Наутро Шура уехал, оставив Бродяге свою старую визитную карточку, где
трясущейся с похмелюги рукой записал название этого города в Америке.
- Где эта карточка?! - рявкнул я.
- Не рычи, - спокойно сказал Бродяга-предприниматель. - Вот...
И вытащил откуда-то замызганную Шурину карточку. Я ее сразу узнал. Они
у нас на письменном столе в коробочке всегда лежали.
На карточке было что-то накарябано Шуриным пьяным почерком. Но что -- я
прочитать не смог. Тут уже у меня образования не хватило...
- И все? - спросил я.
- Нет, - ответил Бродяга. - Он просил, если я случайно встречу тебя или
ты сам откуда-нибудь вернешься, передать тебе на словах следующее: МАРТЫН! Я
ТЕБЯ БУДУ ЖДАТЬ ВСЮ ЖИЗНЬ!..
Все! Все!! Все!!!
Никаких слез! Никаких рассопливаний!.. Взять себя в лапы, успокоиться,
наметить конкретный план действий, и не ждать у моря погоды, а вкалывать,
вкалывать, вкалывать! Пахать, не разгибаясь, пока я не совершу все, что
наметил, все, что мне необходимо, все - без чего мне другой жизни
просто-напросто на хрен не нужно!
Первым делом - необходимо выяснить, что там на этой Шуриной визитке
накарябано?
- Митя, посмотри, что я принес от своего кореша. Ну, того, без
хвоста... Это визитная карточка моего Шуры. Он там рукой написал, где он
будет жить в этой Америке. Ты можешь прочесть?
- "Нью-Йорк", - прочитал Митя.
- Это далеко?
- У-у-у... Бляха-муха, не то слово!
- Дальше Мюнхена?
- Раз в десять!
- А как туда попадают?
- Кто как. На самолете - часов пятнадцать-двадцать лететь, на пароходе
- недели две плывут, минимум... Хрен его знает. Но, если тебе нужно...
- Очень, Митя!
- Нет вопросов. Выясним. А как ты его найдешь в этом Нью-Йорке?
- Не знаю.
- Там, говорят, одних жителей двенадцать миллионов!
- Я, Митя, в цифрах не того... Это много?
- Как три Петербурга!
- Ох... - только и сказал я. - Давай-ка, Митя, посоветуемся с Мюнхеном.
Доставай мой телефончик...
Наша черная "Волга" стояла на углу улицы имени Софьи Ковалевской и
проспекта Науки, почти напротив кинотеатра "Современник". То есть, мы даже
не выехали из района, где мы с Шурой шатались сотни и тысячи раз. Мы всего
лишь немного отъехали от моего бывшего дома и остановились на маленькое
совещание.
Митя достал мой сказочный телефон, нажал нужную кнопку, приложил
телефон к своему уху, и через несколько секунд мы оба услышали голос Тани:
- Доктор Кох. Я-а, битте!
Митя откашлялся и сказал напряженным голосом:
- Здравия желаю! Младший лейтенант милиции Сорокин Дмитрий Павлович.
Соединяю с господином Кысей!..
И Митя приставил трубку к моему уху.
- Какой ужас, Кыся! Что случилось?! Почему ты попал в милицию? -
взволновалась Таня.
Я быстренько успокоил ее, объяснил - кто такой Митя и как мне с ним
повезло, и рассказал всю историю посещения моего опустевшего дома...
- Немедленно возвращайся в Мюнхен! - закричала Таня. - У тебя
оплаченный билет на самолет в оба конца! Здесь у тебя есть дом, и не один, и
тебя здесь все любят и ждут! Пусть они сейчас же везут тебя на аэродром!..
- Подожди, Таня! Не торопись... - прервал я ее с легким раздражением.
-- Ты можешь со мной говорить? Я не в больницу к тебе попал?
