ких-нибудь суется промеж всего этого, и то больше для чистоты.
Дядя Никон. Ты теперича, Анашка, говоришь: машина!.. Что такое значит
машина?
Ананий Яковлев (не обращая на него внимания). Начальство теперь насчет
только того в сумнении находится, что дров оченно много требуется... леса
переводятся... ну так тоже землю этакую нашли... болотину, значит, с разными
этакими кореньями, пнями в ней... Все это самое прессуют, сушат, и она
гореть может! Каменный уголь тоже из иностранных земель идет и тем большое
подспорье для леса делает.
Дядя Никон. Ты не можешь знать, что такое машина, потому самому - ты
человек торговый, а человек мастеровой, значит, знает это. Ты теперича
знаешь Николу Морского?
Ананий Яковлев (улыбаясь). Как не знать-с: церковь известная.
Дядя Никон. Я теперича эту самую, значит, колокольню щекотурил.
Теперича, значит, машина сейчас была не в своем виде, я... трах... упал...
сажен сорок вышины было... барин тут из военных был: "Приведите, говорит,
его, каналью, в чувство!.." Сейчас привели... Он мне два штофа водки дал, я
и выпил.
Спиридоньевна. Как тя, старого хрыча, всего не расшибло: с этакой
вышины кувыркнулся.
Ананий Яковлев. Верно ли вы расстояние-то промеряли?.. А то словно бы,
кажись, как с сорока-то сажен человек слетит, так водки не захочет.
Дядя Никон. О, черт, дьявол, право! Не захочет?.. Захотел же! Вот и
теперь выпью, - верно! (Пьет.) В главнокомандоческом тоже доме графа
Милорадыча в зале, с двойным просветом, карниз выводили, так тоже надо было,
паря, каждую штуку потрафить. Я как теперича на глазомер прикинул, так и
ставь тут: верно будет.
Ананий Яковлев. Всему делу, выходит, уставщик вы были?
Дядя Никон. Был, брат, я всем... Теперича, что такое значит мастеровой
человек али купец? Я теперича свое дело в своем виде представить должен... А
что теперича торговый?.. Торговый человек... на вот тебе, значит, на грош
говядинки купил, а на гривну продал... Торговый человек, значит, плут!
Ананий Яковлев. За што же вы так все звание порочите; мы тоже места
имеем; раз обманул, так другой и брать не станут.
Дядя Никон. Не станут, да! Что такое теперь, значит, купец? Мыльный
пузырь! Трах! Ткнул его пальцем - и нет его! А мастеровой человек... Графу
Милорадычу теперь надо коляску изготовить, платье себе испошить, супруге
своей подарком какую-нибудь вещь сделать, - мастеровой человек и будь готов,
сейчас команда: "Пошел во дворец!" - и являйся.
Ананий Яковлев. Нет-с, это словно бы не так! Торговый человек завсегда
должен паче себя наблюдать, чем мастеровой. У нас теперь, по нашей разносной
торговле, может, праздника христова нет, все мы перед публикой на глазах
быть должны, а мастерового человека мы тоже знаем: шесть дней поработал, а
седьмой, пожалуй, и в кабаке за бочкой проваляется.
Дядя Никон. Никогда этого не может быть. Я теперича мастеровой человек;
а уж бабе меня не надуть, - шалишь!
Все бабы бледнеют: Никон тянется за водкой.
Спиридоньевна (не давая ему). Полно-ко, полно, старый пес, и то уж
налопался: говоришь, не знаемо что.
Матрена. Шел бы, батюшко-старичок, домой... тоже умаялся, чай, с
дороги. Из кушанья ничего уж больше не будет, извини на том!
Дядя Никон (не обращая ни на кого внимания). У меня теперь, слава те
господи, полна изба ребят, а все мои, все
Дядя Никон. Ты теперича, Анашка, говоришь: машина!.. Что такое значит
машина?
Ананий Яковлев (не обращая на него внимания). Начальство теперь насчет
только того в сумнении находится, что дров оченно много требуется... леса
переводятся... ну так тоже землю этакую нашли... болотину, значит, с разными
этакими кореньями, пнями в ней... Все это самое прессуют, сушат, и она
гореть может! Каменный уголь тоже из иностранных земель идет и тем большое
подспорье для леса делает.
Дядя Никон. Ты не можешь знать, что такое машина, потому самому - ты
человек торговый, а человек мастеровой, значит, знает это. Ты теперича
знаешь Николу Морского?
Ананий Яковлев (улыбаясь). Как не знать-с: церковь известная.
Дядя Никон. Я теперича эту самую, значит, колокольню щекотурил.
Теперича, значит, машина сейчас была не в своем виде, я... трах... упал...
сажен сорок вышины было... барин тут из военных был: "Приведите, говорит,
его, каналью, в чувство!.." Сейчас привели... Он мне два штофа водки дал, я
и выпил.
Спиридоньевна. Как тя, старого хрыча, всего не расшибло: с этакой
вышины кувыркнулся.
Ананий Яковлев. Верно ли вы расстояние-то промеряли?.. А то словно бы,
кажись, как с сорока-то сажен человек слетит, так водки не захочет.
Дядя Никон. О, черт, дьявол, право! Не захочет?.. Захотел же! Вот и
теперь выпью, - верно! (Пьет.) В главнокомандоческом тоже доме графа
Милорадыча в зале, с двойным просветом, карниз выводили, так тоже надо было,
паря, каждую штуку потрафить. Я как теперича на глазомер прикинул, так и
ставь тут: верно будет.
Ананий Яковлев. Всему делу, выходит, уставщик вы были?
Дядя Никон. Был, брат, я всем... Теперича, что такое значит мастеровой
человек али купец? Я теперича свое дело в своем виде представить должен... А
что теперича торговый?.. Торговый человек... на вот тебе, значит, на грош
говядинки купил, а на гривну продал... Торговый человек, значит, плут!
Ананий Яковлев. За што же вы так все звание порочите; мы тоже места
имеем; раз обманул, так другой и брать не станут.
Дядя Никон. Не станут, да! Что такое теперь, значит, купец? Мыльный
пузырь! Трах! Ткнул его пальцем - и нет его! А мастеровой человек... Графу
Милорадычу теперь надо коляску изготовить, платье себе испошить, супруге
своей подарком какую-нибудь вещь сделать, - мастеровой человек и будь готов,
сейчас команда: "Пошел во дворец!" - и являйся.
Ананий Яковлев. Нет-с, это словно бы не так! Торговый человек завсегда
должен паче себя наблюдать, чем мастеровой. У нас теперь, по нашей разносной
торговле, может, праздника христова нет, все мы перед публикой на глазах
быть должны, а мастерового человека мы тоже знаем: шесть дней поработал, а
седьмой, пожалуй, и в кабаке за бочкой проваляется.
Дядя Никон. Никогда этого не может быть. Я теперича мастеровой человек;
а уж бабе меня не надуть, - шалишь!
Все бабы бледнеют: Никон тянется за водкой.
Спиридоньевна (не давая ему). Полно-ко, полно, старый пес, и то уж
налопался: говоришь, не знаемо что.
Матрена. Шел бы, батюшко-старичок, домой... тоже умаялся, чай, с
дороги. Из кушанья ничего уж больше не будет, извини на том!
Дядя Никон (не обращая ни на кого внимания). У меня теперь, слава те
господи, полна изба ребят, а все мои, все