ежде всего политическими целями
и интересами, было производным от них.
Даже если предположить, что Сталин решил расправиться со всеми евреями
(допустим, выселить их всех в специально для них созданную автономную область на Дальнем Востоке), то он мог бы сделать это одним движением пальца.
С мировым общественным мнением Сталин и раньше-то особенно не считался,
а теперь, в разгар холодной войны, даже демонстративно его игнорировал. Нет,
дело не в евреях. Не стал бы Сталин только из-за них затевать такую шумиху, не
стал бы палить из пушек по воробьям.
И еще. Вспомним, в каких ситуациях Сталин, сам нерусский, апеллировал
к национальному самосознанию русского народа (забыв о социалистическом
интернационализме)? Правильно, в самых критических. В разгар войны он призвал русский народ (хотя каждый четвертый фронтовик был нерусским: СССР —
страна многонациональная) вдохновляться примером своих великих предков —
Александра Невского, Дмитрия Донского, Козьмы Минина, Дмитрия Пожарского, Александра Суворова, Михаила Кутузова. Что же заставило вождя вновь,
пусть и в гротескной форме, обратиться к национальному чувству русских? И
вообще, что побудило Сталина к столь массированной идеологической обработке всего населения?
Диктовала ли это внутренняя обстановка? Ни в малейшей мере. Это не
1920-е — 1930-е гг., когда Сталину приходилось вести ожесточенную борьбу за
власть с ленинскими соратниками и в больших количествах требовались вредители и диверсанты. Для поддержания должного порядка вполне достаточно было
тех одиночных выборочных расправ, которые регулярно проводились. Была ли'
такая необходимость перед лицом внешней опасности? Конечно, какой-то риск
был, но в общем-то противная сторона разрабатывала доктрины то сдерживания, то отбрасывания, но никак не внезапного нападения, о чем Сталин не мог
не знать. Остается только одно — он сам готовил какую-то глобальную акцию.
Сталин хотел начать ТРЕТЬЮ МИРОВУЮ ВОЙНУ.
Эту версию выдвигают известный писатель и драматург, а также популярный телевизионный рассказчик Эдвард Радзинский и автор ряда бестселлеров
Виктор Суворов (настоящая фамилия — Резун), профессиональный разведчик,
а затем — перебежчик, заочно приговоренный к смертной казни.
На наш взгляд, эта версия вполне обоснована и позволяет сделать, как минимум, два вывода. Вывод первый. Историческая задача, завещанная коммунистическими пророками, — победа социализма во всемирном масштабе — все еще не
была выполнена. А момент был достаточно удобный. Советский Союз вооружен
до зубов, в том числе атомной бомбой. Накоплен колоссальный военный опыт.
Но сталинским соратникам такие честолюбивые устремления были совершенно чужды. Мечты о Всемирной социалистической республике их меньше
всего занимали. Они были готовы довольствоваться тем, что есть (а может, даже и
меньшим — предлагал же Берия отказаться от ГДР, что потом явилось одним из
пунктов обвинения на его процессе). Дай Бог переварить уже захваченное. И
еще. Как здравомыслящие политики они понимали, что в грядущей термоядерной войне победителей скорее всего не будет. И опять же — эта тенденция блестяще реализуется в дальнейшем. Хрущев открыто откажется от классического
478 100 ВЕЛИКИХ ЗАГАДОК ИСТОРИИ
марксистского постулата — утверждения социализма насильственным, вооруженным путем, и провозгласит принцип мирного сосуществования двух систем.
Какой бы крамолой это ни звучало на первых порах для марксистско-ленинского
уха, этот принцип не только прижился, но
и интересами, было производным от них.
Даже если предположить, что Сталин решил расправиться со всеми евреями
(допустим, выселить их всех в специально для них созданную автономную область на Дальнем Востоке), то он мог бы сделать это одним движением пальца.
С мировым общественным мнением Сталин и раньше-то особенно не считался,
а теперь, в разгар холодной войны, даже демонстративно его игнорировал. Нет,
дело не в евреях. Не стал бы Сталин только из-за них затевать такую шумиху, не
стал бы палить из пушек по воробьям.
И еще. Вспомним, в каких ситуациях Сталин, сам нерусский, апеллировал
к национальному самосознанию русского народа (забыв о социалистическом
интернационализме)? Правильно, в самых критических. В разгар войны он призвал русский народ (хотя каждый четвертый фронтовик был нерусским: СССР —
страна многонациональная) вдохновляться примером своих великих предков —
Александра Невского, Дмитрия Донского, Козьмы Минина, Дмитрия Пожарского, Александра Суворова, Михаила Кутузова. Что же заставило вождя вновь,
пусть и в гротескной форме, обратиться к национальному чувству русских? И
вообще, что побудило Сталина к столь массированной идеологической обработке всего населения?
Диктовала ли это внутренняя обстановка? Ни в малейшей мере. Это не
1920-е — 1930-е гг., когда Сталину приходилось вести ожесточенную борьбу за
власть с ленинскими соратниками и в больших количествах требовались вредители и диверсанты. Для поддержания должного порядка вполне достаточно было
тех одиночных выборочных расправ, которые регулярно проводились. Была ли'
такая необходимость перед лицом внешней опасности? Конечно, какой-то риск
был, но в общем-то противная сторона разрабатывала доктрины то сдерживания, то отбрасывания, но никак не внезапного нападения, о чем Сталин не мог
не знать. Остается только одно — он сам готовил какую-то глобальную акцию.
Сталин хотел начать ТРЕТЬЮ МИРОВУЮ ВОЙНУ.
Эту версию выдвигают известный писатель и драматург, а также популярный телевизионный рассказчик Эдвард Радзинский и автор ряда бестселлеров
Виктор Суворов (настоящая фамилия — Резун), профессиональный разведчик,
а затем — перебежчик, заочно приговоренный к смертной казни.
На наш взгляд, эта версия вполне обоснована и позволяет сделать, как минимум, два вывода. Вывод первый. Историческая задача, завещанная коммунистическими пророками, — победа социализма во всемирном масштабе — все еще не
была выполнена. А момент был достаточно удобный. Советский Союз вооружен
до зубов, в том числе атомной бомбой. Накоплен колоссальный военный опыт.
Но сталинским соратникам такие честолюбивые устремления были совершенно чужды. Мечты о Всемирной социалистической республике их меньше
всего занимали. Они были готовы довольствоваться тем, что есть (а может, даже и
меньшим — предлагал же Берия отказаться от ГДР, что потом явилось одним из
пунктов обвинения на его процессе). Дай Бог переварить уже захваченное. И
еще. Как здравомыслящие политики они понимали, что в грядущей термоядерной войне победителей скорее всего не будет. И опять же — эта тенденция блестяще реализуется в дальнейшем. Хрущев открыто откажется от классического
478 100 ВЕЛИКИХ ЗАГАДОК ИСТОРИИ
марксистского постулата — утверждения социализма насильственным, вооруженным путем, и провозгласит принцип мирного сосуществования двух систем.
Какой бы крамолой это ни звучало на первых порах для марксистско-ленинского
уха, этот принцип не только прижился, но