ха оглядела меня откровенно блядским
глазом!
- Мадам, - тут же нашелся я. - Коты и Кошки - единственные в
мире домашние Животные, так и оставшиеся НЕПРИРУЧЕННЫМИ. В
некоторой степени это нас с вами роднит.
- С ума можно сойти! - Мадам в восторге всплеснула
достаточно изящными передними лапами. - Он еще и умный?!..
Откуда ты такой взялся?
- Из Санкт-Петербурга, Мадам.
- А что это?
Вот оно! Вот она - наша российская чванливость, наше
гипертрофированное самомнение, когда мы убеждены в том, что все
на свете только о нас говорят и думают... Да, добрая половина
мира о нас и слыхом не слыхивала! Ах, как был прав Шура
Плоткин, когда говорил об этом...
- Видите ли, Мадам, - поразмыслив, ответил я. -
Санкт-Петербург - это место, где я родился. То есть моя родина.
Один из городов России...
- А, так ты русский? Знаю. Здесь, в этом квартале, их полно!
А что тогда такое - Россия?
- Что же такое Россия - вряд ли я смогу вам объяснить.
Думаю, что сегодня этого не знает никто. Даже в самой России.
- Нет! - воскликнула старуха. - В лице этого Кота мы
сталкиваемся с какой-то новой формацией Вида! Сплав Мужества и
Интеллекта - это ЧТО-ТО ОСОБЕННОЕ! - вдруг воскликнула старуха,
и я заподозрил, что ее предки были выходцами с юга России.
С теми же хохмочками в Мюнхене разговаривали киевские и
одесские Коты-эмигранты.
Мадам лихо оглядела меня от усов до хвоста, прямо скажем,
нескромным взглядом и плотоядно ухмыльнулась:
- Если бы мы встретились с тобой в моей молодости, мы смогли
бы перевернуть общепринятое представление о врожденном
антагонизме Котов и Крыс. Тебе не кажется?
- Я в этом просто уверен! - нагло соврал я для дела.
А сам подумал: "Было у меня Кошек - немеряно, Собачка была,
Лисица, даже Крольчиха - тьфу, тошно вспоминать... Но -
Крысу?.. Да у меня на нее ни в жисть не встанет! Даже на
необитаемом острове..."
- Нет, от него можно просто сдохнуть! - восхитилась Мадам,
лишний раз утвердив меня в своем подлинно историческом
происхождении. - Выпьем?
Два молодых Крыса тут же выкатили пузырек валерьянки.
- Благодарю вас, Мадам. Я вообще-то не пью.
Ну, неохота мне было возвращаться в комнату спящего ребенка
с запахом поддачи... Хотя, не скрою, после всего случившегося -
треснул бы с удовольствием!
- А я выпью. Раньше могла чистяру, а сейчас - возраст,
болячки разные... Разбавляю.
Ее шустрилы накапали в плошечку с водой немного валерьянки.
Старуха выпила, крякнула, вытерла передними лапками морду, усы
и сказала мне:
- Все знаю. И про Вагифа - чтоб ему было пусто на том свете!
И про твою тронную речь... Особенно это - "Хватит крови!.."
Кстати, рыбки хочешь?
- С удовольствием.
Шустрилы приволокли откуда-то кусок неизвестной свежайшей
рыбы и осторожно, не приближаясь ко мне, положили ее неподалеку
от Мадам. Я протянул лапу за рыбой и краем глаза увидел, как
напряглась Охрана, как обнажились их резцы, как туго вытянулись
хвосты.
- Ешь! - приказала мне Мадам.
Я аккуратненько подтянул рыбку к себе и с удовольствием стал
ее жрать. Охрана расслабилась, хвосты повисли, резцы исчезли.
- У тебя есть имя? - спросила Мадам.
- Даже два - Мартын и Кыся.
- Ты знаешь, у нас в Америке не любят длинных имен. И для
удобства мы их сокращаем. Так делают и все прибывающие к нам.
