ром, не могло быть и речи!
Бедный Тимур даже совал мне под нос кусок свежайшей сырой
мерлузы из корейского рыбного магазина, которую я за последние
два дня полюбил на всю оставшуюся жизнь! Но тщетно...
Голос Тимура, умолявшего меня проснуться, ибо он опаздывает
в школу, я слышал словно с другой стороны земного шара. Хотя и
ощущал, как Тимур в отчаянии запихивает меня в свой рюкзак, но
открыть глаза так и не смог...
Я дрых самым пошлым образом и по дороге в школу, и в школе,
и поэтому ничего толкового о своем первом посещении
американского учебного заведения сказать не могу.
Помню только неясный дикий шум и гам и странные, с моей
точки зрения, запахи для детского учреждения, где явственно
тянуло вчерашним алкоголем, дешевой косметикой, самой разной
жратвой, резиновой жвачкой всех сортов, сигаретами, кокаином
(!..), еще каким-то наркотиком - "крэг", как потом объяснил мне
Тимур; пахло откровенным сексом, и, не поверите, очень даже
пахло оружием!..
Потрясенный столь НЕ ДЕТСКИМИ запахами, я, сквозь
глубочайший и вполне заслуженный сон, пару раз приоткрывал
глаза и слегка высовывался из рюкзака, но не увидел ничего
особенного - того, что разительно отличало бы американскую
школу от русской.
У нас за пустырем, напротив нашего с Шурой дома в
Ленинграде, была почти такая же школа, и мы с моим соседом и
корешом Бесхвостым Котом-Бродягой иногда харчились там на кухне
школьной столовой. Взяли мы эту кухню старым испытанным
способом - на дохлую крысу.
В отличие от русских, американские парты были на одного
ученика, а не на двоих. И сквозь сон я углядел длинный коридор,
уставленный с двух сторон узенькими железными шкафчиками,
запиравшимися на ключ. Изнутри шкафчики были оклеены цветными
картинками, вплоть до откровенной порнухи.
У Тима тоже был такой шкафчик, но без голых баб, а с
какими-то, кажется, русскими открытками. Хотел он было оставить
меня в этом шкафчике до конца второго урока, но пожалел и
потащил меня, дрыхнувшего без задних лап, к себе в класс.
А еще в школе были телефоны-автоматы, и девочки почти все
были одеты, как мальчики. Никакой формы! Кто во что горазд...
В классе я сумел заметить своим соловым, полуспящим глазом,
что мистер Хьюз - классный руководитель Тимура - оказался
молодым парнем в джинсах, ковбойских полусапожках с разными
медными блямками и заклепками, клетчатой байковой рубахе,
из-под расстегнутого воротничка которой выглядывала белая
майка, и в какой-то замшевой жилетке с бахромой из тоненьких
полосок кожи. И сидел он в классе не на стуле за своим
учительским столом, а прямо на столе, поставив свои башмаки с
медными заклепками прямо на стул! И мне, сквозь сон, это очень
в нем даже понравилось...
Я проснулся и хоть чуточку стал соображать только лишь в
сабвее. Очухавшись, я обнаружил, что на шее у меня повязан
какой-то зеленый бантик, а голова Тимура украшена старой
зеленой шляпой. Обе щеки Тимура были разрисованы зелеными
листиками. А вокруг нас бесилось и вопило уйма пацанов и
девчонок из Тимурова класса. И все они были разрисованы зеленой
краской в цветочек, у всех были шапки, шляпы, косынки зеленого
цвета, зеленые бантики в петлицах, а у некоторых девчонок даже
волосы были зеленого оттенка! Даже мистер Хьюз, ехавший с нами,
был в каком-то зелен
Бедный Тимур даже совал мне под нос кусок свежайшей сырой
мерлузы из корейского рыбного магазина, которую я за последние
два дня полюбил на всю оставшуюся жизнь! Но тщетно...
Голос Тимура, умолявшего меня проснуться, ибо он опаздывает
в школу, я слышал словно с другой стороны земного шара. Хотя и
ощущал, как Тимур в отчаянии запихивает меня в свой рюкзак, но
открыть глаза так и не смог...
Я дрых самым пошлым образом и по дороге в школу, и в школе,
и поэтому ничего толкового о своем первом посещении
американского учебного заведения сказать не могу.
Помню только неясный дикий шум и гам и странные, с моей
точки зрения, запахи для детского учреждения, где явственно
тянуло вчерашним алкоголем, дешевой косметикой, самой разной
жратвой, резиновой жвачкой всех сортов, сигаретами, кокаином
(!..), еще каким-то наркотиком - "крэг", как потом объяснил мне
Тимур; пахло откровенным сексом, и, не поверите, очень даже
пахло оружием!..
Потрясенный столь НЕ ДЕТСКИМИ запахами, я, сквозь
глубочайший и вполне заслуженный сон, пару раз приоткрывал
глаза и слегка высовывался из рюкзака, но не увидел ничего
особенного - того, что разительно отличало бы американскую
школу от русской.
У нас за пустырем, напротив нашего с Шурой дома в
Ленинграде, была почти такая же школа, и мы с моим соседом и
корешом Бесхвостым Котом-Бродягой иногда харчились там на кухне
школьной столовой. Взяли мы эту кухню старым испытанным
способом - на дохлую крысу.
В отличие от русских, американские парты были на одного
ученика, а не на двоих. И сквозь сон я углядел длинный коридор,
уставленный с двух сторон узенькими железными шкафчиками,
запиравшимися на ключ. Изнутри шкафчики были оклеены цветными
картинками, вплоть до откровенной порнухи.
У Тима тоже был такой шкафчик, но без голых баб, а с
какими-то, кажется, русскими открытками. Хотел он было оставить
меня в этом шкафчике до конца второго урока, но пожалел и
потащил меня, дрыхнувшего без задних лап, к себе в класс.
А еще в школе были телефоны-автоматы, и девочки почти все
были одеты, как мальчики. Никакой формы! Кто во что горазд...
В классе я сумел заметить своим соловым, полуспящим глазом,
что мистер Хьюз - классный руководитель Тимура - оказался
молодым парнем в джинсах, ковбойских полусапожках с разными
медными блямками и заклепками, клетчатой байковой рубахе,
из-под расстегнутого воротничка которой выглядывала белая
майка, и в какой-то замшевой жилетке с бахромой из тоненьких
полосок кожи. И сидел он в классе не на стуле за своим
учительским столом, а прямо на столе, поставив свои башмаки с
медными заклепками прямо на стул! И мне, сквозь сон, это очень
в нем даже понравилось...
Я проснулся и хоть чуточку стал соображать только лишь в
сабвее. Очухавшись, я обнаружил, что на шее у меня повязан
какой-то зеленый бантик, а голова Тимура украшена старой
зеленой шляпой. Обе щеки Тимура были разрисованы зелеными
листиками. А вокруг нас бесилось и вопило уйма пацанов и
девчонок из Тимурова класса. И все они были разрисованы зеленой
краской в цветочек, у всех были шапки, шляпы, косынки зеленого
цвета, зеленые бантики в петлицах, а у некоторых девчонок даже
волосы были зеленого оттенка! Даже мистер Хьюз, ехавший с нами,
был в каком-то зелен