- Нет, говори сколько хочешь. Мы только что с Фолькмаром вернулись из
клиники
трясущейся с похмелюги рукой записал название этого города в Америке.
- Где эта карточка?! - рявкнул я.
- Не рычи, - спокойно сказал Бродяга-предприниматель. - Вот...
И вытащил откуда-то замызганную Шурину карточку. Я ее сразу узнал. Они
у нас на письменном столе в коробочке всегда лежали.
На карточке было что-то накарябано Шуриным пьяным почерком. Но что -- я
прочитать не смог. Тут уже у меня образования не хватило...
- И все? - спросил я.
- Нет, - ответил Бродяга. - Он просил, если я случайно встречу тебя или
ты сам откуда-нибудь вернешься, передать тебе на словах следующее: МАРТЫН! Я
ТЕБЯ БУДУ ЖДАТЬ ВСЮ ЖИЗНЬ!..
Все! Все!! Все!!!
Никаких слез! Никаких рассопливаний!.. Взять себя в лапы, успокоиться,
наметить конкретный план действий, и не ждать у моря погоды, а вкалывать,
вкалывать, вкалывать! Пахать, не разгибаясь, пока я не совершу все, что
наметил, все, что мне необходимо, все - без чего мне другой жизни
просто-напросто на хрен не нужно!
Первым делом - необходимо выяснить, что там на этой Шуриной визитке
накарябано?
- Митя, посмотри, что я принес от своего кореша. Ну, того, без
хвоста... Это визитная карточка моего Шуры. Он там рукой написал, где он
будет жить в этой Америке. Ты можешь прочесть?
- "Нью-Йорк", - прочитал Митя.
- Это далеко?
- У-у-у... Бляха-муха, не то слово!
- Дальше Мюнхена?
- Раз в десять!
- А как туда попадают?
- Кто как. На самолете - часов пятнадцать-двадцать лететь, на пароходе
- недели две плывут, минимум... Хрен его знает. Но, если тебе нужно...
- Очень, Митя!
- Нет вопросов. Выясним. А как ты его найдешь в этом Нью-Йорке?
- Не знаю.
- Там, говорят, одних жителей двенадцать миллионов!
- Я, Митя, в цифрах не того... Это много?
- Как три Петербурга!
- Ох... - только и сказал я. - Давай-ка, Митя, посоветуемся с Мюнхеном.
Доставай мой телефончик...
Наша черная "Волга" стояла на углу улицы имени Софьи Ковалевской и
проспекта Науки, почти напротив кинотеатра "Современник". То есть, мы даже
не выехали из района, где мы с Шурой шатались сотни и тысячи раз. Мы всего
лишь немного отъехали от моего бывшего дома и остановились на маленькое
совещание.
Митя достал мой сказочный телефон, нажал нужную кнопку, приложил
телефон к своему уху, и через несколько секунд мы оба услышали голос Тани:
- Доктор Кох. Я-а, битте!
Митя откашлялся и сказал напряженным голосом:
- Здравия желаю! Младший лейтенант милиции Сорокин Дмитрий Павлович.
Соединяю с господином Кысей!..
И Митя приставил трубку к моему уху.
- Какой ужас, Кыся! Что случилось?! Почему ты попал в милицию? -
взволновалась Таня.
Я быстренько успокоил ее, объяснил - кто такой Митя и как мне с ним
повезло, и рассказал всю историю посещения моего опустевшего дома...
- Немедленно возвращайся в Мюнхен! - закричала Таня. - У тебя
оплаченный билет на самолет в оба конца! Здесь у тебя есть дом, и не один, и
тебя здесь все любят и ждут! Пусть они сейчас же везут тебя на аэродром!..
- Подожди, Таня! Не торопись... - прервал я ее с легким раздражением.
-- Ты можешь со мной говорить? Я не в больницу к тебе попал?
- Нет, говори сколько хочешь. Мы только что с Фолькмаром вернулись из
клиники