на
железных прутьях!.. А во Фландрии, в городе Иперн, Котов
сбрасывали с высокой башни!.. Этот дикий обычай был введен
жестоким кретином графом Болдуином Фландрским и просуществовал,
благодаря этому идиоту, этому подонку и мерзавцу, начиная с
десятого века еще сотни лет.. До самого Ренессанса продолжалось
массовое истребление Котов, нелепые судилища над ними и
жесточайшие расправы.
Мне чуть дурно не стало от всех этих подробностей. Я
припомнил кое-какие не очень трезвые рассказы Шуры и прервал
Мастера:
- Мне мой Плоткин как-то не раз говорил, что с Людьми было
тоже нечто подобное...
- В сравнении с недавним российским прошлым, средневековая
трагедия Котов и Кошек была, как говорят твои друзья-немцы, -
Киндершпиль - детские игры, - жестко усмехнулся Мастер. - Если
в средние века Коты погибали сотнями тысяч, то только за
последние восемьдесят лет Россия сожрала более пятидесяти
миллионов своих собственных Человеков, перемалывая их в
бездарных войнах, лагерях и тюрьмах...
Я не знал, что такое "сотни тысяч" Котов. Понятия не имел,
что такое "пятьдесят миллионов" Человеков. Но лишь по интонации
Мастера, по внутреннему нервному напряжению, с которым он
произнес эти слова, я понял, что "сотни тысяч" умерщвленных
Котов - это капля в океане "пятидесяти миллионов" загубленных
Человеческих жизней...
- Господи!.. Что же делать? - прошептал я, впадая в
глубочайшее уныние. - И вам, и нам?..
- Наверное, ждать Возрождения. Почему бы ему не возникнуть
еще раз? - тут же ответил Мастер. - Или попытаться создать
Ренессанс собственными руками и лапами. Кстати, пара забавных
примеров из эпохи Возрождения: Кольбер, французский политик
Людовика Четырнадцатого, садясь за работу, окружал себя Котами.
И тогда Кольбер обретал душевное равновесие и покой... Кардинал
Ришелье - просто обожал Кошек. И Котов, разумеется... А прошлый
век? Скульпторы, художники, поэты, пораженные грацией, красотой
и пластичностью Кетового племени, чуть с ума не сошли!
Швейцарец Готфрид Минд - "Кошачий Рафаэль" - всю жизнь рисовал
только Котов. Француз Теофил Штайнлайн выпустил роскошный
альбом рисунков под названием "Кот"... Последователи нового
"кошачьего" культа собирались в Париже на Монмартре, в кафе
"Черный кот"... Ну, и так далее.
- Потрясающе... - пробормотал я.
И подумал, как мы любим счастливые финалы!..
- А в странах, где господствовал ислам, Коты и Кошки
пользовались буквально королевским почетом, - сказал Мастер. -
В отличие от Собак, которых ислам считал "презренными".
Мне показалось, что "Ислам" - это имя Человека, руководителя
каких-то нескольких стран. И мне понравилась его мысль о
"презренных" Собаках. Я и брякнул:
- И этот Ислам совершенно прав!
Но тут же вдруг неожиданно вспомнил свою подружку собачку
Дженни, своего корешка мюнхенского полицейского Рэкса, парочку
русских Псов, с которыми у меня в свое время сложились
приятельские отношения, и подумал, что от мыслишки этого Ислама
очень даже потягивает расистским душком...
Мастер тут же просек, о чем я думал, закурил свой "Данхилл"
и брезгливо произнес:
- Проявление нетерпимости к другому Виду - это очень
неинтеллигентно, Мартын. Где-то на уровне антисемитизма. Так
что подумай над этим. А я пойду осмотрю судно. Ты со мной?
- Нет, - сгорая от стыда и п
железных прутьях!.. А во Фландрии, в городе Иперн, Котов
сбрасывали с высокой башни!.. Этот дикий обычай был введен
жестоким кретином графом Болдуином Фландрским и просуществовал,
благодаря этому идиоту, этому подонку и мерзавцу, начиная с
десятого века еще сотни лет.. До самого Ренессанса продолжалось
массовое истребление Котов, нелепые судилища над ними и
жесточайшие расправы.
Мне чуть дурно не стало от всех этих подробностей. Я
припомнил кое-какие не очень трезвые рассказы Шуры и прервал
Мастера:
- Мне мой Плоткин как-то не раз говорил, что с Людьми было
тоже нечто подобное...
- В сравнении с недавним российским прошлым, средневековая
трагедия Котов и Кошек была, как говорят твои друзья-немцы, -
Киндершпиль - детские игры, - жестко усмехнулся Мастер. - Если
в средние века Коты погибали сотнями тысяч, то только за
последние восемьдесят лет Россия сожрала более пятидесяти
миллионов своих собственных Человеков, перемалывая их в
бездарных войнах, лагерях и тюрьмах...
Я не знал, что такое "сотни тысяч" Котов. Понятия не имел,
что такое "пятьдесят миллионов" Человеков. Но лишь по интонации
Мастера, по внутреннему нервному напряжению, с которым он
произнес эти слова, я понял, что "сотни тысяч" умерщвленных
Котов - это капля в океане "пятидесяти миллионов" загубленных
Человеческих жизней...
- Господи!.. Что же делать? - прошептал я, впадая в
глубочайшее уныние. - И вам, и нам?..
- Наверное, ждать Возрождения. Почему бы ему не возникнуть
еще раз? - тут же ответил Мастер. - Или попытаться создать
Ренессанс собственными руками и лапами. Кстати, пара забавных
примеров из эпохи Возрождения: Кольбер, французский политик
Людовика Четырнадцатого, садясь за работу, окружал себя Котами.
И тогда Кольбер обретал душевное равновесие и покой... Кардинал
Ришелье - просто обожал Кошек. И Котов, разумеется... А прошлый
век? Скульпторы, художники, поэты, пораженные грацией, красотой
и пластичностью Кетового племени, чуть с ума не сошли!
Швейцарец Готфрид Минд - "Кошачий Рафаэль" - всю жизнь рисовал
только Котов. Француз Теофил Штайнлайн выпустил роскошный
альбом рисунков под названием "Кот"... Последователи нового
"кошачьего" культа собирались в Париже на Монмартре, в кафе
"Черный кот"... Ну, и так далее.
- Потрясающе... - пробормотал я.
И подумал, как мы любим счастливые финалы!..
- А в странах, где господствовал ислам, Коты и Кошки
пользовались буквально королевским почетом, - сказал Мастер. -
В отличие от Собак, которых ислам считал "презренными".
Мне показалось, что "Ислам" - это имя Человека, руководителя
каких-то нескольких стран. И мне понравилась его мысль о
"презренных" Собаках. Я и брякнул:
- И этот Ислам совершенно прав!
Но тут же вдруг неожиданно вспомнил свою подружку собачку
Дженни, своего корешка мюнхенского полицейского Рэкса, парочку
русских Псов, с которыми у меня в свое время сложились
приятельские отношения, и подумал, что от мыслишки этого Ислама
очень даже потягивает расистским душком...
Мастер тут же просек, о чем я думал, закурил свой "Данхилл"
и брезгливо произнес:
- Проявление нетерпимости к другому Виду - это очень
неинтеллигентно, Мартын. Где-то на уровне антисемитизма. Так
что подумай над этим. А я пойду осмотрю судно. Ты со мной?
- Нет, - сгорая от стыда и п