на все спрашивать разрешения у
Мастера, то без его согласия позволял себе только лишь на корму
бегать, в собственный гальюн. Но каждый раз докладывал, где
был.
- Садись, садись, Мартын! Погрей задницу, просуши хвост, -
вслух сказал мне Мастер.
На мостике уже привыкли к тому, что Мастер частенько со мною
разговаривает вслух и я почти всегда как-то странно верно
реагирую на его слова.
Сами понимаете, "странно верно" - для непосвященных. Для
Мастера мои реакции совершенно нормальны и ожидаемы. У нас с
ним - диалог на равных. Только я - младше, а он - старше.
Я тут же вспрыгнул на Главный Компьютер, сразу же ощутил
тепло под хвостом и промерзшими лапами и постарался устроится
на нем как можно уютнее и спокойней. Как всегда.
Ни хрена из этой затеи не получилось! Нервный колошмат
неизвестного происхождения бил меня изнутри, кончик хвоста
непроизвольно выстукивал бешеную дробь, и сама собой
топорщилась шерсть на загривке. От ощущения надвигающейся
неотвратимой беды уши мои сами прижались к затылку, и я
мгновенно слетел с Главного Компьютера в невероятном
психическом вздрыче, граничащем с потерей сознания...
- Что происходит, Мартын?!.. - в полный голос нервно крикнул
Мастер, наверное, тоже почуяв чтото неладное.
И тогда я в ответ, изо всех своих Шелдрейсовских сил, заорал
благим матом:
- Стоп!!! Стоп!.. Лево руля!!!
Боясь в истерике разорвать нить Контакта с Мастером, я
сиганул к нему на правое плечо и вцепился в его куртку когтями
всех своих четырех лап. Это было последнее, что я запомнил...
...А ПОТОМ Я ВДРУГ УВИДЕЛ СЕБЯ ПОДВОДНЫМ КОТОМ!..
Я плыл в серо-зеленой мерзлой воде с ледяным крошевом, чуть
впереди нашего "Академика Абрама...", и видел, как на нас
надвигается чудовищная, гигантская, необъятная ледяная глыба
айсберга! Она заполняла собою все пространство впереди, и
только над самой поверхностью океана виднелась узенькая полоска
просвета...
Этот ледяной кошмар, величиной с три наших ленинградских
девятиэтажных дома, не высовывался наружу "ОДНОЙ ДЕСЯТОЙ ЧАСТЬЮ
НАД ПОВЕРХНОСТЬЮ ВОДЫ", как рисовал мне айсберги Мастер, а был
подло и коварно притоплен, оставляя перед взором нашего, ничего
не подозревающего, несчастного "Академика Абрама..." чистую,
холодную гладь Атлантического океана!..
Я вижу, что через несколько минут наш "Академик Абрам Ф.
Иоффе" врежется в эту синюю, безжалостную ледяную стену и
погибнет вместе со своими контейнерами, бедными "маслопупами" и
"рогочами", совсем молоденькими Дедом и Чифом, Маркони и
Драконом... Не станет на этом свете Колобахи и Точилы... Утонут
Шеф и Люся... Уйдет из жизни такой потрясающий образец
КотоЧеловека, как Капитан этого судна - МАСТЕР!..
- Остановите машину!!! - кричу я из-под воды. - Тормозите,
мать вашу в душу!!! Сворачивайте, сворачивайте скорее, иначе...
Мастер! Вы меня слышите?!.. - отчаянно кричу я и пытаюсь
упереться передними лапами в подводную носовую часть нашего
судна, пытаюсь хоть как-то затормозить его гибельный ход...
Но мои задние лапы не находят твердой опоры, и я ничего,
ничего, ничего не могу сделать!..
"Ма-а-астер!" - истошно воплю я из последних сил и понимаю,
что мне уже никогда ни до кого не докричаться...
