мительный бег, у меня просто не
было сил. И торопиться мне было уже некуда.
Шура попытался было рвануться ко мне, но Рут мягко
придержала его, и он просто медленно опустился передо мной на
корточки. Я подошел.
Мы посмотрели друг другу в глаза, оба не сказали ни слова, и
я тупо и неловко полез на него, цепляясь когтями за ветхую
польскую курточку.
Я вскарабкался к нему на грудь, намертво обхватил передними
лапами его за шею, а задними вцепился в него так, что оторвать
меня от Шуры можно было бы только лишь по частям и с
применением серьезных технических средств. Вместе со мной Шура
встал во весь рост. Я почувствовал его запах, который снился
мне столько месяцев. Услышал, как бьется его сердце... Ощутил
тепло его рук и, уже совершенно не соображая, что я делаю,
поднял голову в синее Нью-Йоркское небо и завыл!!!
...Потом мне говорили, будто звук моего голоса был столь
ужасен и одновременно столь призывен, что, словно по мановению
волшебной палочки, из всех окрестных улиц, начиная с Сорок
второй и кончая Сорок седьмой, где раскинула свои грандиозные
дома Организация Объединенных Наций, к нашей поляне с
Президентским вертолетом, с самим мэром Роберто Джулиани (я уже
не говорю о том, какую свиту он для понта приволок с собой на
эту встречу!), с тучей репортеров и толпами зевак, стоявших за
полицейским ограждением...
...вдруг, откуда ни возьмись, СТАЛИ СТЕКАТЬСЯ КОШКИ И КОТЫ
ВСЕХ МАСТЕЙ, ПОРОД И НАЦИОНАЛЬНЫХ ПРИНАДЛЕЖНОСТЕЙ! ИМ БЫЛО
НАПЛЕВАТЬ НА ВСЕ: НА ОГРАЖДЕНИЯ, НА МЭРА, НА ВЕРТОЛЕТ, НА ВСЕХ
БЕЗ ИСКЛЮЧЕНИЯ! СВОБОДНЫЕ СОЗДАНИЯ - ОНИ ШЛИ НА ВОЙ СОБРАТА, И
КАЖДЫЙ ИЗ НИХ СЛЫШАЛ В ЭТОМ ВОЕ ЧТО-ТО СВОЕ, СОЗВУЧНОЕ СО
СТРУНАМИ ДУШИ ЛЮБОГО КОТА, ЛЮБОЙ КОШКИ ЛЮБОЙ НАЦИОНАЛЬНОСТИ!..
Потом говорили, что Котов и Кошек было десятки тысяч! Во
всяком случае, когда мы вечером смотрели телевизор, зрелище это
было ГРОЗНЫМ И ВПЕЧАТЛЯЮЩИМ.
Но в тот момент, на этой ООНовской лужайке, я ничего не
видел. Даже Шуру не видел, я его чувствовал под своими лапами,
ощущал всем своим телом, каждой шерстинкой, слышал его дыхание,
и мне было этого вполне достаточно.
Правда, кое-что я все-таки услышал. Это когда мэр Нью-Йорка
мистер Роберто Джулиани спросил у Тимура:
- А скажи, Тим, что бы я мог сделать для тебя и твоего кота
Мартына?
Тимур немедленно ему ответил:
- Сэр! Мы с Мартыном были бы вам очень благодарны, если бы
вы дали ему официальное разрешение ездить в Нью-Йоркских
сабвеях и автобусах, а то мне приходится прятать его в рюкзак и
я каждый раз рискую нарваться на штраф.
- Ол райт! - сказал мэр. - Вы сегодня же получите это
разрешение. Что еще?
- Ничего, сэр. Большое спасибо. Со всем остальным у нас
теперь все в порядке, - вежливо ответил ему Тимур.
СО ВСЕМ ОСТАЛЬНЫМ У НАС ТЕПЕРЬ ВСЕ В ПОРЯДКЕ... С ОСТАЛЬНЫМ
У НАС ВСЕ В ПОРЯДКЕ... ТЕПЕРЬ У НАС ВСЕ В ПОРЯДКЕ... У НАС ВСЕ
В ПОРЯДКЕ... ВСЕ В ПОРЯДКЕ... В ПОРЯДКЕ....
ПОСЛЕСЛОВИЕ КОТА МАРТЫНА
К ТРЕТЬЕЙ ЧАСТИ СОБСТВЕННОГО ЖИЗНЕОПИСАНИЯ ПОД НАЗВАНИЕМ
"КЫСЯ В АМЕРИКЕ"
Ну, можно так кончать книгу?!
Я нарочно привел шесть вариантов финальной фразы, которой В.
Кунин хотел закончить МОЮ книгу.
Он, видите ли, считает, что финал должен быть "открытым".
Чтобы любой Читатель, взявший эту книгу в руки и дочитавший ее
до конца, мог бы сам вообразить себе, что там произошло дальше.
