дь у нас так уж постеснялся
американской полисменки. Просто красивая баба приглянулась...
- А она получает лишь сорок тысяч в год! Это на руки,
считай, всего двадцать пять. По две с хвостиком в месяц...
Машина, квартира, жратва, шмотки... Только за квартиру -
тысячу, не греши - отдай!.. А питание па двоих сколько стоит?
Мне на одежду... Каждые полгода приходится новое докупать.
Расту же... Ей нужно одеться. Нужно выглядеть?! Ты видал, какая
она красивая. Мне каждый день на карманные расходы... И
остается у нас...
Тимур помолчал, а потом плюнул на приличия и сказал те
слова, которыми он пользовался в своем подмосковном тюремном
интернате. Для более точной обрисовки их финансовой ситуации
эти слова показались ему наиболее выразительными:
- И остается у нас - два ни хуя и мешок дыма!.. А мне в
Израиль надо до смерти... Там меня Маша Хотимская ждет. И я ее
так люблю, что у меня все сны - только про нее... Смотри,
Мартын, ты обещал! Чтобы никто никогда...
- Ну, сказано же! - оборвал его я. - Давай дальше.
- Вот... Так могу я прийти к своей матери и сказать: "Мама,
дай мне шестьсот долларов на билет в Израиль и обратно"? Нет.
Не могу. Эти бабки я должен сам заработать! А как?.. Я и
придумал - найти израильское судно и упросить капитана взять
меня летом туда и обратно юнгой. Как в "Острове сокровищ".
Правда, наш школьный географ мистер Гринспен, по нашему -
"Гринштейн", сказал мне, что теперь юнгов на кораблях нет. Но я
думаю, что, если хорошо попросить, может быть, и возьмут? А?..
Я мало сталкивался с Детьми и Котятами. И никогда не
испытывал к ним ни умиления, ни любопытства. Так... Иногда
жалко их было, но не более. Но тут я был несколько ошарашен
такой смесью абсолютно противоположных черт характера в одном
двенадцатилетнем Человечке! Он до копейки (или как это здесь
называется?..) просчитывает бюджет своей семьи и в то же время
бредит девочкой, живущей на другой стороне глобуса! Нежно
гордится своей приемной матерью-полунегритянкой и хладнокровно
злобен и жесток в бою с Собаками!..
Наивный и Мудрый, Маленький и Взрослый.
Девять лет жил страшной российской, кровавой жизнью и только
три года нормальной - американско-мальчишичьей. И сумел из двух
таких разных Жизней вобрать в себя только лучшее.
Если, конечно, не считать того, что в родимом матерном он
может переплюнуть и Шуру Плоткина, и Водилу, вместе взятых!
Пауза слегка затянулась, и поэтому я торопливо сказал:
- Если хорошо попросить - обязательно возьмут!
Я попытался сказать это с максимально выразительной
уверенностью, хотя уверенности у меня не было ни на грош.
- Мало того, - сказал я. - Сейчас мы приедем в порт, найдем
сначала "Академика Абрама..." ...Не пугайся, так мое судно
называется. Я попрошу Мастера Александра Ивановича, и он нам,
то есть тебе, поможет! Он как-то говорил, что старые Капитаны
всех стран хорошо знают друг друга. Может, у него и найдется
здесь какой-нибудь израильский кореш!..
- Ну, отпад! - восхитился Тимур. - Фантастика!..
Когда идет полоса непрухи - так кажется, что она никогда не
кончится...
НЕ БЫЛО НИКАКОГО "АКАДЕМИКА АБРАМА..." НА ЧЕТВЕРТОМ
КОНТЕЙНЕРНОМ ПРИЧАЛЕ!
Стоял вместо него какой-то турецкий пароходишко, втрое
меньше моего "Академика...", а у причала, вдоль железнодорожных
рельсов, -
американской полисменки. Просто красивая баба приглянулась...
- А она получает лишь сорок тысяч в год! Это на руки,
считай, всего двадцать пять. По две с хвостиком в месяц...
Машина, квартира, жратва, шмотки... Только за квартиру -
тысячу, не греши - отдай!.. А питание па двоих сколько стоит?
Мне на одежду... Каждые полгода приходится новое докупать.
Расту же... Ей нужно одеться. Нужно выглядеть?! Ты видал, какая
она красивая. Мне каждый день на карманные расходы... И
остается у нас...
Тимур помолчал, а потом плюнул на приличия и сказал те
слова, которыми он пользовался в своем подмосковном тюремном
интернате. Для более точной обрисовки их финансовой ситуации
эти слова показались ему наиболее выразительными:
- И остается у нас - два ни хуя и мешок дыма!.. А мне в
Израиль надо до смерти... Там меня Маша Хотимская ждет. И я ее
так люблю, что у меня все сны - только про нее... Смотри,
Мартын, ты обещал! Чтобы никто никогда...
- Ну, сказано же! - оборвал его я. - Давай дальше.
- Вот... Так могу я прийти к своей матери и сказать: "Мама,
дай мне шестьсот долларов на билет в Израиль и обратно"? Нет.
Не могу. Эти бабки я должен сам заработать! А как?.. Я и
придумал - найти израильское судно и упросить капитана взять
меня летом туда и обратно юнгой. Как в "Острове сокровищ".
Правда, наш школьный географ мистер Гринспен, по нашему -
"Гринштейн", сказал мне, что теперь юнгов на кораблях нет. Но я
думаю, что, если хорошо попросить, может быть, и возьмут? А?..
Я мало сталкивался с Детьми и Котятами. И никогда не
испытывал к ним ни умиления, ни любопытства. Так... Иногда
жалко их было, но не более. Но тут я был несколько ошарашен
такой смесью абсолютно противоположных черт характера в одном
двенадцатилетнем Человечке! Он до копейки (или как это здесь
называется?..) просчитывает бюджет своей семьи и в то же время
бредит девочкой, живущей на другой стороне глобуса! Нежно
гордится своей приемной матерью-полунегритянкой и хладнокровно
злобен и жесток в бою с Собаками!..
Наивный и Мудрый, Маленький и Взрослый.
Девять лет жил страшной российской, кровавой жизнью и только
три года нормальной - американско-мальчишичьей. И сумел из двух
таких разных Жизней вобрать в себя только лучшее.
Если, конечно, не считать того, что в родимом матерном он
может переплюнуть и Шуру Плоткина, и Водилу, вместе взятых!
Пауза слегка затянулась, и поэтому я торопливо сказал:
- Если хорошо попросить - обязательно возьмут!
Я попытался сказать это с максимально выразительной
уверенностью, хотя уверенности у меня не было ни на грош.
- Мало того, - сказал я. - Сейчас мы приедем в порт, найдем
сначала "Академика Абрама..." ...Не пугайся, так мое судно
называется. Я попрошу Мастера Александра Ивановича, и он нам,
то есть тебе, поможет! Он как-то говорил, что старые Капитаны
всех стран хорошо знают друг друга. Может, у него и найдется
здесь какой-нибудь израильский кореш!..
- Ну, отпад! - восхитился Тимур. - Фантастика!..
Когда идет полоса непрухи - так кажется, что она никогда не
кончится...
НЕ БЫЛО НИКАКОГО "АКАДЕМИКА АБРАМА..." НА ЧЕТВЕРТОМ
КОНТЕЙНЕРНОМ ПРИЧАЛЕ!
Стоял вместо него какой-то турецкий пароходишко, втрое
меньше моего "Академика...", а у причала, вдоль железнодорожных
рельсов, -