Я чувствую, что мне не хватает воздуха, я захлебываюсь и
начинаю отставать от судна, тонуть, а мимо
Мастера, то без его согласия позволял себе только лишь на корму
бегать, в собственный гальюн. Но каждый раз докладывал, где
был.
- Садись, садись, Мартын! Погрей задницу, просуши хвост, -
вслух сказал мне Мастер.
На мостике уже привыкли к тому, что Мастер частенько со мною
разговаривает вслух и я почти всегда как-то странно верно
реагирую на его слова.
Сами понимаете, "странно верно" - для непосвященных. Для
Мастера мои реакции совершенно нормальны и ожидаемы. У нас с
ним - диалог на равных. Только я - младше, а он - старше.
Я тут же вспрыгнул на Главный Компьютер, сразу же ощутил
тепло под хвостом и промерзшими лапами и постарался устроится
на нем как можно уютнее и спокойней. Как всегда.
Ни хрена из этой затеи не получилось! Нервный колошмат
неизвестного происхождения бил меня изнутри, кончик хвоста
непроизвольно выстукивал бешеную дробь, и сама собой
топорщилась шерсть на загривке. От ощущения надвигающейся
неотвратимой беды уши мои сами прижались к затылку, и я
мгновенно слетел с Главного Компьютера в невероятном
психическом вздрыче, граничащем с потерей сознания...
- Что происходит, Мартын?!.. - в полный голос нервно крикнул
Мастер, наверное, тоже почуяв чтото неладное.
И тогда я в ответ, изо всех своих Шелдрейсовских сил, заорал
благим матом:
- Стоп!!! Стоп!.. Лево руля!!!
Боясь в истерике разорвать нить Контакта с Мастером, я
сиганул к нему на правое плечо и вцепился в его куртку когтями
всех своих четырех лап. Это было последнее, что я запомнил...
...А ПОТОМ Я ВДРУГ УВИДЕЛ СЕБЯ ПОДВОДНЫМ КОТОМ!..
Я плыл в серо-зеленой мерзлой воде с ледяным крошевом, чуть
впереди нашего "Академика Абрама...", и видел, как на нас
надвигается чудовищная, гигантская, необъятная ледяная глыба
айсберга! Она заполняла собою все пространство впереди, и
только над самой поверхностью океана виднелась узенькая полоска
просвета...
Этот ледяной кошмар, величиной с три наших ленинградских
девятиэтажных дома, не высовывался наружу "ОДНОЙ ДЕСЯТОЙ ЧАСТЬЮ
НАД ПОВЕРХНОСТЬЮ ВОДЫ", как рисовал мне айсберги Мастер, а был
подло и коварно притоплен, оставляя перед взором нашего, ничего
не подозревающего, несчастного "Академика Абрама..." чистую,
холодную гладь Атлантического океана!..
Я вижу, что через несколько минут наш "Академик Абрам Ф.
Иоффе" врежется в эту синюю, безжалостную ледяную стену и
погибнет вместе со своими контейнерами, бедными "маслопупами" и
"рогочами", совсем молоденькими Дедом и Чифом, Маркони и
Драконом... Не станет на этом свете Колобахи и Точилы... Утонут
Шеф и Люся... Уйдет из жизни такой потрясающий образец
КотоЧеловека, как Капитан этого судна - МАСТЕР!..
- Остановите машину!!! - кричу я из-под воды. - Тормозите,
мать вашу в душу!!! Сворачивайте, сворачивайте скорее, иначе...
Мастер! Вы меня слышите?!.. - отчаянно кричу я и пытаюсь
упереться передними лапами в подводную носовую часть нашего
судна, пытаюсь хоть как-то затормозить его гибельный ход...
Но мои задние лапы не находят твердой опоры, и я ничего,
ничего, ничего не могу сделать!..
"Ма-а-астер!" - истошно воплю я из последних сил и понимаю,
что мне уже никогда ни до кого не докричаться...
Я чувствую, что мне не хватает воздуха, я захлебываюсь и
начинаю отставать от судна, тонуть, а мимо