- Ни
было сил. И торопиться мне было уже некуда.
Шура попытался было рвануться ко мне, но Рут мягко
придержала его, и он просто медленно опустился передо мной на
корточки. Я подошел.
Мы посмотрели друг другу в глаза, оба не сказали ни слова, и
я тупо и неловко полез на него, цепляясь когтями за ветхую
польскую курточку.
Я вскарабкался к нему на грудь, намертво обхватил передними
лапами его за шею, а задними вцепился в него так, что оторвать
меня от Шуры можно было бы только лишь по частям и с
применением серьезных технических средств. Вместе со мной Шура
встал во весь рост. Я почувствовал его запах, который снился
мне столько месяцев. Услышал, как бьется его сердце... Ощутил
тепло его рук и, уже совершенно не соображая, что я делаю,
поднял голову в синее Нью-Йоркское небо и завыл!!!
...Потом мне говорили, будто звук моего голоса был столь
ужасен и одновременно столь призывен, что, словно по мановению
волшебной палочки, из всех окрестных улиц, начиная с Сорок
второй и кончая Сорок седьмой, где раскинула свои грандиозные
дома Организация Объединенных Наций, к нашей поляне с
Президентским вертолетом, с самим мэром Роберто Джулиани (я уже
не говорю о том, какую свиту он для понта приволок с собой на
эту встречу!), с тучей репортеров и толпами зевак, стоявших за
полицейским ограждением...
...вдруг, откуда ни возьмись, СТАЛИ СТЕКАТЬСЯ КОШКИ И КОТЫ
ВСЕХ МАСТЕЙ, ПОРОД И НАЦИОНАЛЬНЫХ ПРИНАДЛЕЖНОСТЕЙ! ИМ БЫЛО
НАПЛЕВАТЬ НА ВСЕ: НА ОГРАЖДЕНИЯ, НА МЭРА, НА ВЕРТОЛЕТ, НА ВСЕХ
БЕЗ ИСКЛЮЧЕНИЯ! СВОБОДНЫЕ СОЗДАНИЯ - ОНИ ШЛИ НА ВОЙ СОБРАТА, И
КАЖДЫЙ ИЗ НИХ СЛЫШАЛ В ЭТОМ ВОЕ ЧТО-ТО СВОЕ, СОЗВУЧНОЕ СО
СТРУНАМИ ДУШИ ЛЮБОГО КОТА, ЛЮБОЙ КОШКИ ЛЮБОЙ НАЦИОНАЛЬНОСТИ!..
Потом говорили, что Котов и Кошек было десятки тысяч! Во
всяком случае, когда мы вечером смотрели телевизор, зрелище это
было ГРОЗНЫМ И ВПЕЧАТЛЯЮЩИМ.
Но в тот момент, на этой ООНовской лужайке, я ничего не
видел. Даже Шуру не видел, я его чувствовал под своими лапами,
ощущал всем своим телом, каждой шерстинкой, слышал его дыхание,
и мне было этого вполне достаточно.
Правда, кое-что я все-таки услышал. Это когда мэр Нью-Йорка
мистер Роберто Джулиани спросил у Тимура:
- А скажи, Тим, что бы я мог сделать для тебя и твоего кота
Мартына?
Тимур немедленно ему ответил:
- Сэр! Мы с Мартыном были бы вам очень благодарны, если бы
вы дали ему официальное разрешение ездить в Нью-Йоркских
сабвеях и автобусах, а то мне приходится прятать его в рюкзак и
я каждый раз рискую нарваться на штраф.
- Ол райт! - сказал мэр. - Вы сегодня же получите это
разрешение. Что еще?
- Ничего, сэр. Большое спасибо. Со всем остальным у нас
теперь все в порядке, - вежливо ответил ему Тимур.
СО ВСЕМ ОСТАЛЬНЫМ У НАС ТЕПЕРЬ ВСЕ В ПОРЯДКЕ... С ОСТАЛЬНЫМ
У НАС ВСЕ В ПОРЯДКЕ... ТЕПЕРЬ У НАС ВСЕ В ПОРЯДКЕ... У НАС ВСЕ
В ПОРЯДКЕ... ВСЕ В ПОРЯДКЕ... В ПОРЯДКЕ....
ПОСЛЕСЛОВИЕ КОТА МАРТЫНА
К ТРЕТЬЕЙ ЧАСТИ СОБСТВЕННОГО ЖИЗНЕОПИСАНИЯ ПОД НАЗВАНИЕМ
"КЫСЯ В АМЕРИКЕ"
Ну, можно так кончать книгу?!
Я нарочно привел шесть вариантов финальной фразы, которой В.
Кунин хотел закончить МОЮ книгу.
Он, видите ли, считает, что финал должен быть "открытым".
Чтобы любой Читатель, взявший эту книгу в руки и дочитавший ее
до конца, мог бы сам вообразить себе, что там произошло дальше.
- Ни