тался дома... я с братом.
- Боже мой! Как я вас давно не видал... - начал было Бахтиаров прежним
тоном.
Лизавета Васильевна прежде времени отошла делать соло.
- Вы несправедливы ко мне, - продолжал он, одушевляясь, - мало того, вы
были жестоки ко мне!..
- Поль, подержи мой веер, - сказала Лизавета Васильевна, обращаясь к
Павлу.
- Это ваш брат?
- Да...
И она снова отошла.
Бахтиаров с досады начал щипать усы.
- Вы позволите мне быть у вас?.. - спросил он, уведя Лизавету
Васильевну в последней фигуре на другую сторону от брата.
Молодая женщина несколько колебалась.
- Это от вас зависит, - отвечала она.
Кадриль кончилась.
- Поедем, Лиза, - сказал тихо Павел.
- Поедем, - отвечала молодая женщина.
- Accordez-moi la mazurque?
- Pardon, monsieur, je pars.
- Mais...
- Allons, Paul...
______________
* - Позвольте вас пригласить на мазурку?
- Извините, сударь, я ухожу!
- Но...
- Идем, Павел! (франц.).
Лизавета Васильевна вышла с братом.
Бахтиаров, расстроенный, снова встал у колонны.
- Вы, верно, скучаете, не видя одной особы, - сказала бледная дама в
очках, проходя мимо его с молоденькою дамою.
- Гораздо менее, чем видя другую особу, - отвечал Бахтиаров.
Постояв еще несколько времени, он ушел в бильярдную и сел между
зрителями на диван. Ему, видно, было очень скучно. Около бильярда ходили
двое игроков: один из них был, как кажется, человек солидный и немного
сердитый на вид, другой... другой был наш старый знакомый Масуров.
Солидный игрок дал промах.
- А вот мы так не так!.. - сказал Масуров, живо перекинувшись через
борт бильярда, и, вывернув неимоверно локти, принялся целиться. - Бац! -
вскрикнул он, сделав довольно ловко желтого шара в среднюю лузу. - Вот оно
что значит на контру-то, каков удар! А? - продолжал он, обращаясь к
зрителям.
- Отлично играют! - отнесся к Бахтиарову худощавый господин, которого в
городе называли плательной вешалкой.
- Кто? - спросил Бахтиаров.
- Я говорю: Михайло Николаич отлично играют.
- Какой Михайло Николаич?
- Масуров.
- Это разве Масуров?
- Масуров... ловкий игрок.
Бахтиаров сейчас же встал с своего места и подошел к игрокам.
- Каков удар-то? - повторил Масуров, заметив его около себя.
- Славный! - отвечал Бахтиаров.
- Вот как долго целитесь, а еще говорите, что с Тюрей играли... на
"себя", ей-богу, на "себя"! - повторил Масуров, между тем как прицеливался
его партнер.
- Перестаньте говорить под руку, - возразил тот, отнимая с досадою кий.
- Да я и так ничего не говорю; играйте; что мне за надобность.
- Как же не говорите! Как колокол над ухом, - возразил партнер, снова
принимаясь целиться.
- Сами вы колокол. Ну, смотрите... так и есть: на "себя"! - вскрикнул
он и залился смехом.
Партнер действительно сделал на "себя".
- С вами невозможно играть, - сказал он, отнимая кий.
- Ну, уж вы и сердитесь... всяко бывает! А вот мы так поиграем:
красного сделаем да под желтого выход!.. Есть! Вот тут-то мы вас, батенька,
и поймали! Эй ты, маркерина, считай; раз двенадцать, два двенадцать; честь
имею вас поздравить: партия кончена!
- Будет! - сказал партнер, выкидывая на бильярд десятирублевую.
- Давайте играть; что за пустяки?
- Боже мой! Как я вас давно не видал... - начал было Бахтиаров прежним
тоном.
Лизавета Васильевна прежде времени отошла делать соло.
- Вы несправедливы ко мне, - продолжал он, одушевляясь, - мало того, вы
были жестоки ко мне!..
- Поль, подержи мой веер, - сказала Лизавета Васильевна, обращаясь к
Павлу.
- Это ваш брат?
- Да...
И она снова отошла.
Бахтиаров с досады начал щипать усы.
- Вы позволите мне быть у вас?.. - спросил он, уведя Лизавету
Васильевну в последней фигуре на другую сторону от брата.
Молодая женщина несколько колебалась.
- Это от вас зависит, - отвечала она.
Кадриль кончилась.
- Поедем, Лиза, - сказал тихо Павел.
- Поедем, - отвечала молодая женщина.
- Accordez-moi la mazurque?
- Pardon, monsieur, je pars.
- Mais...
- Allons, Paul...
______________
* - Позвольте вас пригласить на мазурку?
- Извините, сударь, я ухожу!
- Но...
- Идем, Павел! (франц.).
Лизавета Васильевна вышла с братом.
Бахтиаров, расстроенный, снова встал у колонны.
- Вы, верно, скучаете, не видя одной особы, - сказала бледная дама в
очках, проходя мимо его с молоденькою дамою.
- Гораздо менее, чем видя другую особу, - отвечал Бахтиаров.
Постояв еще несколько времени, он ушел в бильярдную и сел между
зрителями на диван. Ему, видно, было очень скучно. Около бильярда ходили
двое игроков: один из них был, как кажется, человек солидный и немного
сердитый на вид, другой... другой был наш старый знакомый Масуров.
Солидный игрок дал промах.
- А вот мы так не так!.. - сказал Масуров, живо перекинувшись через
борт бильярда, и, вывернув неимоверно локти, принялся целиться. - Бац! -
вскрикнул он, сделав довольно ловко желтого шара в среднюю лузу. - Вот оно
что значит на контру-то, каков удар! А? - продолжал он, обращаясь к
зрителям.
- Отлично играют! - отнесся к Бахтиарову худощавый господин, которого в
городе называли плательной вешалкой.
- Кто? - спросил Бахтиаров.
- Я говорю: Михайло Николаич отлично играют.
- Какой Михайло Николаич?
- Масуров.
- Это разве Масуров?
- Масуров... ловкий игрок.
Бахтиаров сейчас же встал с своего места и подошел к игрокам.
- Каков удар-то? - повторил Масуров, заметив его около себя.
- Славный! - отвечал Бахтиаров.
- Вот как долго целитесь, а еще говорите, что с Тюрей играли... на
"себя", ей-богу, на "себя"! - повторил Масуров, между тем как прицеливался
его партнер.
- Перестаньте говорить под руку, - возразил тот, отнимая с досадою кий.
- Да я и так ничего не говорю; играйте; что мне за надобность.
- Как же не говорите! Как колокол над ухом, - возразил партнер, снова
принимаясь целиться.
- Сами вы колокол. Ну, смотрите... так и есть: на "себя"! - вскрикнул
он и залился смехом.
Партнер действительно сделал на "себя".
- С вами невозможно играть, - сказал он, отнимая кий.
- Ну, уж вы и сердитесь... всяко бывает! А вот мы так поиграем:
красного сделаем да под желтого выход!.. Есть! Вот тут-то мы вас, батенька,
и поймали! Эй ты, маркерина, считай; раз двенадцать, два двенадцать; честь
имею вас поздравить: партия кончена!
- Будет! - сказал партнер, выкидывая на бильярд десятирублевую.
- Давайте играть; что за пустяки?