Например, все
глазом!
- Мадам, - тут же нашелся я. - Коты и Кошки - единственные в
мире домашние Животные, так и оставшиеся НЕПРИРУЧЕННЫМИ. В
некоторой степени это нас с вами роднит.
- С ума можно сойти! - Мадам в восторге всплеснула
достаточно изящными передними лапами. - Он еще и умный?!..
Откуда ты такой взялся?
- Из Санкт-Петербурга, Мадам.
- А что это?
Вот оно! Вот она - наша российская чванливость, наше
гипертрофированное самомнение, когда мы убеждены в том, что все
на свете только о нас говорят и думают... Да, добрая половина
мира о нас и слыхом не слыхивала! Ах, как был прав Шура
Плоткин, когда говорил об этом...
- Видите ли, Мадам, - поразмыслив, ответил я. -
Санкт-Петербург - это место, где я родился. То есть моя родина.
Один из городов России...
- А, так ты русский? Знаю. Здесь, в этом квартале, их полно!
А что тогда такое - Россия?
- Что же такое Россия - вряд ли я смогу вам объяснить.
Думаю, что сегодня этого не знает никто. Даже в самой России.
- Нет! - воскликнула старуха. - В лице этого Кота мы
сталкиваемся с какой-то новой формацией Вида! Сплав Мужества и
Интеллекта - это ЧТО-ТО ОСОБЕННОЕ! - вдруг воскликнула старуха,
и я заподозрил, что ее предки были выходцами с юга России.
С теми же хохмочками в Мюнхене разговаривали киевские и
одесские Коты-эмигранты.
Мадам лихо оглядела меня от усов до хвоста, прямо скажем,
нескромным взглядом и плотоядно ухмыльнулась:
- Если бы мы встретились с тобой в моей молодости, мы смогли
бы перевернуть общепринятое представление о врожденном
антагонизме Котов и Крыс. Тебе не кажется?
- Я в этом просто уверен! - нагло соврал я для дела.
А сам подумал: "Было у меня Кошек - немеряно, Собачка была,
Лисица, даже Крольчиха - тьфу, тошно вспоминать... Но -
Крысу?.. Да у меня на нее ни в жисть не встанет! Даже на
необитаемом острове..."
- Нет, от него можно просто сдохнуть! - восхитилась Мадам,
лишний раз утвердив меня в своем подлинно историческом
происхождении. - Выпьем?
Два молодых Крыса тут же выкатили пузырек валерьянки.
- Благодарю вас, Мадам. Я вообще-то не пью.
Ну, неохота мне было возвращаться в комнату спящего ребенка
с запахом поддачи... Хотя, не скрою, после всего случившегося -
треснул бы с удовольствием!
- А я выпью. Раньше могла чистяру, а сейчас - возраст,
болячки разные... Разбавляю.
Ее шустрилы накапали в плошечку с водой немного валерьянки.
Старуха выпила, крякнула, вытерла передними лапками морду, усы
и сказала мне:
- Все знаю. И про Вагифа - чтоб ему было пусто на том свете!
И про твою тронную речь... Особенно это - "Хватит крови!.."
Кстати, рыбки хочешь?
- С удовольствием.
Шустрилы приволокли откуда-то кусок неизвестной свежайшей
рыбы и осторожно, не приближаясь ко мне, положили ее неподалеку
от Мадам. Я протянул лапу за рыбой и краем глаза увидел, как
напряглась Охрана, как обнажились их резцы, как туго вытянулись
хвосты.
- Ешь! - приказала мне Мадам.
Я аккуратненько подтянул рыбку к себе и с удовольствием стал
ее жрать. Охрана расслабилась, хвосты повисли, резцы исчезли.
- У тебя есть имя? - спросила Мадам.
- Даже два - Мартын и Кыся.
- Ты знаешь, у нас в Америке не любят длинных имен. И для
удобства мы их сокращаем. Так делают и все прибывающие к нам.
Например, все