и обещай
ему это место! Soyez si bon, cher pere, nommez le directeur*. (Подходит и
начинает ласкаться к отцу.) Я позову его, папа?.. Да?
______________
* Будьте так добры, дорогой отец, определите его директором (франц.).
Граф (пожимая плечами). Позови, пожалуй.
Ольга Петровна. Вот за это merci, papa! (Целует отца в лоб и сбегает с
лестницы.)
ЯВЛЕНИЕ II
Граф (смотря вслед дочери). Умная женщина - Ольга! Как она скоро и
хорошо поняла всю эту нашу глупую служебную махинацию, и только мне одно тут
подозрительно, что она очень уж сблизилась последнее время с Андашевским, и
что это такое: дружба ли, или более нежное чувство?.. Во всяком случае, я
весьма бы не желал, чтобы из этого произошло что-нибудь серьезное, потому
что какой бы по личным качествам своим этот господин ни был, но все-таки он
parvenu* и хам по своему происхождению! (Входит Ольга Петровна, ведя за
собой Мямлина.)
______________
* выскочка (франц.).
ЯВЛЕНИЕ III
Граф, Ольга Петровна и Мямлин.
Ольга Павловна (Мямлину). Граф здесь!.. Я просила его за вас, сколько
могла.
Граф (довольно приветливо протягивая Мямлину руку). Здравствуйте!.. Вы,
как я слышал, желаете получить бывшее место Алексея Николаича?
Мямлин (делая над собой страшное усилие, чтобы не начать гримасничать).
Очень желаю, ваше сиятельство.
Граф. Но совладаете ли вы с ним? Это место очень трудное и
ответственное.
Мямлин (решительным тоном). Совладаю, ваше сиятельство. Я совершенно
готов на это место.
Граф. Ну, смотрите: я вас назначу, только уж на себя после пеняйте,
если что будет выходить между нами.
Мямлин (обезумевшим от радости голосом). Благодарю вас, ваше
сиятельство!.. (Кидается к графу и хватает его руку, чтобы поцеловать ее.)
Граф (не давая ему руки и с презрением). Перестаньте!.. Как это
можно!.. Вы сядьте лучше и успокойтесь! (Все садятся. Лицо Мямлина начинает
мало-помалу принимать более спокойное выражение.)
Ольга Петровна (обращаясь к нему). А какой мы милый спор с вами
выдержали на вечере у madame Бобриной.
Мямлин (пожимая плечами). Это невероятно!.. Это непостижимо!.. Требуют,
чтобы на все высшие должности назначались их знакомые, на том только
основании, что они люди хороших фамилий; но, боже мой, я сам ношу одну из
древнейших дворянских фамилий; однако помыслить никогда не смел получить то
место, которое занял теперь Алексей Николаич, сознавая, что он ученей меня,
способнее, и что одним только трудолюбием и добросовестным исполнением своих
обязанностей я могу равняться с ним, и в настоящее время за величайшую честь
для себя и милость со стороны графа считаю то, что он предложил мне прежнее
место Алексея Николаича.
Ольга Петровна. Князь Янтарный, видно, не так добросовестен, как вы, и
больше об себе думает.
Мямлин. Что человек думает об себе больше, чем он, может быть,
заслуживает, - это еще извинительно; но высказывать это так прямо и открыто,
по-моему, дерзость!.. В этом случае надобно вспомнить об Европе и об ее
общественном мнении: не дальше, как прошлым летом, я, бывши в Эмсе на водах,
читал в одной сатирической немецкой газетке, что в России государственных
людей чеканят, как талеры: если мальчика отдали в пажеский корпус, то он
непрем
ему это место! Soyez si bon, cher pere, nommez le directeur*. (Подходит и
начинает ласкаться к отцу.) Я позову его, папа?.. Да?
______________
* Будьте так добры, дорогой отец, определите его директором (франц.).
Граф (пожимая плечами). Позови, пожалуй.
Ольга Петровна. Вот за это merci, papa! (Целует отца в лоб и сбегает с
лестницы.)
ЯВЛЕНИЕ II
Граф (смотря вслед дочери). Умная женщина - Ольга! Как она скоро и
хорошо поняла всю эту нашу глупую служебную махинацию, и только мне одно тут
подозрительно, что она очень уж сблизилась последнее время с Андашевским, и
что это такое: дружба ли, или более нежное чувство?.. Во всяком случае, я
весьма бы не желал, чтобы из этого произошло что-нибудь серьезное, потому
что какой бы по личным качествам своим этот господин ни был, но все-таки он
parvenu* и хам по своему происхождению! (Входит Ольга Петровна, ведя за
собой Мямлина.)
______________
* выскочка (франц.).
ЯВЛЕНИЕ III
Граф, Ольга Петровна и Мямлин.
Ольга Павловна (Мямлину). Граф здесь!.. Я просила его за вас, сколько
могла.
Граф (довольно приветливо протягивая Мямлину руку). Здравствуйте!.. Вы,
как я слышал, желаете получить бывшее место Алексея Николаича?
Мямлин (делая над собой страшное усилие, чтобы не начать гримасничать).
Очень желаю, ваше сиятельство.
Граф. Но совладаете ли вы с ним? Это место очень трудное и
ответственное.
Мямлин (решительным тоном). Совладаю, ваше сиятельство. Я совершенно
готов на это место.
Граф. Ну, смотрите: я вас назначу, только уж на себя после пеняйте,
если что будет выходить между нами.
Мямлин (обезумевшим от радости голосом). Благодарю вас, ваше
сиятельство!.. (Кидается к графу и хватает его руку, чтобы поцеловать ее.)
Граф (не давая ему руки и с презрением). Перестаньте!.. Как это
можно!.. Вы сядьте лучше и успокойтесь! (Все садятся. Лицо Мямлина начинает
мало-помалу принимать более спокойное выражение.)
Ольга Петровна (обращаясь к нему). А какой мы милый спор с вами
выдержали на вечере у madame Бобриной.
Мямлин (пожимая плечами). Это невероятно!.. Это непостижимо!.. Требуют,
чтобы на все высшие должности назначались их знакомые, на том только
основании, что они люди хороших фамилий; но, боже мой, я сам ношу одну из
древнейших дворянских фамилий; однако помыслить никогда не смел получить то
место, которое занял теперь Алексей Николаич, сознавая, что он ученей меня,
способнее, и что одним только трудолюбием и добросовестным исполнением своих
обязанностей я могу равняться с ним, и в настоящее время за величайшую честь
для себя и милость со стороны графа считаю то, что он предложил мне прежнее
место Алексея Николаича.
Ольга Петровна. Князь Янтарный, видно, не так добросовестен, как вы, и
больше об себе думает.
Мямлин. Что человек думает об себе больше, чем он, может быть,
заслуживает, - это еще извинительно; но высказывать это так прямо и открыто,
по-моему, дерзость!.. В этом случае надобно вспомнить об Европе и об ее
общественном мнении: не дальше, как прошлым летом, я, бывши в Эмсе на водах,
читал в одной сатирической немецкой газетке, что в России государственных
людей чеканят, как талеры: если мальчика отдали в пажеский корпус, то он
непрем