кое...
Когда же они с Мозером пошли наверх к Фридриху спросить - может ли герр
Мозер уделить часок автомобилю герра Хартманна, и оставили серебристый
"Мерседес" с открытыми дверцами у гаража, я спокойненько вытащил
"тенгельманновский" пакет с русской бомбой из-за летних колес американского
джипа "Чероки" и запихнул его глубоко под водительское сиденье "Мерседеса"
герра Хартманна. Да еще и догадался прикрыть пакет задним накладным
ковриком...
Теперь осталось только предупредить Дженни, чтобы она попыталась любым
способом войти в Контакт с Моникой и, не говоря Монике ни слова правды,
заставить ее в ближайшие дни даже не подходить к серебристому "Мерседесу".
Что я в этот вечер и сделал. Смотался к дому Хартманнов, пролез сквозь
золотые завитушки ворот в садик и совершенно нагло, уже чисто Телепатически,
вызвал Дженни. Из дому ей было не выйти - у нее таких проходиков, как мне
сотворил герр Лемке, не было, и единственное, что она могла - встать на
задние лапки у окна гостиной, где еще не опустили жалюзи, и притиснуться к
толстому двойному стеклу своей заспанной мордочкой.
Я хорошо помнил именно этот раздел из книги доктора Ричарда Шелдрейса -
мы его с Шурой Плоткиным даже специально отрабатывали - и сделал все по
науке. Сосредоточился и Телепатически четко передал Дженни свое
предупреждение насчет серебристого "Мерседеса".
К счастью, Дженни все восприняла, как надо, закивала головкой и
засучила лапками по стеклу. Мне показалось, что я даже услышал ее ответ -
дескать, "...ВСЕ ПОНЯЛА... НЕ ВОЛНУЙСЯ, ЛЮБИМЫЙ..." И потом - неясно и
неразборчиво, типа - "ОЧЕНЬ ТЕБЯ ХОЧУ!.."
Вот этим разделом из Шелдрейса надо будет подзаняться с Дженни в
свободное время. А то она неважно рубит в Бесконтактной Телепатической
Связи...
И, тем не менее, я, успокоенный, потрюхал к своему дому, считая, что
программа сегодняшнего вечера выполнена мною на все сто процентов. Теперь не
нарваться бы на мою подругу Лисицу, и можно считать, что день прошел удачно.
Хотя, почему бы завершающим этапом удачного дня не трахнуть еще и
Лисицу?..
Ранним утром двадцать четвертого декабря герр Лемке со своим
оранжерейно-парниковым "помощником", под непосредственным руководством
самого Фридриха фон Тифенбаха, установили в гостиной, неподалеку от
удивительно уютного камина, напротив которого я теперь наладился валяться в
ленивой полудреме чуть ли не каждый день, - роскошную голубую елку, и
принялись ее украшать поразительно симпатичными игрушками и маленькими
цветными лампочками...
Фрау Розенмайер на кухне готовила соус для омаров. Это такие гигантские
раки, каждый величиной с небольшую Кошку. Живые - жуткие, черные,
отвратительные, с чудовищными безжалостными клешнями. Я их вчера первый раз
в жизни увидел -- у меня чуть сердце от ужаса не остановилось!.. Вареные же
омары - красные, вполне мирные, с очень миленьким рыбным запахом...
Баська еще вчера села в свой десятилетний задрипанный "фордик" и
укатила на нем в Польшу, получив от Фридриха рождественский подарок - тысячу
марок. Баська сейчас в Польше дом строит. Ей очень нужны деньги...
Францу Мозеру Фридрих вчера разрешил не приезжать с утра в Грюнвальд, а
попросил появиться лишь на час только к шести вечера - помочь ему с Моникой
подготовить рождественский ф
Когда же они с Мозером пошли наверх к Фридриху спросить - может ли герр
Мозер уделить часок автомобилю герра Хартманна, и оставили серебристый
"Мерседес" с открытыми дверцами у гаража, я спокойненько вытащил
"тенгельманновский" пакет с русской бомбой из-за летних колес американского
джипа "Чероки" и запихнул его глубоко под водительское сиденье "Мерседеса"
герра Хартманна. Да еще и догадался прикрыть пакет задним накладным
ковриком...
Теперь осталось только предупредить Дженни, чтобы она попыталась любым
способом войти в Контакт с Моникой и, не говоря Монике ни слова правды,
заставить ее в ближайшие дни даже не подходить к серебристому "Мерседесу".
Что я в этот вечер и сделал. Смотался к дому Хартманнов, пролез сквозь
золотые завитушки ворот в садик и совершенно нагло, уже чисто Телепатически,
вызвал Дженни. Из дому ей было не выйти - у нее таких проходиков, как мне
сотворил герр Лемке, не было, и единственное, что она могла - встать на
задние лапки у окна гостиной, где еще не опустили жалюзи, и притиснуться к
толстому двойному стеклу своей заспанной мордочкой.
Я хорошо помнил именно этот раздел из книги доктора Ричарда Шелдрейса -
мы его с Шурой Плоткиным даже специально отрабатывали - и сделал все по
науке. Сосредоточился и Телепатически четко передал Дженни свое
предупреждение насчет серебристого "Мерседеса".
К счастью, Дженни все восприняла, как надо, закивала головкой и
засучила лапками по стеклу. Мне показалось, что я даже услышал ее ответ -
дескать, "...ВСЕ ПОНЯЛА... НЕ ВОЛНУЙСЯ, ЛЮБИМЫЙ..." И потом - неясно и
неразборчиво, типа - "ОЧЕНЬ ТЕБЯ ХОЧУ!.."
Вот этим разделом из Шелдрейса надо будет подзаняться с Дженни в
свободное время. А то она неважно рубит в Бесконтактной Телепатической
Связи...
И, тем не менее, я, успокоенный, потрюхал к своему дому, считая, что
программа сегодняшнего вечера выполнена мною на все сто процентов. Теперь не
нарваться бы на мою подругу Лисицу, и можно считать, что день прошел удачно.
Хотя, почему бы завершающим этапом удачного дня не трахнуть еще и
Лисицу?..
Ранним утром двадцать четвертого декабря герр Лемке со своим
оранжерейно-парниковым "помощником", под непосредственным руководством
самого Фридриха фон Тифенбаха, установили в гостиной, неподалеку от
удивительно уютного камина, напротив которого я теперь наладился валяться в
ленивой полудреме чуть ли не каждый день, - роскошную голубую елку, и
принялись ее украшать поразительно симпатичными игрушками и маленькими
цветными лампочками...
Фрау Розенмайер на кухне готовила соус для омаров. Это такие гигантские
раки, каждый величиной с небольшую Кошку. Живые - жуткие, черные,
отвратительные, с чудовищными безжалостными клешнями. Я их вчера первый раз
в жизни увидел -- у меня чуть сердце от ужаса не остановилось!.. Вареные же
омары - красные, вполне мирные, с очень миленьким рыбным запахом...
Баська еще вчера села в свой десятилетний задрипанный "фордик" и
укатила на нем в Польшу, получив от Фридриха рождественский подарок - тысячу
марок. Баська сейчас в Польше дом строит. Ей очень нужны деньги...
Францу Мозеру Фридрих вчера разрешил не приезжать с утра в Грюнвальд, а
попросил появиться лишь на час только к шести вечера - помочь ему с Моникой
подготовить рождественский ф