Мы с Водилой видели, что от зависти и жадности Лысый даже багровыми
пятнами покрылся:
- И сколько же тебе плотют за эту работу?..
- Ты даешь, паря, - сказал мой Водила Лысому. - Кто же теперь такие
вопросы задает?
- Нет, почему же? - мило возразил Алик. - Я свою работу люблю, делать
ее стараюсь толково, и платят мне очень неплохо. Хотя и каждый раз по
разному. Тут учитывается и дальность расстояния, и сложность исполнения, и,
как всегда, сжатые сроки... Словом, любое такое задание слегка попахивает
нашей родной совковой штурмовщинкой. Но главное, конечно - Клиент! Кто он,
что он, сколько стоится. И само собой, срывы там, ошибки - абсолютно
исключены. Иначе я могу вылететь с этой работы так далеко, что лучше об этом
даже не думать... А платят вполне прилично - хватает и на хлеб с маслом, и
на кусок очень хорошей ветчины.
Водила снял меня со стула и посадил к себе на колени. Положил свою
огромную лапищу мне на загривок, и я тут же услышал его вопрос:
"Ты все понял, Кыся?"
"Еще бы! Я это понял, как только он допел твою дурацкую песенку! -
ответил я. - От него же просто несет пистолетом! Неужели ты не чувствуешь на
нем запаха оружия?!"
"Нет, - сказал Водила. - Зато я чувствую все остальное".
"Пожалуйста, спроси его, куда и на чем он едет. Нам нужно исключить
какие-либо сомнения".
- А сейчас куда, Алик? - тут же спросил Водила.
- В Мюнхен.
- На чем?
Алик повернулся к окну, показал пальцем на стоянку легковых автомобилей
и сказал:
- А во-о-он моя "Тойота"... Белый микроавтобусик видишь? Номера -
"эМЦеХа семьдесят четыре - двадцать шесть". Это и есть мой катафалк! - И
Алик весело и внимательно посмотрел на Лысого.
У Лысого самым натуральным образом отвалилась нижняя челюсть! Таким
растерянным я его еще ни разу не видел.
- Все, ребятишки, - решительно сказал мой Водила и встал со стула. --
Кончили травить. Еще пилить черт-те сколько. А перед дорожкой надо и Кысю
выгулять, и самому вдумчиво отлить. Еще и в лавочку заскочить... Занимай
свое место, Кыся!
Я впрыгнул в сумку, и мы вышли из столовой. У "Хунде-Бара"
пританцовывал какой-то пуделек. Почуяв меня, он стал тревожно оглядываться
по сторонам и даже чего-то вякать. Однако, как только мы вышли на свежий
воздух, пуделек тут же вернулся к миске с той отвратительной подливкой и
тушеным мясом.
Было отчетливо видно, что Лысый все еще не может придти в себя. Никак
он не ожидал, что "исполнителем", профессиональным убийцей, может оказаться
этот невысокий, худенький мальчик с беленькими вьющимися волосиками. Такой
улыбчивый, смешливый и умненький. Ни дать, ни взять - десятиклассник,
отличник и комсомолец из недавнего советского прошлого...
- Что, земляки, в Мюнхен вместе пойдем? - весело спросил Алик.
- Дак... Вот, как напарник скажет, -Лысый совсем смешался.
- А чего!... - беспечно сказал Водила. - Ежели вы нас с Кысей подождете
- кайн проблем. Нет вопросов. Айда, Кыся, вон к тем кустикам. У кустов
Водила вытряхнул меня из сумки, сел на скамейку у мусорного бака и закурил
сигаретку. Рядом присели Лысый и Алик.
- Давай, Кыся, не задерживайся! - крикнул мне Водила. - Я лучше потом
остановлюсь и еще раз тебя выпущу!..
Я юркнул в кусты, быстренько сделал все, что требовалось, зарыл,
забросал все свежим песочком, о