера и образа жизни (в отличие, например, от говорливого Хрущева).
* Многих удивляет, как такой человек — бывший многолетний шеф тайной полиции,
десятилетиями успешно обходивший все придворные рифы и устранивший не одного
политического противника, мог элементарно угодить в расставленную ловушку, прозевать такой разветвленный заговор. Однако существует психологическая закономерность —
когда человеку удается избежать какой-то смертельной опасности, то он обязательно н
наличии у него каких-то серьезных реформаторских идей. Во всяком случае, упоминавшееся его предложение отказаться от строительства социализма в ГДР, впоследствии поставленное ему в вину, уже само по себе свидетельствует и о смелости
и о нестандартности мышления. Претендовал ли Берия на роль преемника Сталина? Здесь мнения расходятся. Одни считают, что его честолюбие не знало границ.
По мнению других, Берия, как политик здравомыслящий, отлично понимал, что
второго кавказца на троне Россия (а СССР — это прежде всего Россия) не потерпит,
и поэтому вполне довольствовался бы вторыми ролями. Как бы то ни было, оснований для участия в антисталинском заговоре у него было более чем достаточно.
Лично у нас очень сильное подозрение, что главой (а может, и душой) заговора
был именно Берия. Во-первых, по своим волевым и лидерским качествам он более
всего для этого подходил. Во-вторых, Берия более других был заинтересован в устранении Сталина, так как его положение, как уже говорилось, было наиболее
угрожающим. И, в-третьих, Берия был совершенно необходим заговорщикам и
даже незаменим как специалист по тайным убийствам. Все они, бесспорно, были
весьма искушены в придворных интригах и заговорах, но технологию физического
устранения людей знал (причем в совершенстве) только Берия, имевший для этого
специальные тайные лаборатории. Да и косвенные признаки лидирующей роли
Берии все-таки имеются. На кого сразу после смерти вождя дружно набросились
его соратники и коллективными усилиями свалили? Именно на Берию. Почему?
Это и психологическая и политическая закономерность — первой жертвой борьбы .1
за наследство обычно падает самый влиятельный и авторитетный, т.е. главный
претендент на власть. Хрущев на первых порах никем всерьез не воспринимался
как преемник Сталина (чему немало способствовала и его репутация придворного
шута), пока он одного за другим не устранит всех своих конкурентов (с той лишь
разницей, что в отличие от сталинских соперников они поплатятся не головами, а
лишь постами). Но первой жертвой придворной борьбы был именно Берия, устраненный, кстати, типично сталинским методом — путем объявления врагом народа
и агентом империалистических разведок. (К счастью для страны, он оказался и
последним «врагом народа», с которым расправились подобным образом.) Все это —
и крайняя поспешность в его устранении, и неразборчивость в средствах, и полное
единодушие всех сталинских соратников — свидетельствует о том, что он рассматривался ими как самый главный и опасный конкурент. А следовательно, и лидером
в антисталинском заговоре вероятнее всего был именно он*.
Теперь о Маленкове. С ним несколько посложней, написано о нем значительно меньше. Почему-то он после отставки превратился в некую фигуру умолчания и на целые десятилетия, вплоть до наступления периода гласности, выпал из поля общественного внимания. Возможно, в какой-то мере этому способствовали скрытность и замкнутость его характера и образа жизни (в отличие, например, от говорливого Хрущева).
* Многих удивляет, как такой человек — бывший многолетний шеф тайной полиции,
десятилетиями успешно обходивший все придворные рифы и устранивший не одного
политического противника, мог элементарно угодить в расставленную ловушку, прозевать такой разветвленный заговор. Однако существует психологическая закономерность —
когда человеку удается избежать какой-то смертельной опасности, то он обязательно н